Чего нам не положено знать?..

О том, что в Гомеле, оказывается, живут и учатся бывшие боевики из Нигерии, в связи с последним терактом написали как минимум «Русская служба новостей» и информационное агентство REGNUM. Написали со ссылкой на белорусское же КГБ.

http://rusnovosti.ru/news/198956/

http://www.regnum.ru/news/fd-abroad/1523563.html

В свете этого обстоятельства, лично для меня, как для жителя этого города, в котором живу я сам и в котором подрастают мои дети, все вопросы налаживания нелегальной миграции и тому подобная чушь, которая сейчас обильно полилась в комментариях о версиях взрыва в магазине «Вёсны» отходят на второй план.

Есть ли нелегальная миграция, нету ли – вопрос десятый.

Куда важнее то, что по городу свободно разгуливает некое количество людей, которые, во-первых, составляют консолидированное национальное и культурное меньшинство (значит, могут иметь какие-то свои узкие интересы, оторванные от интересов гомельчан); во-вторых, активно участвовали в боевых действиях; в-третьих, имеют навыки обращения с оружием и взрывчатыми веществами; в-четвёртых – без сомнения, убивали людей, но сейчас находятся на свободе.

И в этой связи у меня есть вопросы:

1) Почему гомельчане об этом до сего дня ничего не знали?
2) Контролируют ли спецслужбы каким-нибудь образом эти разоружённые банд-формирования?

На второй вопрос ответ мы уже получили: не контролируют. Ибо, если бы контролировали, то версия об их причастности к взрыву моментально была бы либо подтверждена, либо опровергнута, никаких проверок и оперативных действий не понадобилось бы.

Остаётся вопрос первый: мы что, вообще – бессловестное быдло, если не имеем права даже знать о том, кого нам, без нашей воли, определили в соседи?

Вопросы, ответы на которые мы все прекрасно знаем

По одной из версий, к взрыву в гомельском магазине «Вёсны», может быть причастна группа иностранных граждан.

У Беларуси, оказывается, есть договор об обучении в белорусских ВУЗах бывших боевиков из Нигерии, в рамках правительственной программы по возвращению к мирной жизни. Вот они тут живут, учатся, вместе с гражданами ещё и Йемена, Сирии, Пакистана. И, как сообщается, что-то там таким образом между собой делят.

Давайте на секунду сделаем то, чего делать нельзя: поверим в государственную версию о том, что минское метро взорвали Коновалов и Ковалёв.

Принципиальная разница между взрывом в Минске и взрывом в Гомеле состоит в том, что минские обвинённые и расстрелянные не были большим, потенциально опасным сообществом людей. Были вот два друга, которые, если верить официальной версии, чем-то там увлекались, и в итоге сотворили такое.

В Гомеле же существует, как выясняется, группа бывших боевиков, которая тут обосновалась, состоит она явно не из двух человек, и ещё, оказывается, имеет тут какие-то свои «гешефты», которые, время от времени, нужно делить.

И вот что интересно. Ладно, пускай: если, опять же, принять на веру, что Коновалов и Ковалёв взорвали минское метро, то, в принципе, предусмотреть и предотвратить это было невозможно: мало ли, о чём где мечтают парочки друзей.

Но вот по гомельской ситуации вопрос есть: почему у спецслужб нет механизма контролировать группы бывших боевиков, получать оттуда информацию и пресекать подобные действия на корню?

Почему оппозиция буквально нашпигована сексотами, а в группах боевиков, таковых, оказывается, нет?

Впрочем, я думаю, мы все знаем ответы на эти вопросы…