В политтехнологиях есть термин: «медовый месяц». Термин это не свадебный, а сугубо электоральный.
Если коротко, то так называют период интенсивной раскрутки нового для общества лица, которое, в силу своих личностных и профессиональных характеристик, а также наличия в обществе спроса и ожиданий, чрезвычайно востребовано. Поэтому продвижение такой фигуры идёт быстро, гладко, что называется, «на ура».
Из самых ярких примеров, которые мы могли наблюдать в новейшей истории, можно сказать, что именно на волне «медового месяца» к власти пришёл
Путин. Помните, как стонала Россия от немощного Ельцина и царящего при нём бардака? Война в Чечне, опять же. Пришёл
Путин – спокойный, твёрдый, все СМИ активно вертели темы, как он решает эти самые проблемы. И за пару месяцев ВВП из никому неизвестного человека превратился в национального лидера.
Самый яркий белорусский «медовый месяц», безусловно, это приход к власти
Лукашенко в 1994 году. В общем, история близкая: бардак, коррупция, жаркая риторика – и в дамки. «Медовый месяц» там также был налицо.
Да… И был ещё один явный «медовый месяц» в новейшей белорусской истории. Оппозиционный. Это «медовый месяц»
Александра Милинкевича в 2005-2006 гг.
Многие помнят историю рождения
Александра Владимировича как политического оппозиционного лидера. Он был выдвинут Конгрессом Объединённых Демократических Сил в качестве «единого кандидата» от оппозиции. Случилось это в октябре 2005 года, и практически сразу началась работа по «раскрутке». Буквально в 2-3 месяца рейтинг Милинкевича достиг уровня в 25%. Потом, правда, на выборах, другой кандидат, использовавший оппозиционную риторику,
Александр Козулин, примерно 5% на себя оттянул.
У того «медового месяца» была очень явная своя специфика. Беларусь тогда находилась на экономическом, и, можно даже сказать, политическом подъёме. Общество в целом, в принципе, нового президента не ждало. Большинство не ждало. Но в Беларуси, по самым разным оценкам, примерно 25% населения – стойкие и идейные сторонники демократического государственного устройства. То есть, базовый электорат демократической оппозиции. Тот самый базовый электорат, который, как правило, никто не слышит и не учитывает. По одной простой причине: он дезорганизован, не консолидирован, и не может высказать громкой политической поддержки оппозиции из-за постоянной раздробленности последней.
«Медовый месяц»
Милинкевича сделал практически невозможное: в первый, и, пока, в последний раз, практически весь оппозиционный электорат был консолидирован. В результате была та самая Плошча-2006, которой и по сей день гордятся сознательные белорусы.
Если бы сразу после выборов в оппозиционном лагере не начался раздрай, инициированный лидерами политических партий, единственной целью которого было «задвинуть»
Милинкевича («взять всё, и поделить»), то этот, консолидированный демократический электорат, мог бы сказать своё веское слово на парламентской кампании 2008 года, и, конечно же, на местных выборах 2010 года.
И, без сомнений, он сильно бы приумножился к нынешним президентским выборам, учитывая сегодняшнюю специфику политической обстановки, падение рейтинга
Лукашенко. Однако этого не случилось.
И не в этом ли причина той остервенелой подковёрной борьбы с
Милинкевичем, которую все эти годы вела власть, спецслужбы и их агенты влияния в оппозиционных структурах?
Милинкевич, его популярность у простых людей, его способность объединять избирателей, вдохновлять их и вселять надежду – это была реальная угроза для власти. Угроза, которой не стало ровно в тот момент, когда о своих президентских амбициях начали заявлять все умеющие ходить оппозиционные деятели. Когда началось то, что я называю «парад кандидатов».
В общем, чего боялись, то и уничтожили. С чем власть можно поздравить, и посочувствовать оппозиции, которая свой «медовый месяц» посвятила не тому, чтобы наслаждаться его приятными моментами и умножать их, а, чтобы, фигурально выражаясь, «бить жениха».
И пару слов ещё об одном, не состоявшемся «медовом месяце».
«Медовом месяце» человека, чья кампания ныне претендует на лидерство в оппозиционной среде.
Владимира Некляева.
Казалось бы, все базовые условия – налицо. Новая в политике фигура. Где-то даже привлекательная: поэт, как-никак, поэт-песенник, автор хита «Гуляць - дык гуляць». Застой в белорусской политике, опять же. Падающий рейтинг
Лукашенко.
НО: год невиданных финансовых вложений, синхронной и не всегда добросовестной пропаганды в СМИ (в том числе и косвенной –через государственные медиа) принесли
Некляеву… 5% электорального рейтинга. Это сейчас пишут, что 5%, а ещё 27 сентября «Белгазета» (не замеченная в неприятии поэта как политика) озвучивала и вовсе 1%.
И почему такой диссонанс:
Милинкевич в 2005 без финансов – 25%,
Некляев в 2010 – 5% (или вообще – 1%)?
Ответ прост: обществу не нужен
Некляев. Убийство кошки, уголовное дело за растрату, членство в команде
Лукашенко, участие в развале Союза писателей, клятва в верности КПСС, все эти факты его биографии – всё это можно простить поэту, потому что его стихи от этого не меняются ни в лучшую, ни в худшую сторону. Но политику – нет. Политику, который хочет нами руководить – тем более.
Возможно, в этом и был сценарий власти на эти выборы: скупить оппозицию для работы на заведомо непроходного кандидата, и обезвредить таким образом популярного и сильного? Возможно, это и есть истинное объяснения, ответ на набивший оскомину вопрос: «Откуда деньги у «Говори правду»? Может быть… Не утверждаю, размышляю.
Но сегодня ситуация такова: Беларуси не нужен
Некляев.
Лукашенко, кстати, тоже. Беларуси нужен
Милинкевич.
