МВД в роли самостоятельной карательной организации

Иногда, чтобы стала очевидной суть вещей, приходится пристально вглядываться в детали.

Мы давно привыкли за всеми кознями режима просматривать руку КГБ. Конечно, мы представляем, что в Беларуси предостаточно и других карательных структур. Собственно говоря, все госучреждения нашей страны сегодня могут выступать в роли карателей: от учреждений образования до военкоматов и налоговых инспекций.

Однако всех их мы привыкли воспринимать как «пособников» диктатуры, оставляя в своём сознании нишу непосредственно «палачей» исключительно одной структуре. Надо заметить, что примерно так же, в роли «пособников», а не непосредственно палачей, играющих своё соло, мы привыкли воспринимать и структуры МВД. Которые, кстати, даже чисто по закону координируются в подобных делах госбезопасностью.

Ничуть не умаляя «заслуг» КГБ на поприще борьбы с инакомыслием и свободно мыслящими гражданами, хочу подробнее остановиться на роли и месте в репрессивной машине государства как раз милиции.

Сегодня в Гомеле будет суд над общественным активистом Игорем Случаком. Его забрали в пятницу вечером, будто бы он публично ругался матом, и до суда бросили в следственный изолятор.

Задержание Случака – это был лёгкий шок для любого знающего ситуацию человека. Дело в том, что Игорь – активист-одиночка. Долгое время он появлялся на страницах СМИ как человек, единолично ведущий кампанию «Справаводства па-беларуску»: писал письма в государственные учреждения и требовал, чтобы ему отвечали на языке вопроса. То есть, по-белорусски.

Весь опыт оппозиционной и общественной деятельности говорит о том, что такие люди априори не воспринимаются властью всерьёз, как угроза. Режим воспринимает их, как безобидных чудаков, которые доставляют некоторый «геморрой». Правда, иногда их деятельность даже приносит властям пользу. Отвечая на их безобидные требования конструктивно, можно вполне изображать из себя приличных людей, в ущерб имиджу «отомороженной» власти, который всё больше ширится даже среди обывателей.

Какой смысл сажать такого «на сутки»? Эту меру, мы все хорошо знаем и понимаем, власть применяет только к людям, от кого ждёт для себя каких-то неприятностей: публичных выступлений, острой критики, организационных каких-то действий, способных куда-то подвигнуть пусть даже и небольшие, но массы. Но Случак, с его «Справаводствам па-беларуску»? Это смешно…

Смешно, если не вглядываться в детали.

Объясняя задержание активиста, независимые Интернет-СМИ поспешили сделать акцент на том, что на субботу он запланировал пресс-конференцию, на которой намеревался сделать публичный отчёт о кампании, которую уже, судя по всему, посчитал завершённой. Так что, его бросили в ИВС, чтобы не дать рассказать о том, как он писал чиновникам письма и требовал белорусскоязычного ответа?

На самом деле, такая трактовка мотивации властей – поверхностная и легкомысленная. Я специально делаю акцент на этом деле, потому что оно хорошо иллюстрирует одну достаточно занимательную тенденцию, которую нельзя обойти вниманием.

На субботней пресс-конференции, помимо рассказа о кампании «Справаводства па-беларуску», Игорь Случак запланировал ещё и обсуждение одного из вопросов «Народной программы» Движения «За Свободу!», а именно: «Вопросы реформы системы МВД: опыт соседей и вызовы для Беларуси». Именно ради этого были приглашены на встречу представители местных ОВД, а не для того, чтобы слушать про белорусское делопроизводство.

«Народная программа» - это такой проект общественной коалиции, куда входит много субъектов гражданского общества Беларуси, и который координируется Движением «За Свободу!». Кампания направлена на разработку консенсусной позитивной альтернативы для будущей Беларуси – в противовес существующему сегодня безграмотному мракобесию. В дискуссии принимают участие профильные эксперты, представители целевых групп, простые граждане, и, конечно же, приглашаются представители профильных ведомств.

Примечательно, что все мероприятия проекта проходят относительно гладко, и не встречают сопротивления со стороны властей. Видимо, режим относится к общественной дискуссии примерно так же, как и к «справаводству па-беларуску»: пусть, мол, разговаривают и обсуждают что хотят, абы на улицы не ходили.

Все мероприятия проходят гладко, кроме одной темы. Да, именно этой: «Вопросы реформы системы МВД: опыт соседей и вызовы для Беларуси». Ещё в самом начале «Народной программы» соответствующий круглый стол был брутально разогнан в Минске. Тогда задержали семь человек, в том числе гражданку России, трёх граждан Украины (все иностранцы, видимо, как раз должны были участвовать с целью осветить опыт соседей), а также белорусские правозащитники: Олег Гулак («Белорусский Хельсинский Комитет»), Людмила Исакова (Комитет помощи репрессированным «Солидарность»), экс-министр труда, социолог, Александр Соснов.

Многое становится понятным, если вглядываться в детали. В частности, эта история даёт нам право сделать следующие выводы.

Если все мероприятия «Народной программы» прошли гладко, а дискуссии, посвящённые реформированию МВД сорваны, причём сорваны жёстко, через аресты, это говорит только о том, что само МВД крайне не заинтересовано в общественной актуализации проблем его же реформирования.

Но даже не это главное.

Даже из общедоступных фактов мы имеем представление о сути взаимоотношений между КГБ и МВД. Больше чем уверен, что чекисты просто не стали бы заниматься таким делом, как «проучить Случака, чтобы не выпендривался». Мелковато, глуповато, да и касается это дело только ментов. Как говорится, их проблемы.

То есть, все эти срывы дискуссий «Народной программы» - дело рук сугубо структур и карателей МВД. А вот то, что они решаются на такие операции самостоятельно, уже говорит о многом. Потому что, чтобы такое провернуть, надо иметь в руках все рычаги влияния на другие механизмы репрессивной машины. Надо иметь возможность самостоятельно решать вопросы с судьями, надо вести собственную оперативную слежку за демократическими активистами, возможно даже – иметь свою агентуру.

А это, в свою очередь, свидетельствует о том, что в деле подавления инакомыслия, белорусское МВД играет свою собственную, сольную роль. Чаще всего интересы спецслужб совпадают, и они поют в унисон. Но, когда надо, менты могут и сами действовать. И имеют для этого все возможности и рычаги.

Казалось бы: ну и что? Для демократов это «открытие» практической пользы не имеет. Их как сажали, так и будут сажать. И, по большому счёту, нет разницы, кто именно это делает.

Да, для сегодняшнего дня это не имеет никакого значения. Но для будущей Беларуси – имеет, и большое. Как минимум, на уровне понимания:

а) Реформа МВД действительно назрела и необходима. Точно также, как и реформа КГБ. Ни одна силовая структура не может быть полностью закрытой, и не может иметь признаки карательной структуры;
б) После смены власти деятельность МВД должна быть подвержена на менее жёсткой ревизии, нежели деятельность КГБ. Относиться к ним в стиле «они же просто выполняли приказ» - верх легкомыслия

В общем, как говорится, берём на заметку…

Мальчики по вызову или Кто и зачем дискредитирует белорусскую милицию?

У меня такое впечатление, что во властных структурах засели люди, которые сознательно дискредитируют белорусскую милицию.

Вроде как ни для кого не секрет: правоохранительные органы финансируются за счёт госбюджета. То бишь – налогоплательщиков. Любой работающий человек делает соответствующие отчисления в бюджет. Да и неработающий – тоже, ибо в каждом товаре, который он покупает на территории Республики Беларусь, заложены солидные налоговые платежи. Которые и идут, не в последнюю очередь, на оплату работы милиции.

Именно поэтому правоохранительные органы во всём мире работают бесплатно.

Проходящий в Бресте суд над участниками акции протеста на погранпереходе Брузги, разогнанной ОМОНом, поражает воображение: МВД требует у обвиняемых… оплатить «услуги» милиции, которая била их палками по голове и травила газом. Сии старания оценены в, не много, не мало, 11 миллионов белорусских рублей. В этом случае цинизм граничит с маразмом: мало того, что население по определению не должно платить за работу милиции дважды (ибо всё уже оплачено из налогов), так здесь ещё и требуют, чтобы заплатили за действия против самих же потенциальных плательщиков!

Подозреваю, что ни с одного маньяка, серийного убийцы либо педофила власть взимать дополнительную пошлину за «услуги» ОМОНа по их задержанию не додумалась. Они, эти категории граждан, в её, власти, глазах, люди – куда более достойные нормального отношения, чем протестующие.

Этот случай – не единичный, это лишь – вершина маразма системы. Любой оппозиционер, кто хоть раз пробовал организовать массовое мероприятие, знает механизм, которым власть, чаще всего, мотивирует отказы. Мол, к заявке не приложены договора об оказании услуг в ходе массового мероприятия скорой помощью, коммунальщиками (для уборки после митинга) и той же самой милицией. Договора чаще всего не прикладываются потому, что названные службы ничего не хотят заключать без предварительного согласия исполкомов, а исполкомы не дают согласия без договоров. То есть, получается замкнутый круг.

Однако истории известны случаи и сбоев в системе. Бывали, даже на моей памяти, прецеденты, когда и милиция, с «скорая» договора заключали. Тогда властям приходилось экстренно придумывать другую «отмазку», но – не об этом речь. Речь о том, что, когда такие договоры заключались, то оказывалось, что работу милиции также необходимо дополнительно оплачивать! Причём, есть у них и прейскурант: работа офицера стоит больше работы рядового, в общем – рынок. В 2008 году такой прейскурант даже попал нам на руки и мы его опубликовали. Жалко, не могу его теперь найти: затерялся на просторах интернета.

Работа милиции, которая оплачивается гражданами в виде налогов, в тех случаях, когда власти хочется, оказывается, должна оплачиваться дополнительно. И где-то сидят люди, которые настойчиво такую систему внедряют в жизнь, делая белорусских милиционеров всё больше похожими на «мальчиков по вызову».

Не удивлюсь, если в скором времени в Беларуси найдётся креативный человек, который свою, например, свадьбу, оформит как массовое мероприятие, с соответствующим договором с милицией. Были бы деньги: всё можно оплатить и заказать. А почему бы и нет? В Королевстве кривых зеркал, телеэкранов и должностных инструкций и не такое возможно…

PS Несмотря на настойчивое стремление властей продать услуги милиции хоть кому-нибудь и хоть за сколько-нибудь, пока случаев, когда бы это удавалось, я не знаю. Массовых мероприятий с оплатой труда офицеров и рядовых пока не припоминаю. Суд над протестовавшими в Брузгах – ещё в разгаре. Сооответственно, коммерческий эффект таких прожектов пока равен нулю. Интересно, какой же сакральный смысл вкладывают авторы идеи в коммерциализацию милиции? Вероятность диверсии я бы не исключал. Уж слишком маразматична ситуация…

Власть не верит в своих ментов?..

Второй день и жук, и жаба обсуждают законопроект, согласно которому изменяются условия пикетирования. Если коротко: власть подводит законодательную базу под то, чтобы иметь право хватать людей, даже ничего не делающих. Мирно прогуливающихся. Ну, как во время РЧСС.

Пытаясь рационально осмысливать эту инициативу властей, я всё никак не могу понять: а зачем это нужно властям? Закона в Беларуси нет, как известно. Нету даже Конституции. Вот Лукашенко нарушил Конституцию, например, после выборов, сместив Сидорского не дожидаясь инаугурации, и ничего! Не надо было её менять.

Или так: во время РЧСС людей хватали и без поправок в закон – и опять ничего! То есть, когда власти надо, она эти законы в упор не замечает.

И, с другой стороны, с 1996 года всё равно в Беларуси нет ни одного легитимного законодательного органа, все законы в дальнейшем подлежать ревизии. Так чего ж огород городить?

Но тут мне пришла в голову одна мысль…

Когда людей хватали на РЧСС, то давать им «сутки» и штрафы было только одно основание: лжесвидетельствования со стороны милиционеров. То есть, не было ни одного осужденного за нарушения порядка проведения массовых мероприятий – ибо порядок нарушен не был. Приходилось рассчитывать на ментов, что они, в нужный момент, не подведут, составят такие протоколы, как надо, и в суде не постесняются соврать.

Если введут предложенные поправки к закону о массовых мероприятиях, то нужды привлекать лгущих против «мычащих» не будет. Судьи будут штамповать приговоры и без лжесвидетелей.

Мне вот интересно. Ввести такой «закон» означает окончательно дискредитировать себя в глазах международной общественности, которая до сих присматривается к тому, что в нормальных странах называется «правовое поле». Это минус для власти. Плюс же в том, что это даст судьям повод спокойно давать нужные приговоры.


До сих пор судьи спокойно давали свои приговоры на основании показаний ментов. В принципе, да: пусть лжесвидетели совестью мучаются, если таковая ещё имеется, а судья сам себя всегда успокоить мог: я всего лишь поступаю так, как учили - выслушиваю свидетелей.

Так что заставляет власти идти на меры, которые принесут ей только лишний негативный имидж среди мирового сообщества, да и среди населения тоже?

Неужели риск и опасения того, что у судей может исчезнуть существовавший до этого повод выносить несправедливые приговоры? И Необходимость перестраховаться и ввести ещё одно основание?

Неужели власть сомневается, что её верные бойцы будут и дальше спокойно врать в судах?..

Общий уровень

Про моё вчерашнее задержание по пути на Площадь Ленина, где проходила акция «Революция через социальную сеть», можно было бы и не писать: практически все подробности были в СМИ.

Но очень хочется остановиться на одном моменте.

Задерживал меня сотрудник Центрального РОВД Гомеля Шукель Владислав Викторович.

С Владиславом Викторовичем мы знакомы уже больше двух лет. В мае 2009 года он составлял на меня протокол за пикет в память о пропавших политиках.

Ещё тогда он произвёл на меня неизгладимое впечатление своими интеллектуальными способностями. Я даже посвятил ему статью, которая называлась «Гастонии современности», которую опубликовал ресурс odsgomel.org. Статью процитирую чуть ниже, сейчас же лишь скажу: за прошедшие два года бывший капитан, а теперь – майор, Шукель В. В. не поумнел совершенно.

В милиции вчера мною, как известно, занимался уголовный розыск, поэтому всё моё общение с г-ном Шукелем ограничилось лишь задержанием. Но какое это было общение!!!

- Гражданин, ваши документы! – он мне, на улице.

- Оооо, мы же с вами знакомы :))), - я ему.

- Да, конечно, но мне нужны ваши документы, - уже примерно понятно, с кем я имею дело.

- С собой не взял, но можем пройти буквально 100 метров, и я вам их покажу.

- Нет, не пойду. А вдруг вы меня куда-нибудь заведёте и там…. – тут В. в. Шукель многозначительно примолк.

Я немного выпал в осадок:

- Неужели во вверенном вам районе, в самом центре, возле ж/д вокзала, могут находиться такие злачные места, что вы их боитесь? Вы, сотрудник милиции?!, - моему удивлению не было предела.

Майор промолчал, а потом сказал, что вообще, документы – дело десятое, ему просто надо меня доставить в отдел для «пары вопросов». На этом все наши беседы и закончились.

Я так был впечатлён этим диалогом!

Оказывается, даже задерживая ради «пары вопросов», этот милиционер не умеет начинать разговор по другому, нежели с «ваши документы!». Даже когда разговаривает со знакомым, в общем-то, человеком.

И вот этот вот пассаж, что он боится ходить по своему району… Мало ли какие места… Это же вообще шедевр!

А теперь исполню обещание и процитирую свою статью двухлетней давности, посвящённую этому человеку в форме. Сразу скажу: многое, из того, что там написано, уже неактуально.

Но актуальна суть: белорусскому режиму служат теперь люди с только одной извилиной. Что уж тут поделать…

Итак…

=====
Гастонии современности

Пару дней назад увидел по телеканалу «Discovery» фильм о динозавре, который назывался Гастония. Мощный, со всех сторон защищённый панцирем, обладающий природным оружием в виде острых, как бритва, костяных пластин, этот «зверёк» был практически неуязвим для врагов. В фильме его называли «доисторическим танком».

Гастонии вымерли потому, что их мозг не мог совершать больше одной операции одновременно.

А вчера я общался с современным белорусским милиционером, который опрашивал меня по факту случая выражения мною моей гражданской позиции: в числе прочих, я был 7-го мая возле УВД Гомельского облисполкома с портретом пропавшего генерала Юрия Захаренко.

- Ознакомьтесь с Вашими правами.

- Вы знаете, мне на эти права наплевать. Потому что, если Вы незаконно возбуждаете против меня административный процесс, нарушая мои права, записанные в Конституции – право на выражение своего мнения и право на мирные собрания, - какое для меня имеют значение права в административном процессе?

Это только один из примеров нашего содержательного диалога.

В числе прочего, мы, в частности, говорили вот о чём.

- Любое нарушение закона, чем вы сейчас занимаетесь, г-н Шукель, всегда наказывается. Белорусский Нюрнберг неизбежен для вас, как и для всех остальных.

- И скоро?

- А это как доведётся. Вполне может быть, что быстрее, чем вы думаете. Геополитическая обстановка сейчас так складывается. Совсем недавно у власти были такие люди, как Шейман, Павличенко, Наумов. Если какие вопросы, кто виноват во всём? Шейман. Сейчас Шеймана нет. А теперь представьте, страна на грани экономического коллапса (тут Шукель поморщился, видно, тоже ощущает эту грань коллапса). Нужны деньги. Кто даст? Никто их не даст, потому, что Беларусь не в состоянии отвечать по своим прямым обязательствам. Я бы на месте владельца (распорядителя) крупного капитала рассуждал примерно так: если эти люди не могут отвечать по своим обязательствам даже там, где дело касается прав несчастных пяти оппозиционеров (и тут я подробно разъяснил Шукелю, какие международные договора, гарантирующие мои права, подписала Беларусь, ратифицировала, и, соответственно, он сейчас нарушает), то что они будут делать, когда соблазном будут миллиарды долларов?

Доверия нет. Надо будет доказывать, что доверия заслуживаешь. Власти очень хочется – европейских денег в Беларусь, и собственных банковских счетов – в Европе.

- Ну, такими мелкими фигурами, как я, доверие никто отвоёвывать не будет.

- Ошибаетесь, г-н Шукель. Именно такими и будут. Шеймана нет. Павличенко – тоже. Наумов сменил меч на орал, а наган – на клюшку. А репрессии продолжаются. Кто в этом виноват? Надо будет разобраться. Примут, скажем, какой-нибудь «Закон о люстрациях», на основании его проведут масштабную проверку, выудят человек 20 таких, как Вы, и упрячут за решётку. А потом в Европе положат этот закон на стол (а это ж – бумага, это в глазах евробюрократов даже повесомее Шеймана будет), приложат личные дела 20-ти белорусских комиссаров, и скажут: «Господа банкиры, Вы же видите, это были перегибы на местах, а мы всё поправили. Мы – надёжный партнёр. Нам можно доверять. Мы отвечаем по своим обязательствам. Дайте нам денег».

Тут капитана Шукеля наморщило, и он сказал:

- Я что-то о таком не слышал.

- И не услышите. Но это очень может быть.

- Ах, это ещё только «очень может быть»!!!, - и милиционер в одно мгновение снова стал самим собой. Улыбчивым, милым, жизнерадостным молодым человеком, который просто «делает свою работу».

Его так обрадовало вот это «может быть», что я сразу вспомнил про Гастонию, которая вымерла потому, что не могла совершать больше одной мозговой операции одновременно.

Её атаковал хищник, она наносила ему удар хвостом, хищник падал, а Гастония снова начинала рыть землю носом в поисках еды. Хищник собирался с силами, и атаковал снова. Гастония не могла думать о хищнике и о защите, если он в это время лежал и не прыгал прямо на неё.

Капитан Шукель тоже не очень-то задумывается о том, что может произойти в ближайшее время. Или не очень ближайшее. Но всё равно. Он молодой. Намного моложе нашего президента. Президент болен и очень устал. Единственная задача этого человека – умереть прежде, чем его свергнут. Как у любого диктатора. А Шукелю – жить и жить.

Но жить дольше президента ему не дано. В белорусской политике сейчас проходит парадоксальная шахматная партия. Её парадокс в том, что король оказался в убийственном положении. Он теперь будет жить тем дольше, чем больше фигур отдаст на съедение. Дни его сочтены, но он очень старается протянуть до того момента, пока фигуры не закончатся.

Динозавр Гастония вымер потому, что не мог совершать больше одной мозговой операции одновременно.

Гастонии белорусской современности вымрут по той же причине. Их слишком не волнует то, что «может быть».

Менты пришли без третьего…

Около 21 часа к нам в офис сегодня нагрянула милиция.

Участковый, а с ним ещё какой-то мент в чинах, заявились на арендованную квартиру. Мне об этом по телефону сообщила девушка, которая сегодня дежурит.

Не сразу, но со второго-третьего раза я понял, чего это они по ночам колобродят. Традиции – есть традиции, и их надо соблюдать: скоро День Воли, 25 марта, и, даже если в этот день и «оппозиция решила почтить память оппозиции и возложить цветы» (как пишет уважаемый анти-журналист Малишевский), всё равно гомельским ментам жизненно необходимо взять со всех живых оппонентов режима расписку, что с возможными последствиями участия в несанкционированных мероприятиях они ознакомлены. Я, к слову, в предыдущие годы и под чем не подписывался. Но – не суть.

В общем, менты искали, читая по бумажке, в офисе в сей час неких Кузнецова Л. Е. и Сидорова Е. В.

Опять же, не сразу, опять же, со второго-третьего раза я понял: Кузнецов Л. Е. – это я. Кузнецов Пётр Евгеньевич. Просто кто-то буквы «П» и «Л» не различает.

А Сидоров Е. В. Это, очевидно, наш админ, Суворов Евгений Викторович, но тут уж, вообще, двойка по чтению!

Понятное дело, девушка, дежурная, общавшаяся с представителями нашей власти (мент, как известно, одно из лиц этой власти), с чистой совестью сказала, что таких людей знать не знает, и знать не хочет!

Нда… Прокол товарищей в погонах очевиден: нельзя на такие задания отправлять двоих ментов. Все мы давно из классики знаем: один из них умеет читать, один – писать, одному просто приятно с умными людьми… Того, что умеет читать, в этот раз просто забыли…