Поиск

пятница, 23 декабря 2011 г.

По следам истории Femen


Когда пропадают из «эфира» белорусские оппозиционные активисты, либо вот такие яркие личности, как Femen, “гудит” всё независимое Интернет-пространство. Правозащитные организации бьют тревогу, помогают юридически оформлять претензии, а иногда, без лишнего шума, оказывают психологическую и иную помощь.

Накануне шумной истории с Femen нам позвонили наши молодые активисты. Они в это время находились на импровизированном отдыхе в одном из кемпингов по Речицкому шоссе, в нескольких километрах от Гомеля.

Позвонили и рассказали: вечером, когда уже темно, недалеко (прогуливались) возле лесам видели следующую картину: останавливается автозак (тип машины, которую демократический активист никогда ни с чем не перепутает). Оттуда выбрасывают на обочину мужичка и уезжают. Мужичок полежал, встал и поковылял в сторону Гомеля, поднимая руку перед попутными машинами.

Как относиться к такой истории и как её понимать?

А если включить воображение и представить такую картину: шёл себе по улице мужичок и сказал что-то, что не понравилось, например, омоновцу. Или «человеку в штатском». Слово за слово, перепалка, мужичок оказался не шибко умным, интернетами не пользующимся и верующим, что с милицией можно обсуждать свои права и, больше того – качать их (не ведая, что Беларусь – страна такая, где права качать опасно: могут и забанить). Тут его, для профилактики, задерживают, забрасывают в автозак, прессуют немного (не так, как «политических», но так, чтобы понял, кто в автозаке хозяин), потом вывозят недалеко (всего несколько километров от Гомеля: не так, как «политических», но чтобы понял, кто Речицкого шоссе хозяин) и выбрасывают.

Схема накатанная.

Может такое случиться?

Ну, а почему нет? Белорусское государство в его сегодняшнем виде – штука экзотическая. О праве тут разве что слышали, о законе – тоже. Зато о правах силовиков все знают очень даже на практике. Тем более, если речь идёт о случайном человеке и опасность того, что ситуация окажется преданной огласке – минимальна. Ну, а парням в форме тоже ведь надо как-то время смены коротать…

Я бы, если честно, очень хотел бы найти того мужичка, которого в автозаке по Речицкому шоссе подбрасывали «по грибы». Хотя бы для того, чтобы узнать, что же там случилось на самом деле.

Может быть, кому-то известны подобные случаи?..

четверг, 22 декабря 2011 г.

Средство от диктатуры

Средство от диктатуры

Ну, и кто сказал, что экономические санкции приводят к падению диктатуры?

Кто сказал, что голод и экономический кризис приводят к падению диктатуры?

Вот видео из Северной Кореи. Столько экономических санкций и проблем, сколько насобирали они, столько дурак дел себе не насобирает…



А, поди ж ты, воют.. И намёка на революцию нет.

На самом деле, единственное средство против диктатуры – это люди.

Не воющая биомасса, а именно люди.

И единственное, чем падение диктатуры можно приблизить, это то, что превращает биомассу в людей.

Информация.

Понимание.

Чувство собственного достоинства.

Продолжайте…

вторник, 20 декабря 2011 г.

Два способа


В этом посте я немного злоупотреблю Вашим вниманием, дорогие читатели.

Говорю так потому, что вполне отдаю себе отчёт в том, что большинство людей, читающих мои блоги, привыкли видеть здесь различные политические и околополитические размышления. В данном же случае о политике не будет и речи, да и форма этого поста будет несколько иная, чем обычно.

Злоупотребление выразится в том, что я использую Ваше внимание совсем не затем, чего Вы от меня ждёте, а в целях сугубо общественных, если не сказать, личных.

Итак, позвольте сказать Вам несколько слов, дорогие читатели. Правда, сразу оговорюсь, что практическое значение написанное ниже имеет только для гомельчан. Надеюсь, их среди посетителей этого блога немало.

Все мы здесь, в большей или меньшей степени, люди неравнодушные. Мы думаем о сегодняшнем дне, но не забываем думать и о будущем. О будущем не только собственном, но и о будущем нашей страны – родной Беларуси.

Но страна без людей – всего лишь территория, и, думая о будущем, в первую очередь надо задумываться над тем, какие люди будут здесь жить через несколько лет. Фактически это означает: надо думать о детях.

Я, наверное, счастливый человек. У меня подрастает дочка, ей два с половиной годика, звать её Злата. Скоро, очень скоро на свет появится мальчик. Я безумно люблю детей. Мои друзья в сети Twitter, с кем дружу давно, периодически мне напоминают, что в первые годы жизни моей дочери фактически разделили со мной ночные заботы о ребёнке: папа был так счастлив, что не мог не делиться со всеми окружающими :)

Но счастлив я не только поэтому.

В прошлом году в Гомеле проходила благотворительная акция «Доброе сердце». Несколько молодых предпринимателей, по своей собственной инициативе, пройдя через множество согласований как в Гомеле, так и в Минске, смогли организовать сбор подарков для детей детских домов в крупных торговых объектах города. Мне повезло вот в чём: постоянно работая и вращаясь в общественном секторе, имея разветвлённую сеть контактов среди жителей нашего города, как личную, так и через социальные сети (признаюсь нескромно: несколько тысяч человек по самым скромным оценкам), мне посчастливилось познакомиться с этими активными и неравнодушными молодыми людьми и уже тогда, на завершающем этапе, принять посильное участие в той акции.

Я намеренно не называю их имён, потому что, как и подобает добрым людям, хорошие дела они предпочитают творить втайне. В течение года мне тоже удалось нигде об этом не проговориться, но теперь приходится писать эти строки от своего имени, потому что только таким образом я могу привлечь к этому посланию максимальную аудиторию и донести нашу просьбу до большого количества людей.

В этом году акция «Доброе сердце» продолжается. Прошлогодний опыт показал, что белорусы, в большинстве своём, добрые люди, и всегда рады помочь деткам. Но есть несколько трудных специфических черт. Например, одна из них состоит в том, что, погруженные в свои проблемы, они часто просто не замечают, что где-то рядом могут быть полезны.

Если в крупном магазине стоит ёлка, на которой развешены детские письма с просьбой о подарке от Деда Мороза, многие проходят, ничего не заметив. Но, если рядом с этой же ёлкой стоит человек (часто – со своим маленьким ребёнком) и передаёт прохожему маленький флаер, где описана акция, то реакция чаще всего другая: белорус замечает, и редко когда проходит мимо.

Это наши реалии, они грустные, но именно этим и вызвана необходимость информационной поддержки, и, значит, - этого обращения.

Как я уже сказал, народная акция «Доброе сердце», проводимая простыми неравнодушными людьми (не относящимися ни к оппозиции, ни к власти, ни к общественному сектору, ни к кому бы то ни было ещё), в Гомеле продолжается.

Мы просим Вас принять в ней участие.

Сделать это можно двумя способами.

В четырёх крупных торговых объектах Гомеля энтузиастами установлены «Ёлки желаний». Да, я знаю, что подобную акцию проводит в этом году власть – тоже. Очень приятно, что хорошие общественные инициативы у нас укореняются, это можно только приветствовать. Ничего не имею против их акции – наоборот! Но, к сожалению, не обладаю конкретной информацией, поэтому пишу только о тех начинаниях, о которых знаю.

Так… Значит… в четырёх крупных торговых объектах Гомеля установлены «Ёлки желаний», на которых находятся детские письма с просьбами о подарках. Это – письма деток их Улукского детского дома для детей с особенностями развития.

Если Вам не всё равно и Вы готовы помочь, то, придя в один из перечисленных ниже магазинов, возьмите письмо с ёлки, купите такой подарок, и передайте его администратору магазина.

Бывают разные ситуации: может быть, Вы не сможете купить такой подарок, какой просят в письме. Принесите любой другой! Можно игрушку б/у, можно что-то, Вам доступное, и также передайте администратору магазина. Поверьте, опять же, по опыту прошлого года: все подарки оказываются востребованы, потому что писем бывает значительно меньше, чем в детском доме находится детей: многие из них не могут или не умеют писать…. :(

Вот список торговых объектов, где можно совершить добрый поступок:

- Супермаркет «Алми» в микрорайоне «Мельников Луг»;
- Гипермаркет «Гиппо» в Советском районе Гомеля;
- Торговый дом «Речицкий», также в Советском районе, остановка «51-й микрорайон»;
- магазин «Евроопт» на улице Владимирова города Гомель.

Второй способ, которым Вы можете помочь детям – непосредственное участие, волонтёрство.

Чуть выше я написал, какое значение имеет информирование людей об акции. Поверьте, когда возле «Ёлки желаний» стоит неравнодушный человек и раздаёт прохожим флаеры о проходящей акции, эффект увеличивается в разы!

Если Вы готовы таким образом содействовать доброму делу, то можете сделать это в любом подходящем для Вас объёме и в любое время: у тех же администраторов всё тех же магазинов находятся флаеры, которые изготовлены организаторами, их можно в любой момент взять и раздать – можно прямо в магазине, можно – друзьям и знакомым, лишь бы польза была!

Я ещё раз прошу прощения, дорогие читатели, что Вас отвлёк и злоупотребил вниманием.

Близится Новый год – светлый праздник. Все мы хотим подойти к нему в хорошем настроении. А ничто не обеспечивает хорошего настроя так, как доброе дело. Зная это, и видя, что акции нужна информационная поддержка, я просто не мог поступить по-другому.

С наступающим Вас, добрые люди!..

PS Если у кого-то возникнут дополнительные вопросы по конкретике, буду рад ответить (насколько смогу),

мой e-mail: peter.kuznetsoff@gmail.com

понедельник, 19 декабря 2011 г.

19 декабря. Годовщина провокации режима против Беларуси


Сегодня мы отмечаем трагическую дату в новейшей истории Беларуси – годовщину разгона мирной акции протеста против сфальсифицированных президентских выборов.

Трагическая уникальность ситуации годовой давности даже не в том, что митинг был разогнан – этим делом белорусская власть занимается с упрямством, достойным лучше применения и так. Трагическая уникальность той ночи в том, что сценарий разгона был выстроен властями на провокации, которая оказалась направленной не против демонстрантов. Точнее, так: не только против демонстрантов. Ибо осколки снаряда, выпущенного по «декабристам», задели в итоге всех: и простых людей, и представителей власти, и оппозицию, словом, всю Беларусь.

Я думаю, все понимают, что, говоря о провокации, я имею ввиду эпизод, когда некие молодые люди били стёкла в Доме правительства, эпизод, который послужил предлогом для начала брутальных силовых действий против мирных в подавляющем своём большинстве демократически настроенных граждан.

Сегодня сомневаться в том, что эти действия, которые можно расценивать как хулиганство, а можно – и по-иному, инспирированы властью, не приходится. Возможно, кто-то придерживается иного мнения, но дураки есть везде. Ибо, чтобы в современном обществе не получить информацию по столь важному вопросу, как итоги президентских выборов, надо быть именно дураком. Надо не просто не владеть элементарнейшими технологиями, такими, как Интернет, надо ещё и по своему городу передвигаться с закрытыми ушами и глазами, чтобы не слышать и не видеть то, о чём говорят на каждом углу. Надо не просто находиться в информационном вакууме, но и хотеть в нём находиться – а это уже признак непроходимой дурости.

Тогда, 20-го, 21-го декабря и все последующие дни, все психически здоровые граждане Беларуси прильнули к Интернету. И что они там увидели? Да, власть рассчитывала свой сценарий, который, казалось бы, должен был принести ей не только физическую победу над безоружными демонстрантами, но и психологическую: подразумевалось ведь, что погромщикам сочувствовать никто не будет! Но власти, с присущей им отсталостью, совершенно не учли степень распространения в обществе такой современной штуки, как мобильный телефон с функцией видеозаписи. Если бы монополией на съёмки событий и дальше обладали исключительно телеоператоры, может быть, правда никогда и не вылезла бы наружу. Но гражданские съёмки – это объективно. Это всесторонне. И это – без «заказа», с какой бы то ни было стороны.

И когда на таких съёмках мы видим, как человек в штатском бьёт стёкла, его валит омоновец в форме, а другой в штатском, милицейский начальник, тут же наводит «порядок» окриком «Не трогать! Свои!» - всё как-то становится на свои места. И вправду, зачем протестующим бить стёкла? С политической точки зрения это совершенно бессмысленно, ибо погромщиков традиционно осуждают все страны мира, а уж «толерантные» (скорее, нездорово-миролюбивые) белорусы – тем более. Совершенно ненужная для оппозиции ситуация: потерять симпатии всех. О том, что политического эффекта в смысле захвата власти от мелко-криминальных поступков, вроде выбитого стекла, последовать не могло, даже говорить не приходится: ночью в выходной день в Доме правительства был только спецназ – откровенная засада!

Агенты в штатском, развязав это действо, конечно, спровоцировали несколько особо горячих голов из рядов оппозиции, которые поддержали. Абсурд ситуации состоит в том, что те, кто били стёкла, были с закрытыми лицами, значит, готовились к этому, всё было продумано. А оппозиционеров, которых осудили за участие в «массовых беспорядков», опознавали либо через принадлежность к высшим руководителям избирательных штабов кандидатов (этих хватали даже если они были в сотне метров от очага действия), либо по лицам, запечатленным на видео. Никто из тех, кто в реальности начинал погром, схвачен не был – все остались безнаказанными. Что и неудивительно, учитывая, чьи приказы они выполняли.

Говорить тут особо не о чем. Все люди, у которых на плечах голова, а не телевизор, разобрались в ситуации сразу. Тех, кто, находясь в информационном вакууме, хочет и дальше там оставаться, можно воспринимать лишь как людей, о которых надо позаботиться: сейчас о них заботится (как умеет, а экономический кризис нынешнего года показал, что - никак) действующая власть. Власть сменится, эти граждане никуда не пропадут, это, так сказать, тяжёлое наследие советского режима, заботится будем мы, ведь это всё равно наши люди.

Но нам давно всё понятно.

Понятно в том числе и то, что, произошедшее 19-го декабря прошлого года привело к таким последствиям для Беларуси, что назвать их даже «плачевными» - язык не поворачивается. Слишком мягко. Последствия просто катастрофические.

Провокация властей против собственного народа обернулась провокацией против всей страны, и воздействие оказала именно такое.

Один из результатов – тотальное падение доверия людей к самой власти и друг к другу. В обществе вдруг обнажились такие противоречия, о наличии которых никто и не помышлял, они были запрятаны глубоко в подсознание. Однако же был хрупкий баланс, который сам Лукашенко называл «хрустальным сосудом», имея ввиду Беларусь как маленькое и единое государство и присваивая себе право носить её, куда ему вздумается, в своих мозолистых крестьянских руках.

19-го декабря прошлого года он сам этот свой «сосуд» разбил. Даже те, кто ещё верил ему, узнавая, что произошло, открещиваются от своего ещё вчерашнего проводыря, как от Гитлера, приказавшего поджечь Рейхстаг (с той же целью – получить предлог для уничтожения оппозиции). Сегодня общество раскололось на народ, людей, с головами на плечах, и на команду Лукашенко, в которую входит семья, силовики, чиновники и фальсификаторы выборов. Первые, чудесно поняв после 19-го декабря самую суть этого режима, хотят жить свободными от этой хевры, вторые – любой ценой сохранить власть. Силовая составляющая пока что ещё очень сильна, и первые поделать с ней ничего не могут. Однако жизнь в таком обществе подобна сидению на пороховой бочке с зажжённым фитилём: рано или поздно – рванёт. До 19-го декабря многие ещё надеялись, что сценарий передачи власти в нашей стране может быть, скажем так, разумным, после 19-го – не надеется никто. Это уже патология, болезнь, и виноваты в ней только те, кто отдавал приказы в ту роковую ночь.

Провокация 19-го декабря 2010 года имела, между прочим, не только психологические, социальные либо политические последствия. Сегодняшняя нищета белорусов, это также – прямое следствие, звон тех самых разбитых стёкол.

То, что белорусская экономика, в том виде, в котором она существует сегодня благодаря Лукашенко, не может жить без дотаций, давненько не секретик для следствия. Но до сих пор режиму удавалось поддерживать её на плаву, получая дотации то с Запада, то – с Востока, и всё это под видом геополитических диалогов и внешнеполитических процессов. Дотации должны быть постоянными, иначе эффект получается такой же, как если в мозг несколько секунд не попадает кровь: лишённые кислорода клетки безвозвратно отмирают, умирает и сам человек.

В результате 19-го декабря 2010 года современная Беларусь закрыла для себя Западное направление крепко и надолго. Таким образом она лишилась огромных денежных сумм, которые предлагались, и могли быть потрачены, на реформы и модернизацию – то, чего так не хватает нынешней пост-советской Беларуси!

Россия, постоянный донор белорусской диктатуры, выжала из ситуации максимум. Да, конечно, она могла бы и сразу после выборов предоставить Лукашенке те дотации, которые подкинула под конец 2011-го года. В этом случае кризиса бы в экономике не случилось, и все получали бы 500-долларовые зарплаты и сегодня, превознося своего вождя. Но зачем? Зачем русским заботится о Лукашенко, если ему некуда деваться, и альтернативный вектор он сам себе закрыл? Чтобы, получив российские деньги, на них продолжать строить иллюзию преуспевающего государства под своим чутким правлением, и «тыкать» этим перед российскими журналистами российской же правящей элите, отбирая у них голоса сомневающихся? Нет, там в Кремле не романтики сидят.

Они, со своими ехидными улыбочками, вдоволь потешились над стагнирующей белорусской экономикой, лишённой кислорода в виде дотаций, пока не убедились, что больше эта экономическая модель не возродится. Пока не стали уверены, что разница между их Россией и Беларусью Лукашенко стала слишком очевидной, притом – не в пользу последней. За это время белорусы успели обнищать, экономика – придти в полутрупное состояние, а сам Лукашенко – ещё больше облысеть и поседеть. Но это ведь его проблемы, а не Путина с Медведевым. Они – хозяева российских денег, им решать, когда и кому давать, а когда и кому не давать, это их право, и это справедливо: не мы же, в конце концов, и не Лукашенко, можем распоряжаться чужими ресурсами.

Когда Беларусь дошла до отчаяния, да, денежек подкинули, но ситуацию они уже не спасут. Скорее, наоборот. Это как со смертью Майла Джексона, который не мог жить без очередной дозы обезболивающего – наркотика, а врач мог решать: давать, или не давать. Дать – значит, «заморозить» ситуацию с риском смерти клиента. Не дать – обречь клиента на страдания, но получить вероятность того, что его организм перестроится и предпримет усилия для восстановление. Майкл Джексон умер в итоге, правда, умер безболезненно – лекарство ему всё же дали.

Беларуси Россия тоже подкинула под конец года рубликов, но ситуацию это уже не спасает. Даже проесть их вкусно никто не сможет. Прогноз на следующий год для белорусской экономики такой, что можно с уверенностью сказать: и сейчас нищие, и в 2012 г. будем нищими. И всё это – последствия той геополитической ловушки, в которую загнали нас власти своей провокацией 19-го декабря. Которая лишила Беларусь доступа к деньгам для реформирования и модернизирования страны. Которая заставила страну, находящуюся на перекрёстке цивилизаций, фигурально выражаясь, «лететь с одним крылом».

19-го декабря прошлого года Лукашенко собственноручно, своими мозолистыми крестьянскими руками, разбил свой «хрустальный сосуд». Носить ему теперь нечего: только осколки остались от былого доверия населения, хрустальная пыль – от социально-экономической модели, вообще ничего – от стабильности. Назвать стабильной страну, в обществе которой вопросов больше, чем ответов, язык не повернётся даже у дурака, живущего в информационном вакууме и предпочитающего там оставаться.

Лично у меня нет сомнения: всё это мы преодолеем. Склеится, забудется, и Беларусь, конечно же, будет и счастливой, и процветающей, а 19-го декабря, как и весь 2011 год, мы будем вспоминать, как дурной сон.

Только будет это не сразу. И у власти будут совершенно другие люди. Которые предпочитают склеивать, а не разбивать с размаху.

четверг, 15 декабря 2011 г.

Чёрная кошка в тёмной комнате


В последние недели в публичном пространстве слегка оживились дискуссии вокруг участия/неучастия демократической оппозиции в предстоящей имитационной кампании под кодовым названием «парламентские выборы».

Сие не удивительно и ожидаемо: на фоне свирепого экономического кризиса оппозиция, попытавшаяся отреагировать на него Народными сходами, но получившая совсем немного не тот результат, на который рассчитывала, в целом молчит. Хотя вопросов у населения всё больше, равно как и ожиданий, что кто-то сможет дать на них ответ. Выборная кампания – событие вполне календарное, хочешь ты или не хочешь, но как-то на эту дату в календаре надо рефлексировать, и то, в каком виде эта рефлексия последует, во многом определит политический расклад в стране по крайней мере до президентских выборов.

Дискуссия эта, впрочем, большого размаха не обретает – и это тоже ожидаемо. Просто потому, что выигрышных сценариев для оппозиции в сегодняшней ситуации просто не просматривается. Для властей, в общем-то, тоже, но это уже их проблема.

Политолог Валерий Карбалевич уже несколько раз в СМИ различного калибра заявил, что оппозиции нужна «сильная стратегия», но где она и где её искать? Если коротко рассмотреть несколько базовых вариантов – сплошь тупики. Давайте попробуем.

Сценарий первый. Оппозиция идёт на выборы и проносит свой крест вплоть до самой «Голгофы» - дня голосования.

Этот сценарий имеет в себе те плюсы, что он даёт возможность повыступать с телеэкрана, а также попользоваться легальной возможностью встреч с избирателями, листовочных кампаний, в общем – провести работу с людьми, проинформировать, опробовать технологии, получить необходимый опыт, который может понадобиться в будущем.

Именно этим обосновывается необходимость участия каждую подобную кампанию, будь то местный уровень или парламентский уровень. Но, как ни печально, нужно констатировать, что чаще всего все предполагаемые эффекты оказываются «смазаны»: наиболее острые моменты в ходе телевыступлений безжалостно цензурируются, листовки либо не печатаются, либо печатаются с таким опозданием, что большинство их так и остаётся нераспространёнными в штабах, на встречи избиратель не ходит, потому что никого из кандидатов не знает, а активисты, получившие столь необходимый опыт, получают вместе с ним «на орехи» свою долю репрессий и в большинстве своём либо уезжают заграницу, либо «подвязывают» с политической деятельностью. Это касается новых активистов, которым опыт был нужен. Что касается тех старых демократов, которые уже десятилетиями кочуют из кампании в кампанию, оставаясь на своих местах, то они искренне уверены, что опыт им никакой не надо, новые технологии не существуют, и всё в этой стране давно известно: кровавый режим не даст открыть рот, пока против него не будут введены экономические санкции со стороны /обязательно/ ЕС. Кстати, для меня давно уже загадка, почему те политические силы, которые одобряют продажу «Белтрансгаза» России, буде речь заходит об экономических санкциях, всегда говорят о таковых только по отношению к ЕС, но никогда не заикаются о том, что именно санкции со стороны России были бы самыми эффективными… Но это так, к слову, не будем отвлекаться от темы.

Таким образом, полноценное участие в выборной кампании не даёт никаких технологических плюсов (если смотреть на практическую сторону), но, чаще, приводит к минусам.

Минусы эти состоят в том, что, приняв участие а даже победив, демократы всё равно в итоговом протоколе видят цифры порядка 15%-16%. Самое плохое, что эти же цифры видят и избиратели, и, в большинстве своём не имея представления о «кухне» по стряпне таких «результатов», в лишний раз убеждаются в неспособности оппозиции что-то реальное сделать. На общественное мнение такая картинка влияет колоссально, на имидж оппозиции – тоже, причём, отнюдь не в самую положительную сторону. О психологическом эффекте можно даже не говорить: унижение очевидно.

Сценарий второй. Оппозиция отказывается от участия в выборах, обосновав это многочисленными условиями, либо вообще не обосновывая – с практической точки зрения это значения не имеет (просто потому, что избиратель этих тонкостей никогда не узнает).

Этот вариант ровным счётом ничем не лучше первого, потому что приводит к тем же самым результатам.

Население сейчас ждёт внятного ответа на наболевшие экономические и политические вопросы, ждёт также, что кто-то сумеет хорошо выразить и сформулировать его протестные настроения. В случае полного отсутствия оппозиции на выборах, плевать – с какой формулировкой, оно будет банально разочаровано, считая, что демократическим силам нечего сказать.

Эффекты – те же самые: люди убеждаются, что демсилы не в состоянии ничего сделать и предпринять, пропасть между оппозицией и избирателями только растёт, на имидже это сказывается соответственно.

Сценарий третий. Бойкот.

Если по уму, то белорусское население в массе своей выборы, вроде парламентских, давно уже бойкотирует. Люди наши в большинстве своём не дураки, прекрасно понимают, что «депутаты» ничего не решают, равно как и сами избиратели, и ходить на эту клоунаду нет смысла. И, наверное, не ошибусь, если скажу, что, если бы не фальсификации и манипуляции с явкой, то выборы не состоялись бы нигде.

Беда в том, что этот бойкот, он не политический, он, назовём это так, - обывательский. Он не потому, что люди поддерживают или не поддерживают ту или иную политическую силу, а просто потому, что на эту кампанию, точнее – на её результаты, людям в большинстве своём наплевать, как наплевать и на то, кто там сидит в «парламенте».

Рискну предположить, что даже попытка превратить «обывательский» бойкот в «политический» обречена на провал, как раз из-за указанного фактора. Как различить, какой окрас имеет бойкот, если люди и так, и так не приходят на избирательные участки?

Единственным способом политизации такого бойкота были бы массовые акции протеста по итогам, однако это возможно только лишь при условии, что население верит в значимость парламента, и, следовательно, кампании. Этого нет на сегодняшний день, и, к сожалению, к ближайшей кампании подобного развития событий, эволюции общественного мнения в эту сторону, не предвидится.

Единственные, кому может быть выгоден «бойкот»в таких условиях, это известная прослойка в рядах оппозиции, специализирующаяся на имитациях различного рода. Можно объявить «бойкот», распространить одну листовку на эту тему (нисколько не заботясь о том, что для влияния на общественное мнение нужно как минимум (!) соблюсти «Правило семи касаний» или известный «Принцип тотальности», то есть работать с людьми постоянно через все доступные каналы доставки информации), зафиксировать неявку на выборы на примере 3-4 участков и заявить, что этот успех – дело правильной стратегии правильных политических сил. Такие примеры известны. Вот только результат на выходе будет тот же самый: статус-кво будет сохранён, а население в подавляющем своём большинстве даже не узнает, что стало участником некоего политического действа.

Как видим, политические условия в Беларуси сегодня таковы, что можно попросту констатировать их (политических условий) отсутствие за неимением самое политики. Так где же тогда искать «Сильную стратегию», о которой нам толкуют политологи?

По-моему мнению, «сильная стратегия» сегодня возможна только в случае созревания в обществе некоторых базовых условий:

1) Оппозиция должна быть единой и иметь единого лидера, представляя таким образом из себя «брэнд», который воспринимается и пользуется поддержкой значительной части населения и имеет шансы привлечь неопределившихся избирателей;
2) В обществе присутствует понимание значимости парламента и, следовательно, кампании по его выборам;
3) У оппозиции есть ресурсы всех видов для того, чтобы мобилизовать население под свою стратегию, будь то участие в выборах с последующей защитой результатов или бойкот с последующим требованием отмены нечестных выборов или что-либо ещё.

Беда в том, что над созданием этих условий надо было работать эдак с октября 2008 года, то есть сразу по окончании предыдущей парламентской кампании. Создать для своей работы первое и третье условие хотя и сложно, но возможно даже для нынешнего состава демсил.

Решение проблемы условия второго находится целиком в руках действующей власти, однако оппозиция могла бы хотя бы актуализировать вопрос в обществе, поднимая проблему полномочий парламентариев и их влияния на процесс принятия решений, проводя кампании за урезание полномочий президента в пользу парламента.

Даже президентский марафон можно было бы, теоретически использовать в этих целях. А что, это был бы красивый жест, если бы условный демократический «Кандидат Х» объявил о том, что он будет участвовать в президентской кампании только в том случае, если президенту урежут полномочия в пользу парламента. «Я хочу быть президентом без царских полномочий» - красивый месседж для демократа, который мог бы сыграть двойную полезную службу: и внимание населения к проблеме парламентаризма в республике привлечь, и демократический электорат очаровать.

Если бы все кандидаты выступали с подобных позиций, было бы ещё красивее. Но это так – один из возможных вариантов, на вскидку.

А пока нам остаётся лишь искать «сильную стратегию» там, где её нет, либо размышлять над тем, как пройти парламентскую кампанию с наименьшими потерями.

понедельник, 12 декабря 2011 г.

Такие ли уж мы «никчемные»?..


Последняя информация из Москвы, о многотысячных акциях протеста против фальсификаций выборов, парадоксальным образом вызвала у меня гордость за… белорусский народ.

Мы как-то привыкли в последние годы заниматься самобичеванием: мол, белорусы всего боятся, не хотят выходить на улицы и т. д. и т. п. Мол, никчемный мы народец… Много таких комментариев, очень много, и никуда от них не деться: обидно, но что поделать?

Между тем, русских как-то никчемным народом не считал и не считает никто. И последние акции российской оппозиции в Москве показали во всей своей красе, что ничто человеческое россиянам не чуждо, и они точно также готовы протестовать против обмана, лжи и коррупции, как и любые остальные.

И вот, пусть самое поверхностное, но сравнение количественных показателей акций россиян и белорусов говорит, что во много раз меньший народ, белорусы, в этом своём поиске справедливости и свободы, ничуть не уступают в абсолютных показателях огромному народу российскому.

Более десяти лет у власти в Кремле находится путинская мафия. Чтобы понять, что имеется ввиду под правлением Путина и моделью «управляемой демократии», достаточно было всего одного года. Все остальные годы ушли у россиян на осмысление этого явления, и сегодня они оказались способны к массовым протестам.

У белорусов же протестное движение против диктатуры, лжи и коррупции существует ровно столько, сколько диктатор, лжец и коррупционер находится у власти, то есть ровно 17 лет. В разные годы оно проявлялось по разному: до конца 90-х шло сплошной волной, по нарастающей, с пиком на Марше Свободы 1998 года. В «нулевых», под влиянием апатии и репрессий, повседневный (назовём его так) протест сошёл на нет, но начал развиваться уже по другой спирали: от президентских выборов – к президентским. 30 000 человек на Площади в 2006 году, 50 000 – в 2010 году, дальше - ?..

Этот ли не повод не отчаиваться и сказать себе: да, пока весь народ не готов отторгнуть нынешнюю патерналистскую модель, но нам есть чем гордиться: сравнивая протестную историю того же российского общества и белорусского, приходишь к выводу, что у нас в стране, в нашем обществе, есть крепкое «ядро», которое не просто «под настроение» и «по поводу» может высказывать свою политическую позицию, но является носителем определённых ценностей, которые понимает, разделяет и готово отстаивать.

Это, между прочим, совсем немало для пост-коммунистического общества, это – огромный задел на будущее, это – скелет, вокруг которого неминуемо нарастёт «мясо».

Но, не могу не остановиться ещё на одной существенной детали.

Да, между российской и белорусской ситуацией много общего, и сравнивать её можно с разной степенью корректности, но, всё же, надо делать одну небольшую оговорку.

Ибо в Беларуси всё же есть та среда, та мысль, та идея, которая помогла сформироваться «ядру», о котором речь шла выше, помогла в становлении определённых ценностей, и является залогом здоровья нашего общества в будущем. Та идея, которой не может быть в силу объективных причин у россиян – и в этом наше преимущество.

Если вспомнить протесты 90-х годов, на стадии становления диктатуры (как раз такие протесты, которых не было в России – там становление диктатуры прошло под буквально всеобщий «одобрямс»), то мы увидим, что все движение тех лет имело в основе своей национальную идею.

Идею белорусского возрождения и сохранения суверенитета.

Не отошла она на второй план и сейчас, к ней лишь добавились различные социальные и экономические аспекты.

В этой, национальной, идее, очевидно, и заложен ключ к формированию в нашей стране гражданского общества, которое может отстаивать свои права.

Беглый сравнительный анализ российского протестного движения и белорусского наталкивает на такие мысли. Наверное, они не бесспорны, что ж, можно подискутировать, ведь в споре, в конечном итоге, рождается истина…

Но, если не найдётся весомых контраргументов, это будет означать, что все люди и организации, от которых зависит развитие общественного сектора, гражданского общества Беларуси, должны принять на заметку: проектам, кампаниям и инициативам, которые занимаются культурой, историей Беларуси, пропагандой национальной идеи, необходимо уделять значительно больше внимания.