Политика без избирателей…

Демократия, права человека, качество жизни на уровне европейского – все эти вещи неразрывно связаны друг с другом.

Уже прошло некоторое время с момента смерти Березовского, и это событие в новостных лентах отодвинулось на второй план. С другой стороны, за эти недели было опубликовано столько различных статей и мнений о бывшем олигархе, что это позволяет взглянуть на Березовского с несколько иной, менее привычной, точки зрения.

Перечитав кучу материалов, я пришёл к выводу о том, что развязка БАБа, это, безусловно, трагедия. Не его личная, и не наша, и не россиян, и не Лукашенко – это трагедия абстрактного человека, который пытался заниматься политикой, не имея никакой опоры, поддержки в народе, среди, как ещё у нас принято говорить, избирателей.

В пользу того, что основными устремлениями Березовского всегда были именно дела политические, ситуации влияния, а не деньги как таковые, говорит несколько важных факторов.

Сама та ситуация, в которую он попал на исходе жизни, показывает, что человек этот отнюдь не был настолько практичным, насколько это свойственно олигархам. Оставить всё нажитое на человеке, который – возьми, да помри! – не позаботившись о механизмах страховки и контроля, может только человек, который думает об этом во вторую очередь. В первую очередь, конечно же, Березовский думал о том, как бороться с Путиным…

Ну и несколько фактов из биографии БАБа 90-х годов, конечно, тоже говорят сами за себя. Был бы Березовский чисто предпринимателем, никогда не лез бы в публичную политику, как, например, в тот период, когда он начальствовал в Совете безопасности. Деньги, как известно, любят тишину… А случай с миллиардером Прохоровым, который тоже недавно в политику полез, скорее – исключение, подтверждающее правило. Да и не интересно, как правило, финансистам, паясничать на публике. Не публичные они люди…

Настоящая трагедия Березовского в том, что он пытался управлять государством, да ещё таким, как Россия, решать вопросы этого государства, совершенно не опираясь на народ. Он хотел быть политиком без избирателей. Вот и всё. Но был ли у него выбор? Старый еврей с запятнанной репутацией…  Мог ли он быть поддержан людьми, тем более – россиянами? Это уже вопрос риторический.

Путин, который, в итоге, полностью одолел Березовского, во все времена своего властвования опирался на народ. Не на весь, конечно, но на достаточную его часть, чтобы обеспечить лояльность общества в целом. Его позиции оказались устойчивыми. Если он не растеряет их до конца, то умрёт счастливым в своей постели. Если растеряет, то лишь повторит трагедию человека, пытавшегося быть политиком без избирателей.

К чему это я заговорил о Березовском?

Просто потому, что это – наглядный пример. Наглядный пример того, чем заканчиваются попытки и стремления вершить судьбы тех, кто на это согласия не давал. Наглядный пример того, к чему приводит политика без избирателей.

Сегодня можно было бы порассуждать о том, как потерял доверие народа белорусский режим и какие его ждут, в связи с этим, мрачные перспективы. Однако не стоит этого делать уже хотя бы потому, что об этом уже написано и сказано слишком много. Вопрос не в том, случится это или не случится. Вопрос в том, когда это случится.

Интереснее посмотреть на ситуацию с другой стороны. Ведь, когда ЭТО (исчезновение нынешнего режима) случится, станет вопрос: а что будет дальше с Беларусью. Сценариев может быть много, но основных – три.

1)      К власти приходит демократический претендент и страна, наконец-то, поворачивает на нормальный путь развития (наименее вероятный);

2)      К власти приходит ставленник номенклатуры, проводятся косметические реформы и страна становится «управляемой демократией» - раем для коррупционеров и казнокрадов (вполне вероятный);

3)      К власти приходит ставленник России, поддерживаемый местной номенклатурой, и страна становится тем же самым раем для казнокрадов и коррупционеров, только ещё и, к тому же, российских (наиболее вероятный).

Вопрос серьёзный – задумаешься: как сделать так, чтобы Беларусь сохранилась и начала нормально развиваться? Хочешь – не хочешь, рано или поздно придётся отвечать на этот вопрос не в теоретической, а в практической плоскости.

Но уже сегодня видно, что единственный способ решить вопрос позитивно, не допустив закулисного раздела страны – искать массовую поддержку граждан, избирателей. Поддержку демократических ценностей, и, конечно же, этим должны заниматься именно демократические политики, по крайней мере, те, кто таковыми себя считают и так себя сегодня называют.

Однако же положение дел в нашем демократическом лагере сегодня говорит о том, что как раз народной то поддержки искать готовы лишь немногочисленные политические силы.

Чего ждёт и хочет народ от новой власти?

Во-первых, он хочет и ждёт благосостояния, качества уровня жизни, и уровня не менее, чем европейского.

Во-вторых, он, конечно же, всё-таки ждёт какой-то свободы. Нет сомнения, что существующее положение дел, когда каждый может быть унижен и растоптан чиновниками, силовиками, а с телеэкранов льётся сплошная ложь, надоело уже большинству.

В-третьих, судя по последним социологическим трендам, большинство белорусов ждёт, что наша страна пойдёт геополитическим курсом в сторону Европы. Большинство выступает за евроинтеграцию по социологии, а количество полученных шенгенских виз каждый год увеличивается практически в два раза.

Лично у меня нет никаких сомнений в том, что большинство людей поддержали бы того политика, или ту политическую силу, которая бы не просто продекларировала названные приоритеты, но и объяснила механизмы, как этого добиться, и заставила бы народ поверить себе. Донесла бы чёткий и ясный месседж и… завоевала бы доверие избирателей (как бы банально это ни звучало).

Однако же – вот незадача! Занимаются ли наши «политики» политикой в прямом смысле слова? Есть ли вообще смысл в той политической деятельности, которую ведут многие организации и лидеры, называющие себя демократическими?

Основные тренды оппозиционной «борьбы», которые заглушили собой всё медиа-пространство в последний год: бойкот и санкции.

Бойкот предлагается как единственное средство политической деятельности внутри Беларуси, а санкции, по идее, должна ввести против режима Европа. Тогда, мол-де, народ поднимется на голодный бунт, сбросит Лукашенко и, «на автомате», в Беларуси начнётся невиданная демократия.

Но так ли это?

Во-первых, надо принимать во внимание тот небольшой факт, что уровень доверия избирателей к оппозиционным организациям сегодня крайне низок и, мягко говоря, не тянет на всенародную поддержку. У меня вопрос: возможно ли убедить общество в необходимости того же бойкота, если подавляющее большинство общества тебе не верит? Думаю, что невозможно.

Ещё один важный момент. Я лично не сомневаюсь в том, что, если бы Европа ввела санкции, то это бы ни к чему не привело. Кроме того, я не сомневаюсь, что она их не введёт. Но – пусть: представим на секунду, что Европа ввела санкции, в Беларуси начался голод и люди с вилами сбросили ненавистный режим, переколов по пути президентскую охранку. Что дальше?

А дальше возвращаемся к тем сценариям развития ситуации «после Лукашенко», о которых говорили выше. Если бунт состоится в результате санкций со стороны Европы, то вину за это должны будут разделить с собой Лукашенко, конечно же, но ещё и те политики, которые призывали к санкциям, и, собственно, сама Европа. Можно ли, не имея всенародной поддержки, не чувствуя опору в лице людей, убедить этих людей, что голод им нужен для того, чтобы выйти на бунт, а потом избрать тех, кто этот голод предлагал?

Бред, абсурд, утопия.

Есть ли после этого шансы, что Беларусь повернёт на нормальный путь развития, белорусы изберут демократических проевропейских политиков? Особенно учитывая, что, Россия, без сомнения, будет играть здесь свою игру, да и у белорусского чиновничества, буде кто-то из этой группы захочет подхватить власть, ресурсов и возможностей будет побольше. Ресурсов побольше, а совести поменьше. И приход к власти очередного диктатора-популиста, что пророссийсского, что – номенклатурного, фактически гарантирован.

Месседжи «бойкота», «санкций» - это месседжи, которые похожи на попытки убедить ребёнка выпить горькую микстуру. Только родная, любящая мать, которой ребёнок безгранично верит, которую слушает и уважает, может убедить его сделать это.

Но если наши политики не в состоянии убедить людей в необходимости санкций и бойкотов, то какие в итоге рисуются перспективы? На самом деле, перспектива только одна: ещё бОльшая изоляция оппозиции от общества, ещё бОльшая дискредитация демократических ценностей, ещё более расплывчатое свободное будущее.

В политике, как и при любой работе с людьми, ключевое место занимает слово «месседж». Что мы хотим сказать людям? Что мы им предлагаем? Почему они должны нам верить?..

Я думаю, что слова «бойкот» и «санкции» должны быть исключены из лексикона любого демократического деятеля, который действительно хочет работать на избирателей, который действительно просчитывает ситуацию наперёд, и который действительно хочет для Беларуси лучшего будущего.

Бойкоты и санкции сегодня (и всегда) расходятся с интересами простых людей, обычных белорусов, а политик – это слуга народа, и никак иначе. Тот, кто пытается делать политику, не опираясь на народ, обречён. И, в общем-то, история Березовского, с которого мы начинали – лучшее тому подтверждение.

Страна "средней температуры по палате"

Интересны для белорусов данные очередного рейтинга «Индекс верховенства закона» («Rule of Law Index»), опубликованные на днях независимой организаций World Justice Project.

Согласно этим данным, Беларусь, относительно других, является, в общем-то, достаточно безопасной страной по мировым меркам.

Так, в дисциплине «порядок и безопасность» РБ занимает аж 33-е место в мире. По уровню «регулятивного правоприменения» - 35-е, что до «гражданского правосудия», то тут у нас целое 26-е место в мировом рейтинге, ну и по уголовному – 34-е.

Любопытно, учитывая, что в мире насчитывается более 200 стран, а что такое «административное правосудие» по-белорусски и насколько оно безопасно знает, наверное, каждый второй гражданин страны и каждый первый инакомыслящий. Насчёт уголовного правосудия, конечно, спектр затронутых его «безопасностью» и «справедливостью» будет не столь широк, однако различные бизнесмены и люди экономических специальностей, которыми сейчас забиты белорусские тюрьмы, думаю, могут немало интересного рассказать и по этой теме.

Всё становится намного яснее, если сопоставить эти параметры, по которым Беларусь – один из лидеров в мире, с некоторыми другими, по которым – отнюдь не лидер. Ну, или, лидер, но – с другой стороны турнирной таблице. Как, знаете, в школе говорят: «двойка» - это «пятёрка» вверх ногами.

Так вот, только на 91 месте в мире наша страна находится по «эффективности законодательного ограничения правительства». В англоязычной терминологии «правительство» - это вся система власти.

91 место – это примерно такой уровень, когда можно сравнивать: например, в африканской стране Х нету конституции, и там законодательные ограничения для властей = 0. А в Беларуси Конституция есть, хотя на неё все, кому положено, плевать хотели. Но она есть, поэтому эффективность = 0,1. Поскольку таких, как «страна Х», в мире существует ещё целый греческий алфавит, то у нас вполне законное всего лишь 91-е место.

Или вот. По «защите основополагающих прав» у нашей страны место уже 84-е. Это, конечно, ниже чем у всех европейских и ещё у четверти оставшихся в мире, но, наверное, повыше, чем у всех стран «греческого алфавита». Где-то 0,2.

«Прозрачность законодательства и властных структур»  - 87 место. Тоже невесело.

И если сравнивать показатели, по которым мы – в лидерах, с показателями, по которых мы – не в лидерах, и задумываться над этим, то получается что-то невесёлое.

У нас в стране «порядок и безопасность»? Позвольте, о какой безопасности может идти речь, если по уровню прозрачности органов власти и по законодательному ограничению полномочий власти мы – в хвосте, эти параметры у нас напрочь отсутствуют? Между прочим, безопасность – это ещё и гарантия безопасности твоей собственности, а у нас, как мы хорошо знаем, именно государство часто выступает в роли самого брутального грабителя. При отсутствии эффективных механизмов ограничения его, государства, полномочий.

О какой безопасности может идти речь, если по защите основополагающих прав Беларусь находится на 84-м месте? Основополагающие права, это, между прочим, ещё и право на жизнь, на неприкосновенность… Права, которые у нас никто не защищает.

Или вот, по уровню регулятивного правоприменения мы находимся на почётном 35 месте, в то время, как по прозрачности законодательства – на 87. Кто занимается правоприменением, на каких основаниях, каким образом – это всё те самые вопросы, ответы на которые выглядят совсем неблагополучно. И, тем не менее, картина такая.

Что до административного и уголовного правосудия, то по этим параметрам РБ на 26 и 34 местах соответственно. В то время, как по тем же самым гарантиям ограничения полномочий государства, по то же самой прозрачности законодательства и властных органов, по защите прав – в хвосте турнирной таблице.

Диво-дивное, как такое может быть… Как могут показатели практические находиться в таком отрыве от показателей теоретических, которые, казалось бы, призваны обеспечить основу для реализации практических?

Я подозреваю, что при расчёте рейтинга использовалась та же самая методика, которая используется при расчёте средней зарплаты в Беларуси: метод «средней температуры по больнице».

Тогда всё становится на свои места.

Для властей (в том числе и силовых), которые не имеют законодательных ограничений в полномочиях, жизнь в нашей стране более, чем безопасна. В отличие от большинства других граждан.

Основополагающие права властей (в том числе и силовых) очень хорошо защищаются отсутствием тех же ограничений на их полномочия.

Что до административного и уголовного правосудия, то, кому ж ещё в этой сфере будет комфортно, как не тем, кто это правосудие и осуществляет?.. Особенно, если учесть, что даже организация – автор рейтинга, одной из главных проблем нашей страны называет зависимость судей.

В общем, радужная картина. Средняя температура по больнице всегда – нормальная…

Соревнование, которое не стыдно проиграть

Этот пост – не статья и не публикация. И даже не заметка. Так: мысли вслух…

Вчера в Гомеле наша организация, Гражданская инициатива «ГомельскийДемократический Форум», проводила молодёжную встречу для неравнодушных людей.

По сути, это была встреча с гомельскими активистами волонтёрского движения. С теми людьми, кто избрал для себя путь бескорыстной помощи другим, кто берёт на себя ответственность и труд решать чьи-то проблемы, ничего не ожидая для себя взамен. То есть – с истинно неравнодушными людьми.

Печально было узнать о том, что, за всю историю встреч, проводимых в этом формате Клубом «Цивилизация» (Клуб был учреждён «Гомельским Демократическим Форумом» и постоянно организовывает молодёжные встречи по самым разным темам), именно на мероприятие, посвящённое волонтёрству, пришло меньше всего людей – 15 человек. Обычно картина иная: 40, 35, 30 интересующихся. А тут – 15…

Как-то так совпало, что, буквально на днях, в Интернете проскользнула новость о проведённом кем-то исследовании, согласно которому, первое в мире место по неэмоциональности людей занимает Сингапур. Второе, третье и четвёртое места – Россия, Беларусь, Украина…

Неэмоциональность… это ведь равнодушие и есть, не правда ли?

Мне после воскресенья вспомнилось, что, совсем недавно, буквально этим летом, я видел равнодушие во всей его мерзкой «красе» совершенно чётко и ясно – визуально.

Вот его фото.

В самой Беларуси, вокруг неё, достаточно долго раздавались голоса о том, что чемпионат мира по хоккею в Минске надо отменить, если в стране будут оставаться политзаключённые.

Но, вот, в Украине, при наличии в политзаключённых не кого-нибудь, а Политика, набравшего на президентских выборах 48% голосов (половина избирателей!), чемпионат Европы по футболу прошёл. И прошёл он, как видно на фото, именно на таком фоне: толпа гуляет, и никому и дела нет.

Разве это кого-то удивляет? Меня – уже нет…

Хочется пожелать всем трём странам: и России, и Украине, и Беларуси, поскорее излечиться от страшной болезни: равнодушия.

Пусть там остаётся на первом месте Сингапур. Пусть нас кто-то обгонит. Это – как раз тот случай, когда не стыдно находиться в хвосте турнирной таблицы…

Темнота впереди…

Как вам не стыдно! Вам по 40 лет,
половина жизни уже прожита.
Что у вас позади? Что в настоящем?
Что впереди?
Мрак, грязь и ничего человеческого!
Опомнитесь, пока не поздно. Вот мой совет.

Доцент, к/ф «Джентльмены удачи»

Если жить, ни о чём особо не задумываясь, то проблем намного меньше.

Тогда все проблемы сосредотачиваются на сегодняшнем дне: как провести сегодняшний вечер что купить и приготовить сегодня на ужин, что посмотреть по телевизору, или, например, о чём и с кем почирикать сегодня в твиттере.

Насколько я понимаю, это и называется: «Жить сегодняшним днём». Хотим мы этого или нет, но сегодня вся наша страна живёт исключительно сегодняшним днём.

Не верите? Попробуйте представить себе, что будет в Беларуси, или в Вашем родном городе лет эдак хотя бы через 10? Получается? У меня, сказать честно, не очень…

Дон Вито Корлеоне, американский бандит итальянского происхождения, из криминальной саги «Крёстный отец», мечтал, чтобы его внуки выросли музыкантами, поэтами, или же «теми, кто дёргает за ниточки». Возможно, кто-то стал бы и президентом. «Ведь здесь, в Америке, нет ничего невозможного», - восклицал он.

Может ли кто-нибудь из нас строить планы на будущее своих детей и внуков в своей родной стране? Станет ли кто-нибудь из них музыкантом или поэтом? А это вообще возможно в стране, где культуры сведена до идеологического инструмента, призванного обслуживать правящую верхушку?

Станет ли кто-то «тем, кто дёргает за ниточки»? А это вообще возможно в стране, где расписание правления составлено на несколько поколений вперёд представителями одного, далеко не самого лучшего семейства?

Мы сегодня находимся в положении в тысячу раз хуже, чем кровавый гангстер, стоявший в Америке вне закона, в середине прошлого века. Мы, вполне законопослушные граждане, в XXI столетии, в своей родной стране.

Мы настолько утратили человеческое достоинство, что готовы мириться с тем, что не имеем возможности планировать будущее наших детей в своей собственной стране? Собственно говоря, именно это и называется «рабством»: завтра нас, если захотят, продадут. Сегодня не продают, и мы вкалываем за скудную пайку. Иначе назвать сегодняшний уровень жизни белорусов невозможно.

Наше будущее туманно, и мы сами в этом виноваты: тем, что допустили наше пустое настоящее.

Чем мы живём сегодня, может кто-нибудь вразумительно сказать? В стране есть какая-то здравая идеология? В стране есть какая-то понятная всем, адекватная система ценностей? В стране, извините за пошлость, есть какая-то мораль?

Советский Союз никогда не вернётся, это исторический диагноз, но мы, белорусы, вконец потеряв ориентиры, сегодня замерли как бы в ожидании, и все свои надежды возлагаем на тех, кто «за…». Не «ЗА сильную и процветающую Беларусь», например, а на тех, кто «за нашей границей». Одна часть связывает свои надежды с Россией, другая – с объединённой Европой. Третья часть вообще не ждёт исполнения своих надежд и мечтаний, а собирается и едет – в ту же Россию или Европу, и от этого положение дел не меняется: решать проблемы у себя дома никто особо не рвётся.

При этом мы просто не учитываем совершенно очевидных вещей: в Россию в нынешнем виде нам пути нет, мы всегда будем для них чужими, а они – для нас. Раз уж не стали своими за 200 лет нахождения в единой границе, то и период лукашизма, с постоянными истериками и личными обидами, этой разницы не нивелирует. Разве вы не чувствуете, насколько мы разные, и насколько мы не хотим в Россию, а Россия не горит желанием присоединять нас?

Да и в самой России всё далеко не так однозначно, как нужно было бы, если бы мы хотели связывать своим долгосрочные планы с этой страной. Не сегодня, так – завтра, там настанут перемены, она уже дозревает. В глобальном противостоянии «диктатура vs демократия» первая терпит крах в историческом и планетарном масштабе. Россию, без сомнения, ждут очень тяжёлые времена: времена реформ и реакции, строительства нового общества, и нам в этом вихре проблем делать явно нечего.

Нужны ли мы Европе? Нужны, безусловно, но, тоже – не в нынешнем виде. В нашем нынешнем состоянии, при полном отсутствии конкурентной промышленности и совершенно атрофированной деловой инициативе, белорусы – это огромная толпа потребителей, но отнюдь не производителей. Пройдут годы, если не десятилетия, прежде чем мы сможем предъявлять какие-то претензии на то, чтобы быть кому-то интересными.

Является ли решением проблемы трудовая миграция, временный или постоянный отъезд?

Не думаю.

Среди тех, кто решается на окончательную иммиграцию, лишь единицы находят своё счастье. Ровно настолько, насколько можно быть счастливым где-то, где ты никому не нужен. То есть – весьма условно.

Гастарбайтерство? У меня, не солгу, десятки знакомых, которые промышляют таким образом. Большинство из них воют от того, насколько им это опостылело. Они изнашиваются морально и физически, они чужие и там, и – здесь, приезжая на короткое время… Спокойно к этому относятся лишь те, кто стал на эту стезю недавно, и воспринимают это как временное явление, «чтобы заработать». Они не отдают себе отчёта в том, что нет ничего более постоянного, чем временное…

Я знаю людей, которые начали ездить на заработки в другие страны ещё в 90-х годах, и вот они-то уже, наверное, поняли, что такое «временно, чтобы заработать»: раз оторвавшись, практически невозможно вернуться на свою стезю. В свою колею.

А те, кто сейчас делает ставки «на Москву», если бы умели думать в перспективе, будущим, уже сейчас задумались бы о том, что вечный гастарбайтер, он по-любому обречён либо на то, чтобы досрочно загнуться, либо на то, чтобы в старости стать своей семье обузой.

Потому что у него не будет никакой пенсии. Сбережений, позволяющих жить на %, скорее всего – тоже, ибо сезонные заработки не дают возможности жировать, а позволяют лишь поддерживать более-менее пристойный уровень текущих расходов. Старея, такой человек оказывается в положении, когда он не может сам себя прокормить, и отнюдь не всегда взять на себя заботу о нём в состоянии его близкие.

Выход ли это? Ну, каждый решает для себя.

Наш диагноз – неутешительный.

Мы сегодня являемся страной без настоящего: у нас нет своей экономики, у нас нет достойного государства, у нас нет какой-то цивилизационной привязки (мы и не в Европе, и не в России), у нас отняли историю, наша общественная мораль – неоднозначна и весьма относительна.

Являясь страной без настоящего, мы являемся страной без будущего.

Мы – моральные и геополитические бомжи.

Потому что мы очень надеемся на то, что наши проблемы решит тот, кто «за…». Но ещё один симптом нашего диагноза: тем, кто «за…» наши проблемы не интересны.

Мы очень надеемся на тех, кому наши проблемы не интересны и не нужны, вместо того, чтобы самим наводить порядок у себя в доме.

В настоящем у нас – пустота.

В будущем у нас – темнота.

Что делать?

Брать на себя ответственность. Принимать серьёзные решения и выполнять их. Думать не только о настоящем, но и о будущем. Быть Солидарными. Быть умными и выдержанными. Быть активными и ответственными.

Не бояться темноты. Темнота развеется, если мы сегодня будем принимать правильные решения. Свои решения.

Последняя гастроль…

Летом 2010 г. мы рассуждали о том, что отношения Лукашенко и российского тандема прошли точку невозврата, и теперь-то, мол, ему капец.

Делали такие выводы на основании «Крёстных батек», а также блоготворчества г-на Медведева.

К сожалению, мы мало думали, что в мире «серьёзных» людей такие штуки – дела «несерьёзные». И последующие события нам, мягко говоря, заткнули рот: Россия сначала поддержала кой-кого на «выборах», а потом ещё спасла от неминуемого экономического коллапса путём потока невиданного количества подачек.

Однако не всё так однозначно оказалось в этом раскладе, и новости последних дней – серьёзный сигнал как для режима Лукашенко, так и для его оппонентов, так и для обычных людей.

В чём дело, думаю, большинство уже читали в СМИ:

«- потребление закупаемого у ОАО "Газпром" газа исключительно на территории Беларуси;

- беспрепятственная и бесперебойная транспортировка по территории Беларуси природного газа, подаваемого с территории России;

- исключительное право "Белтрансгаза" на закупку природного газа, вывозимого с территории России и предназначенного для потребителей Беларуси;

- неиспользование специальных прав по управлению ОАО "Белтрансгаз", которые бы нарушали или ущемляли объем прав, предоставленных акционерам "Белтрансгаза" в соответствии с применимым законодательством о хозяйственных обществах, включая введение особого права ("золотой акции") на участие в управлении белорусским газотранспортным предприятием;

- отсутствие не санкционированного собственником природного газа отбора из потоков газа, транспортируемых через территорию Беларуси;

- неизменность условий пользования земельными участками под объектами недвижимого имущества белорусского участка газопровода Ямал — Европа в соответствии с законодательством Беларуси, действующим на дату подписания соглашения»

Перечисленное – условия, на которых Россия купила у белорусского пока-ещё-руководителя «Белтрансгаз». Честно говоря, для меня, как гражданина Беларуси, было чрезвычайно унизительно это всё читать.

Из перечня этих условий выходит, что наша страна для России – никакой не партнёр, а какой-то проходимец, от которого настолько ждут в любой момент «кидалова», что не ленятся любой возможный сценарий прописать, чтобы застраховать себя, свои деньги и свои интересы.

Я не могу представить, чтобы подобные условий «возврата» были прописаны между Россией и, скажем, Германией.

Наличие этих условий, свидетельствует, на мой взгляд, о том, что Россия, дожав Лукашенко экономически, в наибуквальнейшем смысле даёт ему последний шанс. Она изучила все его фокусы, прекрасно понимает, кто перед ней, допускает возможное кидалово, и прямо говорит, что, в случае чего, она ему этот «Белтрансгаз» в … засунет, и $5 миллиардиков обратно затребует.

А это уже будет для кой-кого смерти подобно…

Из всей этой истории каждая заинтересованная сторона может делать свои выводы.

1) Александру свет Григорьичу надо усвоить, что, кажется, шутки закончились, и подобные условия, по шкале ценностей «серьёзных» людей из Кремля, это, как говорится, последнее китайское
2) Оппонентам власти надо чётко понимать, что заинтересованность РФ в Лукашенко свелась к нулю, и поддерживает она его только потому, что, несмотря на все его, мягко говоря, странности, альтернатив не видит ни в каком смысле. Важный факт и его стратегам нужно учитывать.
3) Населению уже пора понять: да, доверия нет Лукашенко, но пока мы его терпим тут, он – какое бы ни было кривое, но наше лицо, и вместе с ним эту чёрную метку получили и мы. Ни о каком выходе из кризиса можно даже не мечтать, если ситуация не изменится. Можно сколько угодно прятать голову в песок, делая вид, что политика и экономика напрямую могут не соприкасаться, но факт остаётся фактом: если тебя не воспринимают как договороспособную сторону, то даже покупки страхуют вдвойне. О каких инвестициях (когда инвестор должен просто доверить свои средства), о какой модернизации может идти речь??? А в современном, глобальном мире, строить экономику без сотрудничества с международным сообществом можно, разве что, по образцу Северной Кореи. Какой из нас партнёр для международного сообщества, даже самого, казалось бы, близкого, такого, как Россия, с которой и границ-то нет, можно вполне сделать вывод из приведённого перечня условий.

Короче, вывод один: все мы получили «последнее китайское». Власть – о том, что пора перестать дёргаться. Оппозиция – о том, что она в глазах мира сего настолько несерьёзна, что даже недоговороспособный Лукашенко представляет для мира бОльшую ценность.

А население – о том, что, раз скатились в нищету, то так нищебродами и останемся. Пока не решимся что-то (кого-то) поменять…

Рецепт от Сталина

Мысленно я нередко возвращаюсь в те, далёкие уже времена, когда мне довелось принять участие в украинской Оранжевой революции в Киеве.

Много картин запомнилось, буквально, врезалось в память мне из тех событий. Но одна, пожалуй, вспоминается наиболее часто.

Я не помню уже подробностей, по какой улице я шёл и какая улица её пересекала, но в общем это было так: справа от меня, с перекрёстной улицы, на главную, шла огромная толпа молодёжи. Шла она явно на Крещатик (а куда же ещё?) в прекрасном настроении, шутя и радуясь: смех, гул, гам, красивые молодые лица…

Над толпой были яркие транспаранты: «Филологический факультет», «Математический факультет», «Физический факультет» и так далее. А впереди толпы шли взрослые люди, и общее впечатление было такое, что это деканы возглавили шествие своих подопечных на Революцию.

В связи с этим, проецируя эту ситуацию на белорусские реалии, я часто удивляюсь, с чего вдруг задаваться вопросом: «А почему это индивидуальным предпринимателям не разрешают иметь наёмных работников, ведь в этом нет никакого экономического смысла».

Белорусские реалии таковы, что, перед лицом главно-председателя всея Беларуси, экономика – это лишь приложение к политике, а политика – это лишь процесс удержания у власти семьи. Экономического смысла, конечно, нет, в ограничении малого бизнеса: налоги меньше, пошлины меньше, продажи меньше, товарооброт валовый меньше и т. д. и т. п. – до бесконечности.

Но самый главный экономический смысл в этом для власти в том, что никто из малого бизнеса колонну своих работников на пути на Площадь не возглавит. «Вшивые блохи» будут оставаться и дальше «вшивыми блохами», а созданный расклад, когда все сферы влияния, от распределения энергоресурсов, до «авторитета» на лавочке под подъездом, делятся исключительно между семьями – чрезвычайно выгоден той семье, которая как раз распределение ресурсов и захватила.

Абстрагируясь от политики, пытаясь найти логику удушения малого бизнеса в чисто экономических категориях, мы часто обращаем внимание на коррумпированность системы, на жизненную /для неё/ необходимость сокращения влияния мелких групп в пользу групп крупных, платящих дань главной семье. Однако, следует ли тут так уж рьяно абстрагироваться от политики?
Та же конечная цель всё так же очевидна: контролировать крупный бизнес властям куда как проще, чем сотни тысяч мелких предпринимателей, а контроль на капиталом есть, в конечном итоге, всё равно, контролем над властью. Предпринимателей выдавливают с рынков, из крупных торговых центров, помещения которых приглянулись кому-то под гипермаркет, убрали с остановок, чтобы даже за жвачкой надо было бежать в магазин, и всё это – звенья одной цепи: денежные потоки должны быть крупными и хорошо просматриваемыми с одной, очень высокой колокольни.

Мелкий и средний бизнес, если приглядеться, поставлен в ситуацию, которая хорошо иллюстрирована одной историей времён товарища Сталина. Когда, во время одной из дружественных попоек в грузинском стиле с участием вождя, Иосифа Виссарионовича спросили (осмелев от выпитого), мол, как же это возможно, что вот народ нищенствует, голодный, под постоянной угрозой расстрела или ссылки, а всё равно боготворит предводителя, тот попросил принести ему, для ответа, живую курицу.

Сидели они на улице, на дворе было яркое солнце. Курицу принесли, и отец всех народов её собственноручно, живую, ощипал, полностью, до кожи, кое-где – и до крови. Ощипал – и бросил на землю.

Курица… Что ей делать? Ситуация, мягко говоря, не привычная: на солнце выйдешь – жжёт, до нестерпимости, в тень зайдёшь – холодно до дрожи. И жмётся, бедолага, к сапогам Сталина, трётся о них, и эта нехитрая операция позволяет ей хоть как-то создавать для своей кожи приемлемые ощущения.

Забрать всё, ощипать до голой кожи, чтобы оставалось только самое последнее, что очень страшно было бы потерять, и чтобы от сапог вождя, который распоряжается отныне твоей жизнью, страшно и больно было отойти – вот секрет успеха Сталина. А, разве не подобный феномен наблюдаем мы в случаях с белорусскими учителями, врачами, иными бюджетниками, которые, имея нищенскую зарплату, невыносимые условия труда и жизни, не просто остаются безмолвными, но и в буквальном смысле «трутся о сапоги», фальсифицируя выборы направо и налево в угоду «хозяину».

Трагедия состоит в том, что этот нехитрый приём действует, как оказывается, не только на пассивных бюджетников: даже активные и предприимчивые люди, вроде мелких бизнесменов, сами сделавшие свою жизнь, тяжёлым трудом и риском заработавшие относительное благосостояние, предпочитают лучше не выходить на жаркое солнце и не бежать в тень, оставшись без «кожи» в виде условий развиваться и гарантий защищённости своего бизнеса, но, предпочитая выбрать самый простой путь для сохранения того минимума, который им оставили: жить и возможность что-то делать.

О каких экономических интересах, приоритетах и стремлениях можно говорить в подобных случаях? Налицо – чистой воды психология, из которой уже, потом, выстраивается и экономика, и политика.

И возможность перемен в Беларуси, она сегодня зависит не от экономических реалий – увы! Она сегодня зависит от того, как скоро люди, что «пассивные бюджетники», что «активные предприниматели», перестанут воспринимать окружающий мир исключительно через призму «сохранить то, что оставили», и начнут стремится к тому, чтобы «приобрести» и «преумножить».

Как скоро они смогут выйти из порочного круга психологии «ощипанной курицы» и перейти к нормальным человеческим взглядам: ответственности за своё будущее и будущее своих детей, чувству собственного достоинства, гордости, честности? Оно-то, понятно, что «курица» сидит в нас уже много десятилетий.

Но, видит Бог, пока мы от неё не избавимся, на нормальную жизнь нам надеяться нечего.

Чёрная кошка в тёмной комнате

В последние недели в публичном пространстве слегка оживились дискуссии вокруг участия/неучастия демократической оппозиции в предстоящей имитационной кампании под кодовым названием «парламентские выборы».

Сие не удивительно и ожидаемо: на фоне свирепого экономического кризиса оппозиция, попытавшаяся отреагировать на него Народными сходами, но получившая совсем немного не тот результат, на который рассчитывала, в целом молчит. Хотя вопросов у населения всё больше, равно как и ожиданий, что кто-то сможет дать на них ответ. Выборная кампания – событие вполне календарное, хочешь ты или не хочешь, но как-то на эту дату в календаре надо рефлексировать, и то, в каком виде эта рефлексия последует, во многом определит политический расклад в стране по крайней мере до президентских выборов.

Дискуссия эта, впрочем, большого размаха не обретает – и это тоже ожидаемо. Просто потому, что выигрышных сценариев для оппозиции в сегодняшней ситуации просто не просматривается. Для властей, в общем-то, тоже, но это уже их проблема.

Политолог Валерий Карбалевич уже несколько раз в СМИ различного калибра заявил, что оппозиции нужна «сильная стратегия», но где она и где её искать? Если коротко рассмотреть несколько базовых вариантов – сплошь тупики. Давайте попробуем.

Сценарий первый. Оппозиция идёт на выборы и проносит свой крест вплоть до самой «Голгофы» - дня голосования.

Этот сценарий имеет в себе те плюсы, что он даёт возможность повыступать с телеэкрана, а также попользоваться легальной возможностью встреч с избирателями, листовочных кампаний, в общем – провести работу с людьми, проинформировать, опробовать технологии, получить необходимый опыт, который может понадобиться в будущем.

Именно этим обосновывается необходимость участия каждую подобную кампанию, будь то местный уровень или парламентский уровень. Но, как ни печально, нужно констатировать, что чаще всего все предполагаемые эффекты оказываются «смазаны»: наиболее острые моменты в ходе телевыступлений безжалостно цензурируются, листовки либо не печатаются, либо печатаются с таким опозданием, что большинство их так и остаётся нераспространёнными в штабах, на встречи избиратель не ходит, потому что никого из кандидатов не знает, а активисты, получившие столь необходимый опыт, получают вместе с ним «на орехи» свою долю репрессий и в большинстве своём либо уезжают заграницу, либо «подвязывают» с политической деятельностью. Это касается новых активистов, которым опыт был нужен. Что касается тех старых демократов, которые уже десятилетиями кочуют из кампании в кампанию, оставаясь на своих местах, то они искренне уверены, что опыт им никакой не надо, новые технологии не существуют, и всё в этой стране давно известно: кровавый режим не даст открыть рот, пока против него не будут введены экономические санкции со стороны /обязательно/ ЕС. Кстати, для меня давно уже загадка, почему те политические силы, которые одобряют продажу «Белтрансгаза» России, буде речь заходит об экономических санкциях, всегда говорят о таковых только по отношению к ЕС, но никогда не заикаются о том, что именно санкции со стороны России были бы самыми эффективными… Но это так, к слову, не будем отвлекаться от темы.

Таким образом, полноценное участие в выборной кампании не даёт никаких технологических плюсов (если смотреть на практическую сторону), но, чаще, приводит к минусам.

Минусы эти состоят в том, что, приняв участие а даже победив, демократы всё равно в итоговом протоколе видят цифры порядка 15%-16%. Самое плохое, что эти же цифры видят и избиратели, и, в большинстве своём не имея представления о «кухне» по стряпне таких «результатов», в лишний раз убеждаются в неспособности оппозиции что-то реальное сделать. На общественное мнение такая картинка влияет колоссально, на имидж оппозиции – тоже, причём, отнюдь не в самую положительную сторону. О психологическом эффекте можно даже не говорить: унижение очевидно.

Сценарий второй. Оппозиция отказывается от участия в выборах, обосновав это многочисленными условиями, либо вообще не обосновывая – с практической точки зрения это значения не имеет (просто потому, что избиратель этих тонкостей никогда не узнает).

Этот вариант ровным счётом ничем не лучше первого, потому что приводит к тем же самым результатам.

Население сейчас ждёт внятного ответа на наболевшие экономические и политические вопросы, ждёт также, что кто-то сумеет хорошо выразить и сформулировать его протестные настроения. В случае полного отсутствия оппозиции на выборах, плевать – с какой формулировкой, оно будет банально разочаровано, считая, что демократическим силам нечего сказать.

Эффекты – те же самые: люди убеждаются, что демсилы не в состоянии ничего сделать и предпринять, пропасть между оппозицией и избирателями только растёт, на имидже это сказывается соответственно.

Сценарий третий. Бойкот.

Если по уму, то белорусское население в массе своей выборы, вроде парламентских, давно уже бойкотирует. Люди наши в большинстве своём не дураки, прекрасно понимают, что «депутаты» ничего не решают, равно как и сами избиратели, и ходить на эту клоунаду нет смысла. И, наверное, не ошибусь, если скажу, что, если бы не фальсификации и манипуляции с явкой, то выборы не состоялись бы нигде.

Беда в том, что этот бойкот, он не политический, он, назовём это так, - обывательский. Он не потому, что люди поддерживают или не поддерживают ту или иную политическую силу, а просто потому, что на эту кампанию, точнее – на её результаты, людям в большинстве своём наплевать, как наплевать и на то, кто там сидит в «парламенте».

Рискну предположить, что даже попытка превратить «обывательский» бойкот в «политический» обречена на провал, как раз из-за указанного фактора. Как различить, какой окрас имеет бойкот, если люди и так, и так не приходят на избирательные участки?

Единственным способом политизации такого бойкота были бы массовые акции протеста по итогам, однако это возможно только лишь при условии, что население верит в значимость парламента, и, следовательно, кампании. Этого нет на сегодняшний день, и, к сожалению, к ближайшей кампании подобного развития событий, эволюции общественного мнения в эту сторону, не предвидится.

Единственные, кому может быть выгоден «бойкот»в таких условиях, это известная прослойка в рядах оппозиции, специализирующаяся на имитациях различного рода. Можно объявить «бойкот», распространить одну листовку на эту тему (нисколько не заботясь о том, что для влияния на общественное мнение нужно как минимум (!) соблюсти «Правило семи касаний» или известный «Принцип тотальности», то есть работать с людьми постоянно через все доступные каналы доставки информации), зафиксировать неявку на выборы на примере 3-4 участков и заявить, что этот успех – дело правильной стратегии правильных политических сил. Такие примеры известны. Вот только результат на выходе будет тот же самый: статус-кво будет сохранён, а население в подавляющем своём большинстве даже не узнает, что стало участником некоего политического действа.

Как видим, политические условия в Беларуси сегодня таковы, что можно попросту констатировать их (политических условий) отсутствие за неимением самое политики. Так где же тогда искать «Сильную стратегию», о которой нам толкуют политологи?

По-моему мнению, «сильная стратегия» сегодня возможна только в случае созревания в обществе некоторых базовых условий:

1) Оппозиция должна быть единой и иметь единого лидера, представляя таким образом из себя «брэнд», который воспринимается и пользуется поддержкой значительной части населения и имеет шансы привлечь неопределившихся избирателей;
2) В обществе присутствует понимание значимости парламента и, следовательно, кампании по его выборам;
3) У оппозиции есть ресурсы всех видов для того, чтобы мобилизовать население под свою стратегию, будь то участие в выборах с последующей защитой результатов или бойкот с последующим требованием отмены нечестных выборов или что-либо ещё.

Беда в том, что над созданием этих условий надо было работать эдак с октября 2008 года, то есть сразу по окончании предыдущей парламентской кампании. Создать для своей работы первое и третье условие хотя и сложно, но возможно даже для нынешнего состава демсил.

Решение проблемы условия второго находится целиком в руках действующей власти, однако оппозиция могла бы хотя бы актуализировать вопрос в обществе, поднимая проблему полномочий парламентариев и их влияния на процесс принятия решений, проводя кампании за урезание полномочий президента в пользу парламента.

Даже президентский марафон можно было бы, теоретически использовать в этих целях. А что, это был бы красивый жест, если бы условный демократический «Кандидат Х» объявил о том, что он будет участвовать в президентской кампании только в том случае, если президенту урежут полномочия в пользу парламента. «Я хочу быть президентом без царских полномочий» - красивый месседж для демократа, который мог бы сыграть двойную полезную службу: и внимание населения к проблеме парламентаризма в республике привлечь, и демократический электорат очаровать.

Если бы все кандидаты выступали с подобных позиций, было бы ещё красивее. Но это так – один из возможных вариантов, на вскидку.

А пока нам остаётся лишь искать «сильную стратегию» там, где её нет, либо размышлять над тем, как пройти парламентскую кампанию с наименьшими потерями.

Такие ли уж мы «никчемные»?..

Последняя информация из Москвы, о многотысячных акциях протеста против фальсификаций выборов, парадоксальным образом вызвала у меня гордость за… белорусский народ.

Мы как-то привыкли в последние годы заниматься самобичеванием: мол, белорусы всего боятся, не хотят выходить на улицы и т. д. и т. п. Мол, никчемный мы народец… Много таких комментариев, очень много, и никуда от них не деться: обидно, но что поделать?

Между тем, русских как-то никчемным народом не считал и не считает никто. И последние акции российской оппозиции в Москве показали во всей своей красе, что ничто человеческое россиянам не чуждо, и они точно также готовы протестовать против обмана, лжи и коррупции, как и любые остальные.

И вот, пусть самое поверхностное, но сравнение количественных показателей акций россиян и белорусов говорит, что во много раз меньший народ, белорусы, в этом своём поиске справедливости и свободы, ничуть не уступают в абсолютных показателях огромному народу российскому.

Более десяти лет у власти в Кремле находится путинская мафия. Чтобы понять, что имеется ввиду под правлением Путина и моделью «управляемой демократии», достаточно было всего одного года. Все остальные годы ушли у россиян на осмысление этого явления, и сегодня они оказались способны к массовым протестам.

У белорусов же протестное движение против диктатуры, лжи и коррупции существует ровно столько, сколько диктатор, лжец и коррупционер находится у власти, то есть ровно 17 лет. В разные годы оно проявлялось по разному: до конца 90-х шло сплошной волной, по нарастающей, с пиком на Марше Свободы 1998 года. В «нулевых», под влиянием апатии и репрессий, повседневный (назовём его так) протест сошёл на нет, но начал развиваться уже по другой спирали: от президентских выборов – к президентским. 30 000 человек на Площади в 2006 году, 50 000 – в 2010 году, дальше - ?..

Этот ли не повод не отчаиваться и сказать себе: да, пока весь народ не готов отторгнуть нынешнюю патерналистскую модель, но нам есть чем гордиться: сравнивая протестную историю того же российского общества и белорусского, приходишь к выводу, что у нас в стране, в нашем обществе, есть крепкое «ядро», которое не просто «под настроение» и «по поводу» может высказывать свою политическую позицию, но является носителем определённых ценностей, которые понимает, разделяет и готово отстаивать.

Это, между прочим, совсем немало для пост-коммунистического общества, это – огромный задел на будущее, это – скелет, вокруг которого неминуемо нарастёт «мясо».

Но, не могу не остановиться ещё на одной существенной детали.

Да, между российской и белорусской ситуацией много общего, и сравнивать её можно с разной степенью корректности, но, всё же, надо делать одну небольшую оговорку.

Ибо в Беларуси всё же есть та среда, та мысль, та идея, которая помогла сформироваться «ядру», о котором речь шла выше, помогла в становлении определённых ценностей, и является залогом здоровья нашего общества в будущем. Та идея, которой не может быть в силу объективных причин у россиян – и в этом наше преимущество.

Если вспомнить протесты 90-х годов, на стадии становления диктатуры (как раз такие протесты, которых не было в России – там становление диктатуры прошло под буквально всеобщий «одобрямс»), то мы увидим, что все движение тех лет имело в основе своей национальную идею.

Идею белорусского возрождения и сохранения суверенитета.

Не отошла она на второй план и сейчас, к ней лишь добавились различные социальные и экономические аспекты.

В этой, национальной, идее, очевидно, и заложен ключ к формированию в нашей стране гражданского общества, которое может отстаивать свои права.

Беглый сравнительный анализ российского протестного движения и белорусского наталкивает на такие мысли. Наверное, они не бесспорны, что ж, можно подискутировать, ведь в споре, в конечном итоге, рождается истина…

Но, если не найдётся весомых контраргументов, это будет означать, что все люди и организации, от которых зависит развитие общественного сектора, гражданского общества Беларуси, должны принять на заметку: проектам, кампаниям и инициативам, которые занимаются культурой, историей Беларуси, пропагандой национальной идеи, необходимо уделять значительно больше внимания.

«А нам всё равно…»

В последнее время меня не покидает стойкое ощущение того, что земля уходит из-под ног.

Нет, никакого пафоса, и, к слову, никакой фигуральности: всё происходит в буквальнейшем смысле и ничего хорошего не сулит.

Последние политические и экономические события иначе назвать нельзя. Все мы становимся сейчас свидетелями того, как режим, спасаясь от последствий собственной экономический бездарности, продаёт стратегические объекты один за другим. Потеря «Белтрансгаза» - это не просто удар по независимости страны, это – ампутация конечности. Была бы наша экономика поразвитее, поустойчивее, это было бы не так ощутимо: энергозависимость одной страны от другой только тогда являются катастрофой, когда невозможно преодолевать её при помощи живых денег. У Беларуси денег нет и быть не может, но у Беларуси оставался ещё хоть какой-то рычажок для влияния на европейскую и российскую энергетическую политику. Теперь же его нет, а это значит, что в любой момент сильные мира сего могут сделать с нашим, с позволения сказать, «народным хозяйством», что захотят.

Получение режимом денег за последние сделки автоматически означает продление порочной цепочки. Ибо, полученные сейчас от Москвы средства позволят продержаться ещё какое-то время без реформ, а существование без реформ неминуемо приведёт к тому, что страна окажется в таком же состоянии, как сейчас. И придётся ещё что-то продавать, потом – ещё что-то, и так… И так, как у Кролика из «Винни-Пуха»: «пока совсем ничего не осталось…»

Вопрос, можно ли сохранить суверенитет политический, потеряв таковой экономический, кажется, риторический…

А тем временем новым символом современной Беларуси становится не зубр, как когда-то, а… заяц.

Не только тот «зайчик», который побил все рекорды по девальвациям, инфляциям и тому подобным «иям».

Но и тот, который, любимый женщинами и детьми зверёк, пел устами героя Никулина в фильме песенку: «А нам всё равно…»

Отсутствие реакции на происходящее со стороны людей в очередной раз удручает, но почему-то уже не удивляет. Ну да, удивляться устаёшь.

Но есть же ещё демократически настроенная часть общества! Которой, вроде бы, как все мы привыкли считать, не всё равно! Но так ли это?..

Политика Милинкевича, ещё совсем недавно, виртуально забрасывали камнями и обвиняли в сотрудничестве с режимом, за то, что человек говорил: если мы будем постоянно твердить о санкциях для Беларуси со стороны ЕС, блокировать попытки воздействия Евросоюза на руководство Беларуси, потеряем страну.

Сейчас всё развивается ровно по этому сценарию, но переосмысления не наблюдается ну совершенно никакого!

Для справки: в Украине, тут, поблизости, совсем недавно происходили и происходят очень похожие события. Приговор Юлии Тимошенко поставил под угрозу подписание ЕС и Украиной соглашения о зоне свободной торговли, что рассматривалось как один из этапов интеграции Украины в европейское пространство. Однако Юлия Владимировна, будучи политиком трезвомыслящим, сделала заявление: её дело никоим образом не должно повлиять на этот процесс, соглашение должно быть подписано!

Почему, интересно, Ю. Тимошенко никто не обвинил в сотрудничестве с режимом Януковича? Парадокс, ведь ситуация идентичная, а ментальность белорусов и украинцев весьма схожа, украинцы даже более горячи и радикальны: должны были уже распять Тимошенко за коллаборантство! Я так подозреваю, просто потому, что там спецслужбы не имеют в должностных инструкциях пунктика об информационной войне против разумных политиков, поэтому и троллингом политическим не занимаются, в отличие от Беларуси. Но это так – к слову…

Так вот, позиция Тимошенко, между прочим, имеет ряд неоспоримых преимуществ:

1) Она никак не влияет на позицию заинтересованных сторон, и европейские чиновники как хотели вопрос решить, так его решать и будут;
2) Она сигнализирует внешним игрокам, что оппозиция в Украине сильна, и способна мыслить политическими категориями: не с позиции слабака («Защитите меня, угрожая режиму»), а с позиции субъекта национальной политики, который мыслит стратегически и в долгосрочных интересах народа. При таком раскладе, не учитывать интересы политической силы невозможно, как невозможно действовать без оглядки на неё, ибо за политической силой, которая мыслит интересами своих граждан, граждане, как правило, склонны идти;
3) Она сигнализирует непосредственно избирателям о том же, о чём и внешним силам, следовательно, способствует повышению популярности и шансов на следующих избирательных кампаниях.

Вывод из всего этого можно сделать до ужаса простой: мы можем быть за европейские санкции, можем быть против, но мы не имеем права вслух говорить о том, что эти санкции должны быть введены. Потому что это

А) отталкивает от нас наших же избирателей;
Б) Показывает внешним игрокам нашу слабость и невозможность влиять на процесс самостоятельно. Приводит это к тому, что с оппозицией просто не считаются;
В) Даёт режиму полный карт-бланш на распоряжение национальным достоянием (вплоть до потери суверенитета), а также развязывает руки в этом же направлении тому же Кремлю: невозможно предположить, что политики, призывающие к экономическим санкциям, могут бороться (и поставить под сомнение сделку) против продажи национальной экономики.

Минимум, который требовался всё это время от оппозиции, для того, чтобы не стать соучастницей потери суверенитета: выдержка и ответственность.

Их не хватило… Отчасти и поэтому пошли процессы, на которые гражданское общество Беларуси не имеет совершенно никакого влияния. Отчасти поэтому оказался неудел Запад, заблокировавший свою политику относительно Беларуси, отчасти поэтому мы теперь на грани потери страны.

Но – ладно. Что было, то было… Почему же сейчас не пересмотреть подходы, не заговорить с народом простым и понятным языком: «Дорогие наши избиратели! Режим продаёт страну, и завтра мы все окажемся голыми и босыми. Сегодняшние мизерные подачки не спасут нас от кризиса, зато лишают будущего наших детей!». Почему не стать на сторону тех, кого грабят, тем более, что именно от них-то и зависят перемены?

Но вместо этого я тут на днях читал другое: «Сестра Санникова призвала Еврокомиссара…» дальше понятно, о чём речь: всё о тех же санкциях.

Рискну предположить: народ не поймёт. И подумает, что лучше уж трубу продать и не голодать… в отсутствие других альтернатив.

«Александр Македонский был, конечно, великий полководец, но зачем стулья ломать?» - эту фразу мы хорошо знаем из кинофильма.

В то ей могу сказать.

Андрей Санников, конечно, сильный политик, и в тюрьме ему несладко, и все мы ему сочувствуем, но сестра его – когда успела стать сильным политиком, определяющим судьбы людей и стран?..

Ситуация тяжёлая до крайности, но в Беларуси, кажется, совершенно никто не собирается ничего менять:

- режим не будет проводить политических реформ;

- народ и дальше будет молчать;

- оппозиция дальше будет петь нестройным хором, и самые громкие голоса и дальше будут кричать исключительно о санкциях.

Банальность: невозможно делать одно и то же, и надеяться на разный результат. Но в нашей стране все делают одно и то же.

«А нам всё равно?..»

Разменная монета

Недоумения, мягко говоря, вызвали новости о том, что российский газ для Беларуси в следующем году подешевеет вдвое: не то до $150 за тысячу кубометров, не то до $165.

Недоумение, потому что весь ход российско-белорусских отношений последних лет говорил о том, что точка невозврата пройдена, и, если громкие слова о славянском братстве и союзничестве ещё возможны, то прямая поддержка российским тандемом оптостылевшего даже им Александра Лукашенко уже просто невозможна.

В то же время, заявленное снижение цены на газ является именно такой формой прямой поддержки, притом, чрезвычайно своевременной, ибо корабль «уникальной экономической модели» находится уже на той стадии, когда большинство его пассажиров начинают заботливо вращать глазами, в поисках спасательных жилетов. По оценкам экспертов, такая политика будет стоить России примерно $3 млрд., соответственно, именно столько получит режим Лукашенко на поддержание штанов.

В иной ситуации, находясь в кризисе, можно было бы радоваться тому, что кто-то приходит к нам на помощь. Однако сегодня ситуация такая, что радоваться-то особо и нечему. Потому что, если даже поверхностно поразмыслить над тем, что принесёт в нашу страну этот газ, помимо денег, ничего хорошего в этом разглядеть не удаётся.

Во-первых, вливания эти – это как доза для наркомана, который при смерти. Тут на днях так называемый президент разгромил все скромно-реформаторские планы правительства, которые предполагали комплекс мер по обузданию инфляции и девальвации. Фактически это был сигнал для всех, что никаких системных реформ нам ожидать не приходится. Совершенно очевидно, что А. Лукашенко, с его образом мышления и умственным развитием, руководствуется своей давней традицией и рассчитывает на то, что и дальше сможет жить и руководить единственно знакомым ему методом: находя внешние ресурсы и сохраняя социально-экономическую модель, которая совершенно не эффективна, зато позволяет ему полностью контролировать все экономические процессы в стране. Значит, сохранять власть.

Условно говоря, эти три миллиарда баксов – это стакан водки для человека, у которого болит зуб. На какое-то время станет легче, но потом хмель выветрится, и к зубной боли прибавится ещё и боль головная. Не могу не сказать, что Россия в очередной раз оказала Беларуси «медвежью услугу». Я никогда не выступал за экономические санкции, но в равной степени не поддерживаю и совершенно бесполезные денежные вливания неизвестно куда и неизвестно зачем.

Кстати, хороший вопрос: а зачем? А зачем России именно сейчас вдруг идти на попятную и столь щедро одаривать соседнее суверенное государство, и это после всех тех ушатов дерьма, которые на неё выливает местное руководство и официозные СМИ?!

Тут, параллельно со всеми этими интеграционными делами и делишками на пост-советском пространстве, разворачивается любопытнейший сюжет вокруг размещения элементов американской ПРО в Европе. Россия грозит Западу «адекватными» мерами, и совсем уж «кстати» прозвучали заявления о том, что, в ответ на размещение элементов ПРО в Европе, в Калининградской области, Беларуси и Краснодарском крае могут быть размещены комплексы «Искандер».

Что-то мне подсказывает, что мы сейчас наблюдаем очередное обострение в российской внешней политике, и связано оно, в первую очередь, с электоральной кампанией по выборам в президенты РФ Владимира Путина.

Ещё с первых шагов этого политика во власть стало понятно, что, завоёвывая голоса избирателей, его политтехнологи всегда пользуются классической схемой, где, помимо некоего своего месседжа, потребителю предлагается ещё и «образ врага» - тёмной силы, с которой «добрый» Путин борется, и, конечно же, в тяжелейшем противостоянии, побеждает. Таким врагом была Чечня, терроризм вообще, ну а антиамериканизм и антизападничество нагнетаются в современной России с регулярностью, достойной лучшего применения. При этом, важно заметить, что именно в случае Путина образ врага рисуется всегда особенно акцентировано, а сам ВВП слишком охотно играет роль «твёрдой руки». Собственно, оно и логично для бывшего офицера спецслужб, такое амплуа.

Сейчас, похоже, ситуация повторяется, хотя это и грозит срывом политики «перезагрузки», но кого это, в конце концов, волнует, когда власть /с огромными деньгами в придачу/ на кону? Потом, после выборов, можно будет снова «перезагружаться» сколько угодно, но сейчас надо побряцать оружием, изображая из себя сильных мира сего.

Беда лишь в том, что в современном глобальном мире даже изображать из себя сильного, не имея сколько-нибудь убедительного пула союзников, невозможно. Россия, будучи сама на грани развала из-за множества социальных и демографических проблем, одна не в силах противостоять «золотому миллиарду» ни при каких условиях, и это очевидно даже не очень-то вдумчивому и разборчивому российскому избирателю. Отсюда так сильна ностальгия по СССР и так велика необходимость во всяких интеграциях с «братскими» народами.

Но современная Россия, как бы она не пыжилась, на мировой арене является столь незначительным игроком, что, кроме своих наиболее уязвимых и недальновидных соседей, ни для кого не имеет никакой привлекательности. Будь у РФ выбор, возможно, не увидели бы мы Лукашенко за одним столом с Медведевым. Но выбора нет, и сильные блоки сколачивать не из кого, даже Украина, и даже, прости Господи, при Януковиче, и то российской «сверхдержавы» избегает – не перспективно. Куда перспективнее с ЕС договоры о беспошлинной торговле заключать.

Таким образом, низкой ценой на газ, если она всё же нарисуется, Кремль покупает лояльность Лукашенко на ближайший год или годы – как карта ляжет. Нужен он для имитации широкого союза народов под крылом якобы «сверхдержавы», широкого союза, который способен решать серьёзные экономические и геополитические задачи.

Проект при любом раскладе краткосрочный, просто потому, что в том состоянии развития, в котором находится сама Россия, а уж Беларусь – тем более, никаких серьёзных дел дольше чем на пару месяцев вперёд планировать невозможно. Не до жиру, быть бы живым…

Для нас же трагичным является то, что наша страна в очередной (который уже!) раз стала разменной монетой в сомнительных политических играх сомнительных же политических деятелей.

Притом, слово «игра» здесь можно употреблять в буквальном смысле…

Новые старые медиа

На днях столкнулся с прелюбопытным явлением.

Сидя на скамеечке и покуривая перед своим подъездом, очёнь чётко слышал разговор у соседней лавочки. Где одна бабка, тоном, не терпящим возражений, и с видом абсолютно убеждённым, “просвещала” очевидно менее информированного мужичка.

Так вот, из её слов получалось, что жизнь стала совершенно невыносимой, цены – чрезвычайно высокими, но… только в Гомеле! В частности, она заявляла ему, что её племянница в Витебске покупает свиную вырезку по 28 тысяч за килограмм, набирая на 100 тысяч по четыре килограмма. Что подсолнечное масло там же стоит 5 тысяч, а сметана самая жирная – 2,5 тысячи, против “десять тысяч у нас”.

- Плохо, но разве Лукашенко в этом виноват?! – патетично восклицала она. – Не Лукашенко, а наш губернатор, мать его идтить! В одном Гомеле так, везде нормально…

Мужичок кивал головой, а мне хотелось подойти, и сказать женщине, что она ошибается.

Но, чем дольше она продолжала разглагольствовать, тем больше мне хотелось сказать уже другое: «Зачем вы врёте?!»

Потому что так ошибаться просто невозможно. Кроме того, слишком ясен был её месседж: царь хороший, бояре – плохие. Во всей стране хорошо, только в Гомеле плохо.

Этот месседж давно и успешно используется государственными идеологами и завуалированными пропагандистами на самом низовом уровне. Нужен он для того, чтобы подкреплять посредством личностных контактов, какого-то локального авторитета и через эффект «близости» те сказки, которые рассказываются по Белорусскому геббельс-ТВ.

Мне сразу вспомнился богатый опыт организации местных встреч с гражданами, и как на этих встречах выделялись группы подосланных такого рода бабок, орущих всякую ерунду, лишь бы не дать сказать разумного слова и сорвать диалог. Совершенно ясно, что подобных оф-лайн «троллей» в распоряжении нашей пост-советской страны, точнее – администрации и спецслужб, предостаточно. Все они пенсионного возраста, это – «старая гвардия», воспитанная ещё комсомолом, и все они отличаются неизменной подлостью и недальновидностью: за копейки готовы служить кому угодно, искренне полагая, что эти копейки важнее для них и для их семей, чем нормальное будущее.

Ещё я вспомнил, что в политтехнологиях, приём агитации «Слухи» - это классика жанра. И, собственно говоря, если любой продвинутый кандидат в странах, где существует избирательная конкуренция, пользуется этой методологией, грех подозревать, что наши власти упустят этот шанс, особенно учитывая огромный штат таких «агитаторов», опять же, оставшийся с советских времён, и пополненный возрощеным новым поколением.

Все последние исследования показывают, что рейтинг доверия к традиционным СМИ, как государственным, так и независимым либо оппозиционным, катастрофически низок и продолжает падать. В этих условиях экспертами признаны, в качестве наиболее эффективных каналов передачи информации, неформальные коммуникации. Здесь, само собой, в лидерах социальные сети и… как раз «локальные сети контактов», то есть, попросту говоря, «сарафанное радио».

И вот работу этого сарафанного радио мне пришлось на днях лицезреть.

Больше всего в связи с этим меня расстроили два обстоятельства…

Во-первых, осознание того, что мы, в большей или меньшей степени интеллигентные и понимающие люди, безоружны перед этим примитивом. Мне, вроде как, тоже ничего не мешало подойти и вмешаться, объяснив объекту обработки, что его банально дурят, заставляя поверить в «доброго царя», который, на самом деле, является лишь злобным дураком. Однако я этого не сделал. Почему? Да потому что завязалась бы словесная перепалка без аргументов, но на повышенных тонах и обязательно с оскорблениями, и доказать что-то было бы невозможно. Победил бы тот, кто громче орёт и забористее матерится. Тут, надо признать, шансов у меня нет никаких, а позориться перед всем двором совсем не хочется.

Уверен, 99% людей, подобных мне, решили бы точно так же. В этом наша слабость… Пока… Нам надо придумать, как противостоять этому злу, обязательно надо придумать, иначе, как ни банально и пафосно это прозвучит, мы за круг социальных сетей никогда не выйдем!

Ну а самое поганое в этом деле, что у этой подлой бабки, живущей со мной в соседнем подъезде, есть внучка… Она где-то на годик старше моей дочки Златы. Наверное, они будут ходить в один садик, в одну школу… И меня это совершенно не радует.

Потому что я очень хорошо представляю, как и кто её воспитывает…

Взрослая ценность

Сегодня – знаменательная дата. Ровно 20 лет назад наши исторические символы, бело-красно-белый флаг и герб “Пагоня” стали государственными.

Свои герб и флаг – атрибуты настоящей независимости. Без них её не бывает. Без них не бывает и народа. С независимостью, в равной степени, как и с ощущением себя нацией, у белорусов опять начались проблемы с приходом Лукашенко, практически сразу, в 1995 году, когда русскому языку был предан статуст государственного, а наш флаг и герб /уверен - временно/ были отодвинуты с государственного уровня, до уровня атрибутов гражданской позиции.

Часто бывает так, что какой-то вопрос для нас является настолько очевидным, что мы просто забываем о нём думать. Всё настолько ясно, что просто не задумываешься: хорошо это, или плохо. Для меня, как и для очень многих, наша независимость – наивысшая ценность, на уровне аксиомы, не нуждающейся в переосмыслении и анализе. И так повелось примерно года с 1998-го, когда мне было 17 лет, и я начал серьёзно задумываться о том, в какой стране я живу, в какой жил, и в какой хочу жить.

А, между прочим, иногда аксиомы всё же стоит переосмысливать. Просто для того, чтобы по-новому смотреть на вещи. Подвергать что-то сомнению, а в чём-то – убеждаться в очередной раз.

Так было и в последние дни, с приближением сегодняшней памятной даты.

Не могу сказать, что мои мысли и размышления привели меня к каким-то глубоким выводам. Скорее – наоборот: всё очень просто, если не сказать, поверхностно. Но, вместе с тем – очевидно.

Все последние дни я вспоминал себя в те годы, перестроечные, и эволюцию своего отношения к Беларуси и к нашей государственности.

В год распада СССР мне было всего 10 лет, но, хотите верьте, хотите – нет, я всё прекрасно помню, и достаточно неплохо происходящее тогда осознавал. На своём, конечно, уровне, уровне того времени.

И тогда, в первые годы после распада СССР, для меня независимость не представляла никакой ценности. Наоборот: мне очень хотелось обратно в СССР.

Мне было 10 лет, и мне хотелось опять спокойно поехать с семьёй в Сочи или в Красную Поляну (где сегодня строят себе дома российские “тузы”), хотелось, чтобы мама, работающая инженером на оборонном предприятии, опять много зарабатывала, и хотелось ощущать себя частью огромной страны, на которую мы засматривались на школьных картах. Огромной страны, сами размеры которой говорили о силе и мощи! Быть частью чего-то огромного и сильного – это мечта 10-летнего мальчишки!

Это были эмоции, которые формировали основы мировоззрения в момент, когда разум был недостаточно для этого силён. И это естественно.

Но прошло всего несколько лет. Жизнь брала своё, а разум – своё.

И всё происходящее начало переосмысливаться.

И как-то само собой пришло понимание, что маленькая страна может не быть сильной, но может быть уважаемой. А уважаемые и авторитетные, чаще всего, управляют сильными.

И как-то само по себе пришло понимание того, что собственная квартира, какой бы маленькой она не была, лучше, чем койка в прихожей в коммуналке, где ответственный квартиросъёмщик – довольно хамоватый и пьяноватый амбал.

И как-то желание ездить без границ на море отодвинулось на второй план по сравнению с гордостью за свою историю и прошлое, которые тогда объективно изучались в школах. Красная Поляна, по которой тогда в буквальном смысле (найду фотки - выложу) табунами ходили свиньи из местных деревень, мешая отдахающим, перестала казаться чем-то чрезвычайно нужным. Чрезвычайно нужным стала казаться необходимость построить свою страну такой, чтобы все хотели ехать к нам, а не мы хотели ехать к ним.

Эта эволюция происходила на одном, достаточно естественном фоне: я рос, взрослел и учился думать. И пользовался своими навыками. Любой человек, вырастая, взрослея, стремится начать жить самостоятельно, строит свой дом и налаживает свой быт. Вот как-то так это всё и происходило… В коммуналке – может быть хорошо или плохо, пьяноватый и хамоватый амбал может и тебя побить, но и от дворовых хулиганов защитить, но всё это – для слабых. А мы росли, и очень хотели быть сильными… И жить своим умом и своими силами.

Когда человек взрослеет, на место эмоций приходит здравый рассудок, и его приговор однозначен: лучше своя маленькая квартирка, чем койка в прихожей в огромной коммуналке.

Какой там, по последней социологии, процент желающих вернуться обратно в СССР или вступить в Россию? 11%? 20%? Не помню точно, если честно. Помню лишь, что – категорическое меньшинство. А тогда, в начале-середине 90-х было такое же категоричное большинство.

Мы взрослеем, друзья, неуклонно, стремительно, несмотря ни на что – взрослеем! И становимся достойны своей независимости.

Независимость – это ведь ценность только для взрослых и самодостаточных людей. И наций.

Мудрость старого еврея в современной Беларуси

Вчера вечером, на лавочке возле своего дома, судьба свела меня для беседы с одним старым и далеко неглупым евреем.

Поток мыслей и словей этого человека далеко не всегда откладывается у меня в голове. Просто потому, что круг тем – чрезвычайно обширен.

Но вчера одно рассуждение крепко запало мне в душу. Примерно следующего содержания.

«В стране невесть что творится, все стонут, кричат, и каждый день спрашивают друг друга: а что делать? А что делать, что делать… Он говорят: «Ну вот, нам же обещали то, нам же обещали сё…». Мозгов у людей нет, это факт. Мало, что тебе обещали? Я на переходе стою, зелёный загорелся, я не иду, и парнишка молодой меня спрашивает: «Дед, а ты чего стоишь, зелёный ведь?». А я что, дурак? Я никогда не пойду на переходе, даже если зелёный, пока первые машины с обеих сторон не остановятся полностью. Потому что откуда я знаю, кто там едет, может, задумался человек и поедет на мой зелёный, и хана мне? А, может, придурок какой, а, может, уколотый? Пока первая машина не остановится, я никогда даже на зелёный не пойду… А они: «На же обещаааааали….». Ну, обещали, так ешьте».

Комментарии, думаю, излишни.

Когда на светофоре зелёный свет для пешеходов, а уколотый придурок несётся на полной скорости, с угрозой раздавить всё и вся, это – очень по-белорусски. Это, буквально, наиболее адекватная иллюстрация сегодняшней модели нашего государственного устройства.

Единственный путь приблизить перемены

Утреннее прочтение новостей не порадовало: очередная акция «Стоп-бензин» провалилась.

Ну, конечно, как посмотреть. Артём Шарков вот говорит, что не провалилась, потому, что власть предприняла серьёзные меры /своей/ безопасности. С этой точки зрения – да. Но, с другой точки зрения, любая акция протеста предполагает наличие собственно протестующих, в случае же, если их, как вчера, нет, то нет и акции. К слову, власть ведь пустыми площадями не изменишь.

Перед белорусами, жаждущими перемен, снова во всей своей красе встают вопросы, типа «И что теперь делать?» или «Ну почему этот народ такой пассивный?». Потому что, вот РЧСС «завалилась», «Стоп-бензин» сдулась по тихому, на «Народный Сход» и вовсе, несмотря на всю медийность, надежды мало… А в стране – кризис, а в стране – молчаливый протест /на каждой кухне/, в стране, вроде как, все ждут перемен.

Что до меня, то лично я не вижу никаких сюрпризов. Не вижу и трагедий никаких.

Разочарование сейчас постигает тех, кто по горячности своей думал, что, вот, пришёл экономический кризис, и власть теперь рухнет за несколько месяцев.

Система, которая создавалась 17 лет, держится не только на каком-то уровне бытового благополучия, но на совокупности факторов. Ожидать действительно серьёзных народных сдвигов, даже чисто в теории, можно под влиянием таких вещей, как

1) Существенное ухудшение уровня жизни, практически обнищание;
2) Сдвиг в общественном сознании в пользу определённого ценностного выбора (свобода, права, уважение, честь и гордость вместо рабства, унижения и беспомощности, например).

Ни секунды не сомневаюсь, и никогда не сомневался, что в Беларуси чисто «экономическая» революция невозможна. Да, кстати, и не нужна особо. Ещё несколько лет назад в дебатах со сторожилами гомельской оппозиции, уповавшими на то, что придёт кризис с «Лука слетит», я неоднократно говорил, что экономическая составляющая должна быть детонатором, но сама по себе смена власти должна иметь другую мотивацию, да и возможна только при другой мотивации. Сейчас, по прошествии времени, мои слова подтверждаются.

Почему заглохли все спонтанные протесты, вызванные резким ухудшением уровня жизни? Да просто потому, что у белорусов начался период адаптации и привыкания. Этот период может, кстати, длиться годами, если не десятилетиями, и лишь накапливать раздражение в обществе. Но не факт, что это раздражение будет выливаться в политическую плоскость. Оно может канализироваться в бытовых вопросах (хамство, злоба, падение нравственного и культурного уровня, рост криминала и пьянства, наркомании и т. д.). Давайте вспомним закат СССР: экономическая стагнация длилась десятилетие, и лишь совокупность факторов привела к падению державы.

Рассчитывать на то, что в Беларуси экономический кризис может сыграть решающую роль , как минимум – наивно. Большинство всегда может и умеет адаптироваться к бытовым трудностям, стравливая недовольство в альтернативные политике сферы. Кстати, ведь и такую форму, как «экономический протест», тоже никто не отменял: история знает множество истинно народных движений, чьи требования ограничивались чисто экономическими вопросами и не могли привести к смене устоев.

Поэтому происходящее сейчас в Беларуси – достаточно закономерно. Был период первого шока, и был момент стихийных выступлений, которые были обусловлены, скорее всего, именно шоковой реакцией на происходящее. В самом деле: получать сегодня зарплату в $500, а завтра - $250 – больно… Но в настоящий момент люди поостыли. Включились другие рефлексивные центры, иные мотивации.

Означает ли это, что мы, как и при СССР, обречены теперь ждать не менее 10-ти лет, пока экономическая стагнация не приведёт к стагнации самое системы, которая проржавеет и, в конце концов, рухнет сама?

Ни в коем случае – нет!

Как я писал уже выше, действительно глобальные общественные изменения могут быть лишь при условии изменения парадигмы ценностей в обществе, либо при глобальном экономическом коллапсе.

Уникальность Беларуси в том, что чисто экономические мотивы здесь не сработают. По историческим причинам. Так уж повелось, что белорусы привыкли переживать и не такие трудности.

Уверен, что качественное изменение ситуации в нашей стране возможно лишь при стечении комплекса факторов, а именно, в первую очередь – именно этих двух: ценностного и экономического. При этом экономическому кризису имеет смысл отдать роль именно детонатора, на тот момент, когда общее недовольство действиями властей во всех сферах жизни достигнет критического уровня.

Надо быть готовыми к тому, что система, которая строилась 17 лет, кропотливо и усердно, с направлением в неё всего государственного ресурса, не может рухнуть одномоментно. Надо сосредоточиться на том, чтобы кропотливо и тщательно менять мировоззрение белорусов на происходящее, повышать уровень ответственности людей за своё будущее и будущее своих детей.

Гражданское образование, информирование, дискуссии, организационная работа, приводящая к консолидации малых и средних групп, локальные акции протеста с глобальным освещением, вовлечение новых активных людей, установление контактов с бизнесом, чиновниками и силовиками (начиная от рядовых) – это лишь некоторые из действий, которые именно сейчас должны делаться наиболее ответственными и активными людьми. Кто не знает, с чего начать, может находить «центры притяжения» у себя на местности, устанавливать контакты, втягиваться в эту, общественную, по сути, работу, с тем, чтобы быть частью одного, нового белорусского общества, которое очень скоро вытеснит старую реальность, как неактуальную. Другого пути, кроме такой, гражданской, подготовительной работы – нет. Вилами танк не подобьёшь, и спонтанными акциями протеста серьёзную систему не свергнешь.

Можно возразить, мол, вся такая работа проводилась уже давно, многими людьми и организациями, а сейчас, дескать, пришёл момент активно действовать.

Я на это могу ответить лишь следующее. Все предыдущие годы белорусы жили в позе страуса: зарыв голову в песок. Ни одна работа не достигала в полной мере своих адресатов, просто потому, что большинству не была интересна: позитивная динамика роста, удовлетворение первичных амбиций и потребностей убаюкивали и расслабляли.

Сегодня для страны совершенно уникальный момент. Пусть – люди оказались до конца не готовыми решительно протестовать. Зато в обществе резко вырос спрос на альтернативную информацию, на экспертные оцени и мнения, на предложение альтернатив, на возможности для социализации, консолидации, Солидарности. Кризис не смог пока смести эту власть, но он смог разжечь у белорусов интерес к новому, потребность в переменах, искру движения поиск перспектив.

Так рождается наше новое общество: если сейчас этот спрос будет удовлетворяться, власти Лукашенко конец может придти очень скоро, уже года через два. Потому что, при такой общественной активности и заинтересованности, которую сейчас, под влиянием кризиса, демонстрируют белорусы, уже через это время в стране возникнет новая реальность, и в ней просто не будет места устаревшей недо-советской системе.

Если же мы и дальше будем уповать на то, что сможем спонтанными акциями самых просвещённых сломить режим, не втягивая в нашу орбиту непросвещённых, то это, уверен, путь к тотальному разочарованию. Большие победы начинаются с малых успехов, а сегодня малые успехи, это увеличение тиражей листовок и аудиторий сайтов, рост численности локальных групп и он-лайн сообществ, появление альтернатив и интеллектуальных дискуссий. И через эти маленькие достижения можно придти к большому успеху. А попытки с налёта взять неприступную крепость малыми силами лишь будут приводить к таянию этих и без того малых сил.

PS Движение «За Свободу!», Гражданская инициатива «Гомельский Демократический Форум», в которых я работаю в границах Гомельской области, постоянно реализует несколько проектов, направленных на повышение информированности людей, их знаний и уровня ответственности, на вовлечение новых активистов в общественную жизнь.

Если Вы, прочитав статью, согласны с автором – присоединяйтесь. Убеждён, что только так мы приблизим перемены!

Ищите меня

в Twitter: @pkuznetsoff

«ВКонтакте»: id7082016

«Facebook»: id=100001544978175

Мальчики по вызову или Кто и зачем дискредитирует белорусскую милицию?

У меня такое впечатление, что во властных структурах засели люди, которые сознательно дискредитируют белорусскую милицию.

Вроде как ни для кого не секрет: правоохранительные органы финансируются за счёт госбюджета. То бишь – налогоплательщиков. Любой работающий человек делает соответствующие отчисления в бюджет. Да и неработающий – тоже, ибо в каждом товаре, который он покупает на территории Республики Беларусь, заложены солидные налоговые платежи. Которые и идут, не в последнюю очередь, на оплату работы милиции.

Именно поэтому правоохранительные органы во всём мире работают бесплатно.

Проходящий в Бресте суд над участниками акции протеста на погранпереходе Брузги, разогнанной ОМОНом, поражает воображение: МВД требует у обвиняемых… оплатить «услуги» милиции, которая била их палками по голове и травила газом. Сии старания оценены в, не много, не мало, 11 миллионов белорусских рублей. В этом случае цинизм граничит с маразмом: мало того, что население по определению не должно платить за работу милиции дважды (ибо всё уже оплачено из налогов), так здесь ещё и требуют, чтобы заплатили за действия против самих же потенциальных плательщиков!

Подозреваю, что ни с одного маньяка, серийного убийцы либо педофила власть взимать дополнительную пошлину за «услуги» ОМОНа по их задержанию не додумалась. Они, эти категории граждан, в её, власти, глазах, люди – куда более достойные нормального отношения, чем протестующие.

Этот случай – не единичный, это лишь – вершина маразма системы. Любой оппозиционер, кто хоть раз пробовал организовать массовое мероприятие, знает механизм, которым власть, чаще всего, мотивирует отказы. Мол, к заявке не приложены договора об оказании услуг в ходе массового мероприятия скорой помощью, коммунальщиками (для уборки после митинга) и той же самой милицией. Договора чаще всего не прикладываются потому, что названные службы ничего не хотят заключать без предварительного согласия исполкомов, а исполкомы не дают согласия без договоров. То есть, получается замкнутый круг.

Однако истории известны случаи и сбоев в системе. Бывали, даже на моей памяти, прецеденты, когда и милиция, с «скорая» договора заключали. Тогда властям приходилось экстренно придумывать другую «отмазку», но – не об этом речь. Речь о том, что, когда такие договоры заключались, то оказывалось, что работу милиции также необходимо дополнительно оплачивать! Причём, есть у них и прейскурант: работа офицера стоит больше работы рядового, в общем – рынок. В 2008 году такой прейскурант даже попал нам на руки и мы его опубликовали. Жалко, не могу его теперь найти: затерялся на просторах интернета.

Работа милиции, которая оплачивается гражданами в виде налогов, в тех случаях, когда власти хочется, оказывается, должна оплачиваться дополнительно. И где-то сидят люди, которые настойчиво такую систему внедряют в жизнь, делая белорусских милиционеров всё больше похожими на «мальчиков по вызову».

Не удивлюсь, если в скором времени в Беларуси найдётся креативный человек, который свою, например, свадьбу, оформит как массовое мероприятие, с соответствующим договором с милицией. Были бы деньги: всё можно оплатить и заказать. А почему бы и нет? В Королевстве кривых зеркал, телеэкранов и должностных инструкций и не такое возможно…

PS Несмотря на настойчивое стремление властей продать услуги милиции хоть кому-нибудь и хоть за сколько-нибудь, пока случаев, когда бы это удавалось, я не знаю. Массовых мероприятий с оплатой труда офицеров и рядовых пока не припоминаю. Суд над протестовавшими в Брузгах – ещё в разгаре. Сооответственно, коммерческий эффект таких прожектов пока равен нулю. Интересно, какой же сакральный смысл вкладывают авторы идеи в коммерциализацию милиции? Вероятность диверсии я бы не исключал. Уж слишком маразматична ситуация…