Поиск

среда, 24 июля 2013 г.

Что общего между Беларусью и Детройтом?

Американский город Детройт, в недавнем прошлом – мировая столица автомобилестроения, обанкротился.

Новость об этом событии облетела мировые информационные агентства и вызвала шквальный отклик читателей. В том числе, не удивительно, и – беларусов.

Нет смысла глубоко ударятся в обсуждение обсуждения и в осуждение осуждения. Куда интереснее, на мой взгляд, тот факт, что между ситуацией в Детройте, который уже признан банкротом, и ситуацией в современной Беларуси, которая, думаю, никогда на такой шаг не пойдёт, подозрительно много общего.

Аналитик издания «Foreign Policy» из США, Alicia P.Q. Wittmeyer, приводит некоторые причины, по которые, на её взгляд, привели Детройт к краху. Сразу поясню: причины, которые она называет, не относятся к чисто техническим либо финансовым показателям. Такие факторы, скорее, тактические, оперативные, а госпожа Алисия оперирует факторами стратегическими – такими, которые влияют на развитие юрисдикции (будь то город, или государство) в целом в долгосрочной перспективе. По-моему, это – правильный подход. С тактическими, либо оперативными проблемами всегда можно справиться, если их причины не лежат в стратегической плоскости.

Итак, что же привело Детройт к краху?

===
Детройт столкнулся с серьезной проблемой утечки мозгов и отъезда людей

По этому показателю Детройт получил оценку 6,5 (в целом по США она составляет 1,0). Для ясности, согласно анализу Fund for Peace, по этому показателю Детройт находится в более бедственном положении, чем Сирия (6,2), и наравне с Южным Суданом (6,5).По результатам опроса, проведенного недавно Detroit News, 40% респондентов заявили, что они планируют уехать из города в ближайшие пять лет, и более половины респондентов признались, что они уже жили бы в другом городе, если бы у них была такая возможность.
===

Думаю, не надо пояснять, какое значение для развития города (государства) имеют люди. Это не только рынок как таковой, это и трудовые, и интеллектуальные ресурсы. Если уезжает молодёжь, то скоро не остаётся тех, кто может работать. Если уезжают образованные и креативные, то очень скоро наступает момент, когда обозначается отставание в ключевых отраслях.

Да, так вот, что же общего между Детройтом и Беларусью? Из Детройта уехали, кто мог, а кто не мог, тех 40% признались, что собираются это сделать в ближайшее время, а более половины уже уехали бы, если могли.

Из Беларуси тоже уезжают, притом – массово. На ПМЖ и временно. Независимые исследования говорят об 1 миллионе беларусов, трудящихся за рубежом. Сохраняя гражданство и прописку, эти люди вкладывают свой потенциал в развитие сопредельных стран, притом, по цене, меньшей, чем получали бы граждане этих сопредельных стран на тех же работах.

Что же касается намерений к эмиграции, то, согласно опросу НИСЭПИ (данные на 2012 год, однако нет никаких оснований сомневаться, что с тех пор тренды не изменились), «более 41 процента белорусов готовы покинуть страну навсегда, а почти 54 процента респондентов хотят работать или учиться за границей». Ну, как бы, комментарии излишни: сходство практически 100%.

Вывод: Беларусь стремительно теряет человеческие ресурсы и, следовательно, ресурсы для развития.

***

Причина вторая, по которой Детройт смог быстро и надёжно обанкротиться.

===
Для Детройта характерны высокий уровень бедности и экономический спад

Экономический спад, произошедший в Детройте со времен, когда он был мировой столицей автомобилестроения, уже успел стать легендой. В настоящее время уровень дохода на душу населения там составляет всего 15261 доллар. Как такое стало возможным? Согласно мнению экспертов Fund for Peace, «бедность и экономический спад ограничивают возможности государства материально обеспечивать своих граждан, если они сами не способны материально обеспечить себя, и могут спровоцировать трение между богатыми и бедными».
===

Я тут немножко аналитика дополню, потому что, те вещи, которые известны американской публике и воспринимаются «по умолчанию», могут быть отнюдь не очевидными для нашего обывателя, который привык достаток либо бедность воспринимать исключительно как следствие политики властей либо собственной конкурентоспособности отдельного человека.

Бедность в юрисдикции (городе либо государстве), не только может провоцировать трения между богатыми и бедными. Бедность, это, опять же, ярмо на шее жителей, тормозящее развитие. Бедность – это не только следствие отставания, но и причина. Бедный человек имеет меньшие возможности для образования, имеет меньший доступ к информационным ресурсам и инновациям, имеет меньшие возможности, либо не имеет их вообще, для открытия и развития собственного дела.

Тут уместно вспомнить экономическое понятие «петля бедности»: бедный человек вынужден покупать более дешёвые вещи, например, дешевле на 30%, однако в итоге переплачивает в 2 раза, потому что более дешёвая и некачественная вещь выйдет из строя намного раньше и быстрее, нежели более дорогая и качественная (которая может прослужить и 20 лет, против 2). Бедный человек для покупки машины берёт кредит, и в итоге переплачивает проценты, а богатый – нет. Попадая в «петлю бедности», бедный становится только беднее. Богатый от этого избавлен: он беднее не становится. Богаче, впрочем, тоже.

Таким образом, бедность – это замкнутый круг, где она на начальном этапе может быть следствием плохих решений (государства или человека), а на дальнейших стадиях становится уже причиной ухудшения положения.

Так вот… Как видим, Детройт попал в ловушку бедности при уровне доходов населения в 1271 доллар в месяц. В Беларуси таковой на сегодняшний день ровно в два раза ниже – порядка $600. К тому же он такой совсем недавно и, боюсь, ненадолго (из-за пресловутых неэффективных решений государства не за горами очередной прыжок зарплат назад). При этом, могу сказать абсолютно точно, что жизнь в США совершенно не дороже жизни в Беларуси, по многим параметрам  - дешевле. Что же касается доступа к технологиям и информации, возможностей открывать и вести любого калибра бизнес, то там шансы простого человека выше во много раз. Я это к тому, что аргумент, который может быть озвучен, типа «жизнь в Штатах дороже», не состоятелен. Она, во-первых, не дороже, а, во-вторых, мы в данном случае говорим о бедности не как о факторе, влияющем на количество покупаемой в месяц отдельным потребителем сёмги, а как о факторе, влияющем на развитие юрисдикции.

Итак, очевидно, что Беларусь увязла в ловушке под названием «бедность населения» куда глубже, чем обанкротившийся Детройт.

***

И, наконец, последний фактор, повлиявший, по мнению Alicia P.Q. Wittmeyer, на развитие Детройта настолько, что он был вынужден объявить о своём банкротстве.

===
Аппарат обеспечения безопасности не работает

Чтобы быть эффективным, государственный аппарат обеспечения безопасности должен иметь монополию на легитимное применение силы. В Детройте сложилась иная ситуация. Помимо весьма плачевных показателей скорости реакции полиции и чрезвычайно высокого уровня преступности, беспокойство вызывает то, что добровольные группы по охране общественного порядка уже перешли черту и опустились до самосуда.
===

Здесь, справедливости ради, надо отметить, что сходство ситуации в Детройте и в РБ, далеко не такое же очевидное, как в двух предыдущих случаях. Однако в главном, в сути, оно всё же неоспоримое. И, самое интересное, что при этом в Беларуси ситуация… хуже.

Да, у нас милиция приезжает на вызовы быстро. И, да, наши силовые органы имеют и полномочия, и желание и навыки применять силу таким образом, чтобы ни у кого соблазна самосуда не возникало. Однако это, скажем так, «уличный», «низовой» уровень работы аппарата безопасности.

Зато в Беларуси полная катастрофа с тем, что касается обеспечения экономической безопасности граждан и их интересов.

Во всех случаях, когда дело касается экономических отношений, суды Беларуси руководствуются исключительно «телефонным правом», отстаивая интересы удерживающей власть группировки.

Больше того, государством построена целая система, когда для вида борьба с экономической преступностью, в том числе – с коррупцией, вроде бы идёт и идёт интенсивно, однако крупные дельцы при этом пользуются полной безнаказанностью, скрываясь за информационной шумихой, созданной по поводу куда более мелких дел.
Типичный пример – ситуация на беларусской границе и таможне. Любой украинец пропоёт вам дифирамбы беларусской границе за то, что там «взяток не берут». Ну да, соблазн взять $-двадцаточку давно выжгли калёным железом. Зато, когда следователь Генпрокуратуры Светлана Байкова вышла на след таможенной мафии, за которой, по слухам, стоял сам Виктор Лукашенко и где счёт шел на миллиарды долларов, то за решёткой оказалась сама Байкова, ряд других фигур – в эмиграции, а дело было закрыто. Всё осталось шито-крыто.

Иными словами, если проблемы в работе силового аппарата в Детройте связаны, в основном, с общественными факторами, то главные проблемы работы такого же аппарата в Беларуси связаны с факторами иного порядка: как раз – экономическими.
Поэтому, да, тут ситуация в Детройте и Беларуси не так похожа: у нас – хуже.

***

Итак, Детройт уже объявил о своём банкротстве, заявив, что не в состоянии платить по своим долгам в размере $20 млрд. При полной схожести ситуации, Беларусь под 
управлением Александра Лукашенко, думаю, на такой шаг не решится.

Стратегические вызовы обществу и государству будут дальше игнорироваться. «Дыры» в балансе, которые нечем оплачивать (и, если бы в арсенале беларусских властей были только экономические инструменты, эти дыры уже привели бы к банкротству), будут лататься политическими методами, а именно – выклянчиванием у стран – партнёров (или потенциальных партнёров) всё новых кредитов а также выпрашиванием списания либо реструктуризации кредитов старых.

Если ситуация будет так продолжаться и дальше, то, несмотря на полную схожесть ситуации Беларуси и Детройта, РБ формально себя банкротом не признает.


Однако фактическое банкротство будет куда плачевнее. Фактическое банкротство будет выражаться в потере суверенитета. Потому что просто так другие государства ни дешёвых кредитов не дадут, ни реструктуризации старых долгов не допустят. 

Комментариев нет:

Отправить комментарий