Самый бедный европейский народ

Что такое бедность все мы знаем с юности. Некоторые в теории, некоторые – очень даже не понаслышке.

Традиционное понимание бедности в головах большинства граждан блуждает вокруг различных форм и стадий нехватки финансовых ресурсов для обеспечения простейших нужд. Кто-то формулирует бедность как «Необходимость жить от зарплаты до зарплаты», кто-то считает, что бедность – это необходимость выбирать продукты подешевле (потому что нет возможности купить то, что хочется) –суть от этого не меняется: традиционно мы привыкли считать бедностью нехватку материальных ресурсов здесь и сейчас.

Современный мир, к слову, уже перешагнул критический порог: сейчас на планете голодают более 1 миллиарда человек. Таким образом, бедность стала мировой болезнью.

Мировой болезнью, которая касается всех: жителей «золотого миллиарда», индустриального Китая, нефтяных оазисов Азии, редконаселённых просторов Гренландии.. Я обращаю внимание: современная бедность – это беда мирового масштаба, такая, же, как и многие другие – глобальная.

«Что глобального в недостатке материальных ресурсов каждого в отдельности человека, даже если таких людей вместе взятых и миллиард?», - спросите Вы.

Всё в мире относительно.

Современное общество очень сильно отличается от того общества, которое было в XIX и даже ещё в XX веке.

Современный мир крайне технологичен, информатизирован и во главу угла его развития легла наукоёмкость. Современный мир развивается через всё новые и новые достижения в сфере высоких технологий.

Эта тенденция обозначила, в свою очередь, другую тенденцию: чем активнее используется человеческий потенциал, тем быстрее и интенсивнее идёт процесс развития человечества.

Упрощённо говоря: чем больше людей в мире имеют доступ к информации, технологиям и знаниям, тем больше в мире умных людей, и тем быстрее и динамичнее идёт развитие. Это с точки зрения интересов всего человечества и каждой страны в отдельности.

С точки зрения простого человека, он фактически обречён на выпадание из общемировых процессов эволюции, если он не имеет того же самого: доступа к информации, технологиям и знаниям. Такой персонаж в современном мире несчастен также, как был несчастен безземельный батрак ещё сто лет назад: у него просто нет основы для развития и для повышения собственного уровня благополучия. Он обречён на бедность и нищету. И, если сейчас ещё это не так заметно, то тенденция уже набирает обороты, и скоро это фактически станет аксиомой.

И вот именно это и есть бедность – современная бедность в полном смысле этого слова. Сегодня беднейшими странами (как раз теми, где находится этот голодающий миллиард) являются именно наименее технологичные державы. Беднейшими гражданами являются либо попросту асоциальные элементы, либо низкоквалифицированные кадры, оставшиеся вне процессов информатизации. Сегодня отсутствие доступного Интернета, качественного (не на уровне диплома-корочки, как это распространено в таких странах, как Беларусь, а именно качественного – конкурентоспособного и признаваемого во всём мире) образования можно сравнивать с отсутствием земельного надела в прошлые века.

Феномен современной бедности в том, что буквально все заинтересованы в том, чтобы её преодолеть – и мало кто прилагает к этому достаточно усилий. Чтобы процесс развития человечества пошёл быстрее и качественнее, недостаточно гуманитарной помощи голодающим странам в виде продуктов питания и одежды: туда надо доставлять технологии, образовательные программы, проекты для малого и среднего бизнеса. И тогда, вне всяких сомнений, потенциал всего населения планеты Земля многократно увеличится, процесс развития пойдёт быстрее.

Однако мировые державы и международные организации делать этого не спешат. Пытаются, но не очень вразумительно и внятно… Тому есть ряд причин, но не будем об этом.

Я, собственно, хотел в этом разрезе посмотреть на ситуацию в Республике Беларусь.

К превеликому сожалению, хочу отметить, что белорусы – едва ли не самый бедный (в современном понимании) европейский народ.

У нас практически самый дорогой в Европе Интернет. Да нет, не «практически» - самый дорогой. Я плачу в Гомеле за выход в сеть $50 в месяц – это неоправданно дорого даже по сравнению с соседними странами. Стоит ли говорить о том, почему это делается? Большинство граждан страны не имею такого уровня дохода, как я, и не могут себе позволить находиться в сети часто. Поэтому количество регулярных пользователей в стране крайне низко, и поэтому, надо сказать, средний кругозор белорусов достаточно узок.

В Беларуси нет качественного образования. Здесь есть массовое высшее образование. Это когда техникумы переделывают в институты, институты – в университеты, и огромное количество населения просто получает бессмысленные корочки, без приложения к ним качественных знаний. Белорусские дипломы не признаются нигде, кроме Беларуси. Беларусь ещё только подумывает присоединиться к Болонскому процессу. Совершенно очевидно, что по этой причине большинство наших сограждан также остаётся вне мировых процессов развития.

Белорусское общество последние годы живёт не развитием, а получением бесплатных материальных ресурсов из соседних стран, их распределением и перераспределением. Власть не заинтересована в том, чтобы люди массово выходили в Интернет и вливались в глобальные информационные и экономические процессы: тогда они станут независимыми, ведь власть не может контролировать Интернет. Власть не заинтересована в том, чтобы люди имели конкурентоспособные дипломы, ведь тогда они смогут работать в зарубежных компаниях, и, соответственно, тоже станут независимыми. Нынешняя белорусская власть заинтересована в том, чтобы среднестатистический белорус не мог жить своими силами, а мог лишь получать ресурсы из рук власти.

Фактически, нынешняя Беларусь стоит на пороге голода. В исторической перспективе. Мы теряем драгоценное время и лишаемся своих «земельных наделов» - основы для будущего развития и процветания. Белорусы – беднейший европейский народ, хоть на своей повседневной жизни мы этого пока и не ощущаем.

К тому моменту, когда Россия перестанет нас бесплатно снабжать, окажется, что в стране попросту нет технологически продвинутого, конкурентоспособного в мировых глобальных процессах населения.

И вот тогда мы с полным правом пополним голодающий миллиард ещё 9-ю миллионами граждан. Хотя, наверное, уже 8-ю миллионами.

Что будем делать? Ждать своей участи?

Пение в унисон

На самом деле: ничего личного. Просто смотрю и анализирую :)

Все мы знаем, как беспощадно борется с коррупцией Александр Григорьевич Лукашенко. На этой волне он пришёл к власти, и это же оружие достаёт каждый раз, когда ему нужно либо расправиться с неугодными ему чиновниками, либо повысить свой электоральный рейтинг.

Ещё свежи в памяти последние крупные дела, на которых Александр Григорьич делал себе шумный пиар. С грозным видом топорща усы, он распекал перед всей страной экс-прокурора Михаила Снегиря за наличие у того квартиры, дома и чего-то там ещё.

А ещё помнится «Охотничье дело» - как сажали гомельских ментов, которые построили себе баню, охотничий домик и стреляли там не то волков, не то – кабанов.

Тема попадающего за решётку чиновника – любимая тема для экзальтированного электората. Чиновник проворовался и бдительная /справедливая, народная и всё такое/ власть его усадила куда надо. Это ли не образец того, каким должен быть президент? Борец за народное счастье.

То, что у нас взяточник – каждый первый работник госорганов, при этом остаётся за кадром. Остаётся за кадром и то, что сидящие за решёткой коррупционеры, они, конечно, коррупционеры, но по сравнению с теми, кто остался на воле – так просто страдальцы от несправедливости режима. Ведь, при существующих в Беларуси порядках, чтобы сесть за коррупционное преступление, надо или не поделиться вовремя с кем-то, или отказаться отдать свою кормушку Вите Лукашенко.

Мне всегда казалось, что это – очевиднейшая вещь: власть делает пиар на «посадках» чиновников, отрабатывает образ Лукашенко, как хозяйственного, честного и принципиального человека, пускает пыль в глаза простым людям, утверждая, что «бояре плохие» (взятки берут), а «царь хороший» (как узнает – так сразу и посадит). Но, оказывается, я всю жизнь ошибался!

Кампания Владимира Некляева «Говори правду!» запустила свой новый проект: «Власть в тюрьме». В рамках этого проекта подробно рассказываются судьбы посаженных за коррупцию чиновников: мол, чтобы неповадно было.

Повадно – неповадно, а надо сказать одно: такой проект – это очевидное продолжение шоу на БТ с распеканием прокурора Снегиря и ментов-охотников.

Претендующие на оппозиционность «активисты» попросту пиарят власть, которая посадила плохих чиновников.

А почему бы не рассказать о фактах коррупции на местах, которые очевидны, но за которые никто не понёс наказания? Впрочем, понятно, почему: на позитивный имидж Лукашенко это никак не повлияет. На отрицательный – повлияет. Отрицательный вырастет. Но кампания Некляева, который во всеуслышание заявлял, что Лукашенко надо поставить памятник, не для того создавалась, чтобы рейтингу президента мешать динамично расти.

И шпарят активисты «ГОПа» в унисон Белорусскому Телевидению: бояре – плохие, а царь – хороший. Кто не верит – посмотрите: все плохие в тюрьме.

К величайшему сожалению, приведённый пример – далеко не единственный случай, когда месседжи БТ и ГОПа полностью совпадают (только «окрашиваются» чисто косметически по-разному: некляевцам ведь надо же хоть немножко косить под оппозиционеров, иначе их миссия провалится).

Совсем недавно по БТ прошёл большой сюжет о деятельности «Говори правду!». Не было там ни слова про прошлое Некляева, не было там ни слова о том, как ныне ГОП скупает СМИ и команды других оппозиционных организаций. Вся передача была посвящена тому, как хорошо живут там люди: сколько денег получает один человек за пустяковую работу, сколько – за работу потруднее, сколько зарплата у координатора, сколько заплачено флористу за украшение офиса. Обрамляя это в обидные слова, БТ-шники, тем не менее, как будто специально нашёптывали оппозиционно-настроенным гражданам: идите в ГОП, там есть деньги, там вкусно кормят.

И, опять же, совсем недавно (это уже пару дней назад) по всем СМИ уже демократического спектра была растиражирована новость о том, как некляевцы по всей стране кормят членов инициативных групп других кандидатов ухой и блинами с икрой.

Я уже молчу о том, как это унизительно, когда люди из весьма сомнительной политической кампании предлагают своим конкурентам пайку, а те, голодные, берут. На этом фоне, не побоюсь сказать своё личное мнение, тётки из группы Лукашенко, что возле ГУМа, отказавшиеся от сего угощения, выглядят весьма достойно. Ладно… Пусть.

Но ведь, вдуматься: месседж – тот же самый, что и у БТ! Ребята, дуй все в ГОП, будете есть уху и красную икру! И не голод товарищей хотели они утолить той икрой: были бы у них благородные цели, не тягали бы они за собой свору журналистов! СМИ в этом сценарии нужны были для того, чтобы

А) показать всем ничтожность оппозиции, бросающейся на кусок хлеба;
Б) довести до той же самой оппозиции простую истину: идите все к нам, у нас много денег, икры и ухи!

После этой акции стало очевидно: показ по БТ фильма о богатстве ГОПа и угощение обедом – две части одного сценария, и режиссируется он, скорее всего, из одного кабинета.

Стратегическая цель властей в реализации кампании «Говори правду»проста, как пять копеек: все (рядовые) оппозиционные активисты должны быть в ГОП. Чтобы реальным оппозиционерам-лидерам не на кого было опереться. А, оказавшись в ГОПе, демократический актив, за деньги, естественно, будет пиарить Лукашенко по сценариям, наподобие «Власть в тюрьме». Скрыто и тем более эффективно.

К счастью, не все продают идеалы за блины…

Мелкой рыбы тут не водится

Часто приходится слышать: в Беларуси, по сравнению с Украиной, Россией и кучей других стран, коррупция практически побеждена.

При этом главный аргумент в пользу этой точки зрения до наивности прост и очевиден: гаишники тут взяток не берут.

О чём-то подобном написала сегодня и белорусская Интернет-газета «Ежедневник». В числе не берущих указаны также врачи, преподаватели ВУЗов и прочие, объективно говоря, простые граждане.

Спорить с очевидным смысла нет: действительно, ни на дорогах, ни в ВУЗах подаяния уже не в моде. За это могут и посадить, и очень много сажают. Я от себя ещё добавлю: договориться с украинским или российским пограничником или таможенником можно, причём недорого, а вот с белорусскими – лучше не соваться. Бесполезно.

Но вот ведь вопрос, который всё равно на поверхности: можно ли на основании этого считать, что в Беларуси нет коррупции?

По данным международной организации Transparency International, наша страна находится на 184 (!!!) месте в мире по индексу восприимчивости к коррупции. Этому способствует буквально всё: авторитарный режим (сосредоточение властных полномочий в руках узкого круга лиц), зависимость от исполнительной власти правохранительных органов и спецслужб, подчинённость судов непосредственно той же исполнительной власти, крайне ограниченная аудитория и неразвитость независимых СМИ, которые в другой ситуации могли бы осуществлять функции гражданского контроля.

Как может такое быть, что в такой стране коррупции может не быть?

Буквально всё способствует тому, чтобы чиновники и менты брали взятки, и взятки по-крупному: всё в их руках, и ничего помешать не может. Кто хочет заниматься бизнесом и что-то зарабатывать – должен делиться!

И вот ответ на этот вопрос.

Последние несколько лет антикоррупционную программу в стране реализовывал Комитет государственного контроля. По какому-то наитию свыше заглянули туда сотрудники КГБ.

В течение последних месяцев уголовные дела по факту коррупционных преступлений заведены на 5 высших должностных лиц (от подполковника) КГК, и как раз именно тех, кто борьбой с коррупцией и должен был заниматься!

«Ежедневник» пишет, что не только врачи и преподаватели перестали брать взятки, но и чиновники: мол, не слышно в последние годы о крупных делах!

Позвольте, а у кого же тогда брали взносы вот эти вот «борцы», которые отправляются за решётку сейчас? Как может быть такое в стране, что коррупция существует только в антикоррупционных органах? Для того, чтобы взятку дали антикоррупционному следователю, надо чтобы до этого кто-то также её получил, и, видимо, немаленькую! Да и почему о делах не слыхать – тоже, ведь, понятно: как о них может быть что-то слышно, если как раз через самое главное антикоррупционное ведомство проходили огромные деньги – за что? Только за то, чтобы не вылезли «хвосты» других мздоимцев!

Откуда же будет слышно?

А граница, про которую я упомянул? Да, на белорусских рубежах двадцаточку погранцу за проезд без очереди не всунешь – не возьмут. Мелочь. Зато следователь прокуратуры Светлана Байкова, которая распутывала клубок дел, связанных с огромными партиями контрабандного товара, нелегально, с позволения высших чинов Погранкомитета и того же КГБ, пересекавших границу, до сих пор сама находится под следствием.

Все соседние страны, и большое количество белорусских бизнесменов знают, какого размаха достигает коррупция на белорусской границы: но, только, в крупном размере. Там, где дело идёт о фурах товара и сотнях тысяч долларов. А по-мелочи… Да, не берут.

Суть любой диктатуры в том, что у власти находится узкая группа людей, реализующих свои узкоклановые интересы. В эти интересы не входят мелочные поборы обычных гаишников – от этого нет толковой прибыли никому, а простой народ всё замечает и недовольствует. Здесь надо по-другому: совсем немного людей имеют доступ к материальным благам. Эти люди: власть и её аппарат, и узкий круг готовых вечно «отстёгивать» бизнесменов. Всякие там рядовые пограничники и преподаватели в этот круг не входят со своими «двадцаточками» - высшей власти проку от этого никакого, а простые граждане страдают.

Простых граждан все эти дела вообще не должны касаться. Все эти дела, которые подразумевают деньги.

Деньги между собой распределяют те, кто «ближе к Богу». Простые граждане же должны жить и работать. Получать за свой труд мизер, и набивать карманы господствующей клике: бизнесмены-монополисты реализуют им свои товары и услуги (как правило, втридорого – сравните цены в Беларуси и хотя бы в Польше), после чего «откатывают» часть денег во власть (а без этого они не будут монополистами, да и вообще работать не смогут).

И так «подведомственный» народ доится, доится и доится – до бесонечности, прозябая в нищете, кормит союз диктатуры и скрытой олигархии. Успокоенный тем, что «гаишники тут взяток не берут». Правильно, не берут! Они – такие же, как вы!

Мелкой рыбы в омуте диктатуры не водится…

Дзюдо или лоховство?..

На какой-то момент я, признаюсь, потерял дар речи.

Президент России Дмитрий Медведев вдруг разразился словами, которые совершенно однозначно можно толковать лишь как попытку примирения с Александром Лукашенко.

Не буду цитировать, но все, у кого есть охота, могут ознакомиться с капитуляционными заявлениями здесь.

Смысл, если кратко его подсуммировать, получается такой: «Милые бранятся – только тешатся. Ну ладно, поругались, с кем не бывает. Давайте дальше жить дружно».

Подобные капитуляции перед нашим председателем совхоза для «вставшей с колен» России не впервой: вспомнить хотя бы, как резко Кремль пошёл на попятную в приснопамятной «молочной войне», стоило лишь Лукашенко прибить на границе фанерку с надписью «граница». Но сейчас?... Сейчас он даже этого не сделал…

Я, как Медведева почитал, я сразу захотел задать Дмитрию Анатольевичу пару вопросов: «Уважаемый пока ещё ДАМ! Вы, правда, согласны дальше жать руку человеку, которого считаете убийцей и мозаичным психопатом? Уважаемый всё ещё (хоть уже и меньше) ДАМ! Вы, действительно, считаете, что можно налаживать партнёрские отношения с человеком, который обокрал сначала всю Беларусь а потом пол-России?! Уважаемый (всё меньше) ДАМ! Это я не из головы взял эти самые поверхностные и простые характеристики: это Вы нам устами телеканала НТВ так Александра Григорьича живописали! Просто ДАМ! Не говорите мне, что это была инициатива журналистов, у которых «лопнуло терпенье» - не поверю!..»

В общем, я был уверен, что точка невозврата в отношениях нынешнего руководства Кремля и Александра Лукашенко – пройдена. Ну невозможно после показа «Крёстных батек» (фактически, публично озвученных обвинениях в коррупции, клановости, кумовстве, воровстве, убийствах, «кидалове», и даже, прошу прощения, в невменяемости) без ущерба для собственного имиджа (ущерба, боюсь, на грани политического самоубийства) жать руку белорусскому диктатору, да и вообще – иметь с ним какие-то дела.

А тут – такое! Мир перевернулся: кто сидит в Кремле? Последние лохи? Обидно тогда за наших соседей россиян: у нас хоть и брутальный крестьянин в Минске, но явно – не лох…

И тут я вспомнил, что главным врагом Лукашенко в Москве всегда был не Медведев, а Путин. И, без сомнения, эскалация конфликта с Лукашенко во многом - его заслуга и стиль. И, скорее всего, он всем этим процессом и дирижирует.

А ещё я вспомнил множество статей, в которых аналитики подозревали нынешнего главу российского правительства в том, что он, дзюдоист, стиль единоборства переносит и в свои политические дела. Точнее, в политические схватки с противником.

Дескать, любит он так: то усилить хватку, то ослабить, то поднажать, то отступить, перенести центр тяжести и т. д. Дезориентирует противника, и в этом есть его стратегия, в этом есть его «фишка».

Может быть, в последней словесной эскападе Медведева, на самом деле, никакой капитуляцией и не пахнет? Может быть, кремлёвский тандем «переносит центр тяжести» и «дезориентирует противника»?

Тут вариантов остаётся только два, и, надеюсь, в недалёком будущем мы всё же получим ответ на вопрос: что же сейчас мы наблюдаем? Кремлевское дзюдо, или кремлёвское лоховство?..

Ситуация становится комичной :)

Внимательно наблюдаю за активностью оппозиционных претендентов на президентское кандидатство и начинаю понемногу улыбаться.

Просто в силу привычки улыбаться даже тогда, когда надо (не хочется, а именно – надо!) плакать.

Конечно, никто из них, претендентов, не признается в этом, но для здравомыслящих людей давно очевидно: при существующем раскладе в белорусской политике, ни у кого из них нет шансов свергнуть Лукашенко. Для этого необходима полная консолидация: самих претендентов, их финансовых, интеллектуальных, организационных ресурсов. В противном случае получается совсем иная картина. Власть, кстати, её уже заметила и даже решила подыграть: предложила претендентам участие в теледебатах. Так вот, в этом самом, противном, случае, получается, что оппозиционеры конкурируют друг с другом.

После снятия с выборов Милинкевича, который /единственный/ был готов участвовать в кампании только и исключительно для победы и ради победы (собственно, потому и снялся, что хорошо понимал всё, что написано выше), получается, что они пытаются конкурировать друг с другом за лидерство в оппозиционной среде. Есть шанс использовать кампанию, в условиях, когда явный демократический лидер в ней не участвует и вынужденно находится «в тени» для того, чтобы попробовать изменить оппозиционные тренды, что называется, «половить рыбку в мутной воде».

И, если таких политиков, как Алесь Михалевич, Рыгор Костусев и Юрий Глушаков в деструктивности обвинить трудно (всё же, подписали соглашение о координации и каждая кампания в отдельности теперь работает на общую цель – усиление национально-ориентированных демсил), то ко всем остальным сентенция о «рыбке в мутной водичке» вполне подходит. Лидерство – оно, хоть и в оппозиционном лагере, а всё равно – лидерство. Как Цезарь: «Лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме».

Потому, главной задачей для каждого рыбака в мутной воде сегодня является сбор заветных 100 тысяч подписей. Потому что это – единственный реальный индикатор, который можно предъявлять партнёрам и оппонентам, доказывая свою политическую и организационную состоятельность. Все дальнейшие этапы избирательной кампании с этой точки зрения никакого значения не имеют: агитируй – не агитируй, всё равно получишь… шайбу. Ну, или протокол от Ермошиной. Фальсифицированные цифры голосования ничего никому о лидерском потенциале того или иного претендента не скажут.

Так что же вызывает у меня улыбку?

Грустную улыбку вызывает то, как лихо пошло у них дело. Уже сегодня известно, что Некляев собрал (по крайней мере, об этом заявляет) те самые 100 тысяч подписей. Романчук, Санников, Рымашевский, некто Терещенко, Костусев – перешагнули экватор (параллельно с экватором временным, соответственно, тоже на 100 тысяч выходят). Как активный участник кампании Алеся Михалевича, который пока цифры республиканского сбора держит в секрете, могу приоткрыть завесу тайны и сказать: наша команда тоже уже больше половины собрала. За Михалевича тоже будет более 100 тысяч избирательских автографов.

Что получается? Получается, что, по результатам сбора подписей, мы будем иметь как минимум 6 новых оппозиционных «лидеров» с примерно одинаковыми шансами и показателями. Не менее, чем 6 человек предъявят общественности 100 тысяч подписей в свою поддержку и будут претендовать на новый статус в оппозиционном бомонде.

И тот факт, что у Некляева будет подписей больше всех, никаких преимуществ ему не даст. Просто потому, что у него нет структур, организации и, соответственно, командного потенциала. Выходить на лидерство с купленной у других субъектов оптом и в розницу инициативной группой – это глупость. Заявив себя на политическом поле, Некляев остаётся лидером гражданской кампании, которая строится исключительно на коммерческом фундаменте. А это, в свою очередь, значит, что ни о каком лидерстве «среди равных» говорить не приходится: всем очевидна неустойчивость его конструкции, которая, без сомнений, развалится при первой же задержке финансовых выплат.

Да, претенденты на оппозиционное лидерство, по итогам сбора подписей окажутся перед фактом: их, новых лидеров, как минимум – шесть человек.

Но, извините, это же даже больше, чем было сопредседателей в почившей в Бозе коалиции Объединённых Демократических Сил. Шесть лидеров –это просто отсутствие каких бы то ни было лидеров вообще. Это провал стратегии их всех по отдельности. Каждый из них останется «при своём» - на той же самой ступеньке, с которой начинал кампанию.

И как тут не вспомнить Александра Милинкевича? Выйдя из этого забега за эфемерным лидерством, он остался над схваткой. И останется на ближайшие годы единственным реальным лидером свободных белорусов.

Демократия и экономика: мазать или накладывать на хлеб?

На днях у меня снова вышла дискуссия на тему: «Причём тут демократия и какие-то права человека к экономическому развитию?!».

Наш народ продолжает, к сожалению, руководствоваться представлениями, уходящими корнями в идеологию СССР: первичные и самые главные права человека – это право на труд, право на жилище, право на отпуск. Широкого понимания истоков истинного благополучия общества и каждого гражданина в отдельности как не было, так и нет.


Люди искренне убеждены: демократию на хлеб не намажешь. И, к сожалению, любителей намазывать что-то на хлеб, у нас подавляющее большинство. О том, что, как в старом анекдоте, масло можно на хлеб накладывать, никто даже не осмеливается мечтать.

Между тем, такой подход – стратегическая ошибка. Как раз-таки демократия и есть самый главный двигатель развития, в том числе, и экономического.

Самым мощным ресурсом любого движения вперёд является человеческий потенциал. Не газ и нефть, как любит повторять Лукашенко, а люди. Экономика Японии, где каждый человек на своём месте, образован, вносит свой вклад в развитие, в десятки раз сильнее экономики России, сидящей на газе, и равнодушной к судьбам миллионов собственных безработных и спивающихся граждан. Таких примеров – десятки, если не сотни.

Ведущие места в рейтингах экономического развития и экономической свободы занимают одни и те же страны. Это практически аксиома: там, где можно работать свободно, там люди работают лучше.

Демократия, неукоснительное соблюдение прав и свобод личности, свобода слова и высказываний, открытость всех ветвей власти, независимость их же друг от друга (система «сдержек и противовесов») – вот те совершенно не экономические категории, которые, тем не менее, являются двигателем экономического развития, и, значит, нашего благополучия.

Страны с авторитарным строем практически всегда не имеют возможностей для динамичного экономического развития, из-за естественных барьеров, связанных со стилем управления.

Коррупция. Страна, где органы власти не подконтрольны общественности через СМИ, правоохранительные органы подчиняются не закону, а конкретным людям, суды руководствуются «телефонным правом», высшие руководители не выбираются, а назначаются (соответственно, не несут никакой ответственности перед народом) чаще всего чрезвычайно коррумпированы. Ничто не может остановить чиновника-мздоимца, при условии, что он делится полученным с вышестоящим аналогичным чиновником-мздоимцем. Так выстраивается пирамида, в результате которой высший руководитель государства приходит к власти, одетый в костюм с чужого плеча, а через несколько лет щеголяет в часах за 16 тысяч Евро. К слову, по индексу восприимчивости коррупции Беларусь при Александре Лукашенко опустилась на 184 место в мировом рейтинге международной организацити Transparency International. Этот показатель… Это ппц, выражаясь современным молодёжным сленгом.

Стоит ли говорить, что в коррумпированную страну никогда не пойдут серьёзные инвестиции? Стоит ли говорить о том, что местный бизнес никогда не будет развиваться, а наиболее предприимчивые люди скорее предпочтут развивать своё дело в сопредельных странах? Надо ли вспоминать о том, что и государственные производства, при таком раскладе, становятся лишь инструментом наживы для людей системы?

Отсутствие гарантий. Здесь всё очень похоже: зависимость судов, правоохранительных органов и законодательной власти от воли одного или нескольких лиц создаёт условия, когда в стране напрочь отсутствуют какие-либо правовые гарантии. Например, гарантии неприкосновенности частной собственности. Совершенно произвольно группа лиц имеет возможность конфисковывать приглянувшиеся ей экономические проекты, а владельцев просто отправлять в тюрьму. По многочисленным свидетельствам граждан Беларуси, такая практика у нас обрела очень широкий размах. Совершенно очевидно, что под такие риски, опять же, у страны фактически нет шансов заинтересовывать крупный капитал, привлекать инвестиции и технологии, да и просто – квалифицированные кадры. Свои же, местные активные люди, либо предпочитают вообще из страны уезжать, либо отсиживаются до лучших времён. Экономическая активность людей замирает. А без экономической активности и инициативы любая современная экономика неэффективна, лишена главного потенциала своего роста.

Вы знаете народную поговорку: «Одна голова – хорошо, а две - лучше»? Знаете. Этой мудрости, наверное, тысячи лет.

Так вот, описанные выше явления делают самое плохое для любой страны: они исключают из процесса экономической активности, экономического развития, бОльшую часть собственных граждан, а также фактически закрывают страну от мировых экономических процессов. Диктатура – власть меньшинства над большинством, остро нуждается в тотальном контроле над ресурсами, чтобы они, не дай Бог, не попали в руки потенциальным конкурентам за власть. И поэтому и процесс управления экономикой, и процесс распределения ресурсов попадают в «узкий круг ограниченных людей», которые, к слову, не всегда просто в силу собственной ограниченности, способны динамично и современно управлять страной.

В СМИ некоторое время гуляли воспоминания одного близкого к власти человека. Когда Лукашенко только пришёл к власти, он собрал всех управленцев (понятное дело, на тот момент это были сплошь советские люди), и сказал: «Ну, кто тут умеет работать по-новому? Никто? Так… Значит, будем работать, как умеем». Вот это вот хорошая иллюстрация отношения диктатуры к экономике: будем управлять абы как, лишь бы – сами и только сами.

Немного отвлеклись от вопросов практического влияния недемократичности строя на благополучие граждан.

Мы поговорили об ограничителях, которые создаёт диктатура на пути желания граждан реализовать свою активность, идеи, сделать вложения, в общем – отдать свой потенциал во служение одновременно своей семье и своей стране (идеальная формула, реализуемая, к сожалению, лишь в свободных странах).

А теперь важно остановиться ещё на одном явлении, уже вскользь упомянутом: ресурсы. Доступ и распределение.

Суть экономической политики любой диктатуры – в перераспределении доступных природных, национальных, финансовых и любых иных ресурсов.

Любая диктатура априори неконкурентоспособна на политическом поле. Собственно, поэтому-то она и диктатура: могла бы равноценно конкурировать с иными политическими силами, не было бы нужды идти на узурпацию власти.

Вот эта неконкурентоспособность приводит к тому, что опорой диктаторских режимов становятся низшие слои населения: наименее образованные, не имеющие жизненных перспектив, настроенные на постоянное получения от власти помощи. Люди, фактически не имеющие личностных ресурсов.

Другим диктатура не нужна, она мешает им реализовывать свой потенциал, ограничивает и не даёт развиваться. А вот люмпенизированным гражданам, не способным самостоятельно идти к процветанию, диктатура нужна: она снимает с них всякую ответственность за собственную судьбу, и, заинтересованная в поддержке, постоянно старается «подкормить».

Вот отсюда-то и возникает самая главная опасность для любой экономики, сформулированная ещё Шариковым: «Взять всё – и поделить!».

Чтобы кормить свой электорат, который не способен заботиться о себе самостоятельно (а это не только наименее развитые граждане, но ещё и силовые структуры, чиновничьи армады и пр.), диктатуре остро нужны деньги . Где их взять? Понятно: изъять из реального экономического процесса.

Налоги. Беларусь занимает последнее место в мире по развитости налоговой системы. Налоговых платежей здесь столько, и система такая запутанная, что фактически любой хозяйственный субъект находится «на крючке» у налоговиков, и изъять у него можно столько денег, сколько нужно, и в любой момент. Опять же, для бизнеса, привлечения инвестиций и технологий – это смерть.

Пункт второй. Собственно перераспределение. В разных странах оно принимает самые разные, но всегда причудливые и абсурдные формы. В Беларуси есть несколько фондов при президенте, куда изымаются огромные проценты выручки государственных предприятий, которые потом распределяются неизвестно как. Фактически, на эту прибыль хозсектор мог развиваться модернизироваться, покупать новые технологии и с ними завоёвывать новые рынки, НО: диктатуре надо кормить свою опору (чиновников, силовиков, судей, люмпенизированный электорат с открытыми в ожидании халявы ртами).

И в итоге получается очень непривлекательная картина: под бременем налогов, изъятий и судов не развивается частный бизнес, не идут в страну инвестиции и технологии. А государственные предприятия топчутся в своём развитии на одном уровне и не имеют возможности использовать на себя свои же средства – всё забирает с целью дальнейшего перераспределения диктатура.

И итог такого пути всегда один – как в Зимбабве. То есть, высшая коррумпированная власть богатеет и процветает. Остальное население нищает одинаковыми темпами, вне зависимости от личностных качеств человека: был ли он предпринимателем, или он был наихудшим работником наихудшего завода – все досталось одинаково, потому что у предпринимателя забрали, работнику отдали.

Теряются стимулы, тупеет население… Конечно же, экономического потенциала это стране не добавляет.

Это были негативные стороны влияния авторитарной системы управления государством на экономическое развитие, суть – на наше благополучие.

Альтернатива? Прямо наоборот.

Представьте себе страну, где нет коррупции: СМИ контролируют власть и правоохранительные органы, суды подотчётны народу, притом подотчётны не эфемерно, а очень реально – судьи выбираются. Экономическая активность человека приветствуется, ему даются правовые гарантии, что он работает на себя, а налоговая нагрузка нужна для того, чтобы обеспечить реально нуждающихся, а не раздутый в разы больше необходимого чиновничий штат. Предприятия вкладывают выручку в развитие и модернизацию, а не отдают на произвольное использование «в центр». Иностранные инвесторы видят прозрачность и правовой характер здешнего устройства и рвутся сюда вкладывать.

Вот такая экономика – будет развиваться?

Так чего мы хотим: намазывать на хлеб масло, отобранное диктатором у другого и разделённое на двоих, или накладывать на хлеб масло, заработанное нами самими?

Я свой выбор сделал.

Имидж – ничто… Воистину – ничто

Сбор подписей за Александра Григорьича Лукашенко в Беларуси в этом сезоне повсеместно проходит под его официальным президентским портретом.

Портрет этот… В общем, провоцировал многих из нас на шуточки, вроде, как бы эти пикеты смотрелись, если бы портрет был с чёрной траурной ленточкой. Ну вот такой он! Стиль у него такой.

Ну, у нас портрета нету, и нам остаётся только подшучивать.

А вот ниже – две фоточки. Таким образом оформили пикет по сбору подписей члены лукашенковской «Белой Руси». Обратите внимание на стилистику оформления… Ничего не напоминает?