Тайные механизмы подавления РЧСС или обычный «развод» на бабки?

Сегодня мне подсказали один, скажу прямо, неинтересный в целом, сайт. Интерес вызывает лишь один документ, опубликованный на нём…

О прошедшей в течение предыдущих двух месяцев кампании «Революция через социальные сети» сейчас напоминают лишь граффити на асфальте, да редкие комментарии политологов о том, как инициатива войдёт (или уже вошла) в историю.

Казалось: ряд факторов («не сезон», ошибки координаторов, брутальное поведение властей и т. д.) свели усилия сетевых «революционеров», по крайней мере, временно, «на нет».

Но, оказывается, и политологи, и мы сами, грешные, ошибались, оценивая обстановку. Оказывается, вот это вот движение, которое претендовало на то, чтобы стать общенародным (и, в какой-то момент даже казалось, что у него есть на это шансы), было разгромлено в результате спланированной сетевой войны некими… российскими «активистами»!

Оказывается, «бацка Лукашенко» был всё это время абсолютно беззащитен, и если бы не российскиеи ли про-российские волонтёры из какого-то малопонятного «общественного клуба», то по Беларуси уже расползлась бы «оранжевая» зараза.

Сегодня мне подсказали один, совершенно неинтересный, на мой взгляд, сайт: http://eot.su

Сказать честно, я так и не разобрался, что же за люди за ним стоят, чего они добиваются и как. Наверное, я не внимательно смотрел. Потому что всё моё внимание привлёк один документ, опубликованный на этом сайте. А именно

Белоруссия: июнь-август. Отчет о проделанной работе.

Я его скачал и… аж обалдел! Передо мной был, не много, не мало, отчёт о том, как в интернете (вообще) и в социальных сетях (в частности), группа энтузиастов, преимущественно из России (хотя есть там товарищи и из сопредельных государств), подавляла в Беларуси «оранжевую революцию», то бишь – «Революцию через социальные сети».

Всем рекомендую не лениться, а скачивать сие «отчёт» и читать его внимательно. Пусть вас не пугает объём (38 страниц): большая его часть занята фотографиями и printscreens, так что чтение, даже внимательное, содержательной части, занимает от силы час.

Ссылка для скачивания.

По итогам прочтения несколько минут я думал: как же к этому относиться? А потом, как-то само собой, выделились четыре ключевых момента, по которым уже, имхо, можно делать все выводы.

Итак.

1) Явное несоответствие приписываемых заслуг с масштабами деятельности

Если верить авторам «отчёта», то их именно СОДЕРЖАТЕЛЬНАЯ (ибо они охотно рассказывают о том, как информировали население, какими месседжами пользовались, что конкретно разъясняли) сбила накал страстей и потушила протестную волну.

Между тем, совершенно очевидно, что это – чушь. Кто прочёл «отчёт» мог заметить, что, например, все образцы «информационных» твитов там принадлежат одному лишь пользователю твиттера @morning_by. Я, если честно, так и его присутствия в сегменте особо не замечал, что и неудивительно: невозможно было в этом пространстве заметить «глас вопиющего в пустыне». Ботов-спамеров заметили все, а вот просветительской некоей работы, в таких масштабах, чтобы она могла повлиять на общественное мнение просто не было. Тут авторы «отчёта» явно искажают реальность. Один в поле не воин, даже если это поле – виртуальное.

Либо так: общереспубликанская группа этого закрытого клуба сетевых «бойцов» насчитывает едва 2800 человек, причём, замечу, большинство из них (подавляющее большинство, замечу) – либо неактивны, либо не проживают в Беларуси. В обсуждениях у них 72 темы. Вроде бы и не мало. Но, для сравнения: в группе «Революция через социальную сеть» почти 30 тысяч активных людей, и (а это уже – качественный критерий), в ходе событий обсуждалось почти полторы тысячи тем.

Очевидно: выиграть информационную войну, распространяя в 20 раз меньше информации, да ещё и распространяя её вне поле боя (если большинство участников группы не живут в Беларуси) – невозможно.

Коротко говоря: масштабы деятельности товарищей «контрреволюционеров» явно не тянут на то, чтобы повлиять на ход событий.

2) Абсолютная маргинальность и «оторванность» названных фигур от реальности

Ещё одним важным показателем можно считать абсолютную маргинальность тех, кто, по их словам, противостоял РЧСС, и их полную оторванность от местных реалий. Приведу лишь два примера.

В гомельской группе «Мы против оранжевой "революции" в Беларуси (Гомель)» сайт «Сильные новости» - odsgomel.org (самый популярный сайт Гомельского региона, откровенно поддерживающий демократическое движение) называется «сайтом местного представительства ОДС», что – откровенная чушь. Да, такой вывод можно сделать, исходя из аббревиатуры названия, но г-н Жан Чубуков, который живёт в Гомеле и ведёт группу, мог бы знать, что сайт этот не только не представляет интересов ОДС, но даже ОДС (когда ещё они, сайт и коалиция, были как бы вместе) принимал решение о том, чтобы ресурс закрыть. Эту историю знают в Гомеле многие даже те, кто пользуется сайтом нерегулярно, а политикой интересуется опосредованно, но не знает г-н Чубуков. Видимо, просто не интересуется происходящим. А информационные войны собрался выигрывать.

Второй пример: в «отчёте» упоминается пользователь твиттера @_jeweller, притом упоминается как «лидер оранжевых». При всём моём уважении к @_jeweller, человек он хороший, но вот называть его «лидером» как-то язык не поворачивается. Активный человек – да. По жизни, может, и лидер. Но вот в этих событиях – никак.

Казалось бы, мелочь. Но мелочь эта – свидетельство того, что авторы «отчёта» публикуют явную ложь.

3) Масса логических нестыковок и противоречий по тексту документы

И третий фактор, который бросился мне в глаза после прочтения – откровенная глупость авторов, невнимательность и неумение выстраивать логические цепочки при построении документа. Выразилось это в огромной массе неувязок b противоречий.

Например, путём «анализа» делается вывод о том, что, как бы ни развивались летом события, всё равно это ведёт к укреплению власти Лукашенко. При этом остаётся загадкой, зачем тогда было «контрреволюционерам» усердствовать, если и без них у власти всё складывалось удачно?

Или, пишется, что цель их активности была в том, чтобы удержать Беларусь в рамках влияния России, а чуть позже – что на «Белоруссии» им просто надо было тренироваться.

Может, надо было перечитывать черновики, перед публикацией?

ЧТО ИЗ ЭТОГО СЛЕДУЕТ?

Имхо, анализ опубликованного «отчёта» наталкивает на следующие выводы.

То, что авторы документа приписывают своим заслугам, они были просто не в состоянии совершить, и это очевидно прослеживается даже по сегодняшнему положению вещей и дел (хотя РЧСС и потерпела явное тактическое поражение).

«Отчёт» стряпался наскоро, а количество ошибок и противоречий говорит о низком пороге добросовестности и профессионализма автров.

Авторы явно не владеют даже ситуацией в байнете, допускают грубейшие ляпы и неточности, а их «клуб» в белорусском сегменте сети не пользуется никаким влиянием.

Что это значит?

Всё очень просто.

Любая диктатура склонна искать поддержку у верных и преданных ей сил, не особо обращая внимание на профессионализм и добропорядочность. Типичный пример – много лет Лукашенко в огромных масштабах за счёт народа поддерживает буквально ни за что (если не считать собачьей преданности) БРСМ. Только лишь за лояльность.

Мошенники всех рангов хорошо видят фобии диктаторов, и, когда положение тех начинает пошатываться, используют эти фобии на полную катушку для личного обогащения. Типичнейший пример мы видели совсем недавно: когда в Беларуси грянул кризис, Лукашенко явно был в панике, и тут же вылез из небытие некто Сергей Мавроди (помним ещё такого?), предложивший враз решить все проблемы. В его расчёте, кстати, был смысл: могло и «прокатить».

«Сетевых революций», к слову, Лукашенко боится, как чёрт ладана.

И ещё один штрих.

Буквально на днях, в результате встречи ОДКБ, было заявлено, что организации – члены этого объединения, будут создавать совместные силы для «отражения атак» в киберпространстве. А это уже, не много, не мало, может пахнуть и реальными деньгами.

Что до меня, лично я уверен, что мы в этом случае имеем дело с весьма своеобразной «заявкой на грант». Группа международных мошенников удачно встроилась в коньюктуру, изобразила некое подобие деятельности, и теперь пытается довести до Лукашенко (поражённого всеми диктаторскими фобиями) свой месседж: пока что пронесло, но пока что мы помогали добровольно, вот дальше будет тяжелее, так что – раскошеливайся!

Учитывая склонность диктаторов доверять любым проходимцам, обещающим им безопасность и спасение от потери власти, их расчёт не так и наивен.

PS Какое до всей этой мышиной возни дело нам? Ну, в принципе, особо никакого, кроме одного: мошенники всех мастей слетаются к диктаторам тогда, когда те, буквально, дышат наладан. Есть шанс поживиться на фобиях и остаться безнаказанными за нецелевую трату средств, поскольку «заказчик» (если таковым станет) – всё равно во власти не жилец.

С этой точки зрения появление этого «отчёта» для Беларуси – хороший симптом…

«Служба и опасна и трудна…». Недорого.

Я вчера общался с одним гомельским отставным сотрудником внутренних дел.

По совести говоря, в Беларуси не бывает бывших не только среди КГБ-стов, но и, в общем-то, среди других профессий тоже. Все сохраняют какие-то служебные связи, общаются с друзьями, и всегда в курсе дел той конторы, где раньше работали.

Этот человек (по понятным причинам, не могу называть его фамилию), поведал мне два интереснейших факта, связанных с работой гомельской (а, может, и не только?) милиции по подавлению «молчаливых» акций в совершенно недавнем прошлом.

Не верить ему у меня нет никаких причин, хотя бы потому, что у него нет никаких причин врать. И, если бы намеренно врал, с целью дезинформации, небось, придумал бы что-нибудь погорячее.

Итак, факт первый, КУРЬЁЗНЫЙ. Это так, что называется, для затравки.

Маразм работы милиции по подавлению мирных гуляющих граждан зашкалил в Гомеле в одной невообразимой ситуации. Когда «хапун» (не то 22-го, не то 29-го июня) в городе над Сожем проходил на проспекте Ленина, куда толпа перемещалась после центральной площади, ОМОН перекидывал задержанных специальным сотрудникам, которые уже и составляли протоколы.

Так вот, одному из таких сотрудников пришлось составить протокол на… женщину, которая была свидетельницей у него на свадьбе много лет назад!

Он, при этом, пытался сопротивляться, и даже переспросил у начальника, действительно ли эта женщина может быть нарушительницей. Начальственная мотивация убила наповал: «Ты видел её паспорт?! У неё же есть Шенген! Вот у меня нет Шенгена!»

Ну, скажу я вам, с такими подходами есть вероятность, что и никогда не будет.

Идём дальше.

Факт второй, ВОЗМУТИТЕЛЬНЫЙ.

Знаете, сколько стоит в Беларуси сотрудник милиции? Как выяснилось, недорого.

По словам источника, который является вполне осведомлённым, отношение к участию в подавлении подобных акций у гомельских милиционеров двоякое. Одни – наотрез отказываются.

А другие – сами просятся.

Премия для них за участие в карательной операции составляет 400 тысяч белорусских рублей. И есть ещё прибавки за каждого задержанного. Это что касается обычных ментов.

Что касается омоновцев, то тут информации точной нет. Известно лишь, что им разрешено (устно, естественно) применять любой вид, уровень и степень физической силы. Всё равно – прикроют. То есть, фактически, делать что угодно. Наверное, по логике властей, для этого вида сотрудников само по себе разрешение творить что заблагорассудится – приличная мотивация.

Вот примерно на этом держится силовая компонента фашистских карательных экспедиций против мирных граждан: вседозволенность и премия. В 400 тысяч белорусских рублей. Столько стоит честь и совесть. Курс, очевидно, средневзвешенный.

Недорого.

«РЧСС»: что в лоб, что по лбу – всё едино?

Аналитики и политологи, по итогам вчерашней акции «Революции через социальные сети», в один голос говорят примерно следующее: «Это начало конца». Пускай разными словами, но суть остаётся одной: перспектив у кампании нет.

Долгое время в своих публикациях и комментариях я придерживался прямо противоположной точки зрения, доказывая (насколько мог - аргументировано), что движение ещё себя покажет и имеет огромный потенциал.

Однако сегодня пессимизм затронул и меня. И я попробую показать, в чём же дело.

Ещё две недели назад я писал, что формат акций надо менять, иначе движение выродится, и о нём забудут все. А кто не забудет, будет вспоминать лишь с разочарованием.

Дело просто в том, что власть нашла тактику, которая позволяет ей достаточно эффективно сбивать волну роста числа протестующих. Если коротко, то суть заключается в следующем.

Рост волны протестов в геометрической прогрессии ведёт к формированию той самой «критической массы» недовольных, которая заставляет силовые структуры воздерживаться от применения физической силы (ибо появляется неуверенность в завтрашнем дне и терзает вопрос: «А что, если я сегодня буду с ними драться, а завтра они всё равно придут к власти?»), что приводит к победе народа над диктатурой.

Однако формирование такой критической массы – вопрос не одного дня и даже не двух. Если проанализировать, как это происходило в разные времена в разных странах, то можно выделить «три кита», на которых и строится этот процесс. А именно:

- знать: люди должны знать, ЗА кого они или ПРОТИВ кого они;

- видеть: люди должны увидеть, что их много и

- верить: люди, увидев, как их много (большинство) должны поверить в то, что победа близка.

Тогда они выходят на Площадь и стоят там до конца.

Перечисленные факторы – чисто психологические, но не организационные. Скорее всего, именно из них и складывается то самое избавление от страха и неверия в свои силы, которыми поражены все общества, долгое время находившиеся под гнётом авторитаризма либо диктатуры и сохранявшие в силу этого известную пассивность.

Когда началась «Революция через социальные сети», после первых акций процесс пошёл действительно по нарастающей, и очень было похоже на то, что все перечисленные этапы избавления белорусов от психологических страхов и комплексов перед властью будут удачно пройдены.

Однако власть тоже не спала в шапку и придумала-таки противодействие.

Надо сказать, что белорусы, в большинстве своём (не менее 2/3 по последним социологическим исследованиям) уже прошли первый этап «Знать» и чётко представляют, что мешает стране развиваться: власть Александра Лукашенко. Осталось действительно воочию убедиться, что таких – большинство, поверить в свои (большинства) силы и выйти на «последний и решающий».

Сутью тактики организаторов «РЧСС» стали постоянные собрания. Надо сказать, что собрания действительно могут великолепно демонстрировать численность недовольных, укрепляя, таким образом, через визуализацию, их веру в успех и стимулируя к более решительным действиям. И в этом – одна из миссий акций протеста, и потому диктатура так решительно борется всю свою историю с митингами, шествиями и т. д.

Однако надо помнить и ёще об одной важной миссии собраний. Если на первом этапе они должны выполнять функцию визуализации количества недовольных, то, в конечном итоге, именно собрание людей – массовый выход на улицы - должно свергнуть диктатуру.

В этом, очевидно, и состоял замысел организаторов: от акции к акции протестующих должно становиться всё больше, и, в конце концов, должны пройти одна бессрочная акция, которая сметёт режим Лукашенко. Когда накопится критическая масса.

Проблема «Революции через социальные сети» в том, что власть не стала сидеть сложа руки, а взялась активно противодействовать. Она не могла применить силу массово против мирных граждан, когда они собирались на площадях – площади перекрыли. Поток людей рассеяли и расконцентрировали. Против более мелких и локальных групп стали применять тактику чрезвычайно жёстких задержаний. К чему это привело?

Это привело к тому, что исчезла видимая масса протестующих. Люди перестали ВИДЕТЬ как их много, следовательно, существенно поколебалась ВЕРА, которая только-только начала зарождаться. На акции ходит всё меньше и меньше людей, да, наверное, новых участников в течение последних двух сред уже и не было. А ряды тех, кто ходил постоянно, изрядно потрепали «сутками».

Кроме того, важно ещё и учитывать такой фактор, как психологическая усталость. Ходить на акции раз в неделю интересно, когда есть динамика, когда есть «драйв». А когда ты приходишь, а площадь перекрыта, надо искать и думать, что делать и куда идти, а, в конце концов, тебя ещё и арестовывают – это очень скоро надоедает. Смысла не видно. Если же случается такое, как в неделю с 29 июня по 6 июля, когда за 7 дней надо идти три раза (как на некоторые рабочие места, прямо), а эффект от этого всё тот же – тут и говорить не о чем.

Так неужели же власть, переиграв оппонентов тактически (создав условия, когда невозможно УВИДЕТЬ количество недовольных и, соответственно, ПОВЕРИТЬ в конечный успех), переиграла их и стратегически, нивелировав такие важные козыри, как использование новых технологий, в которых спецслужбы априори проигрывают гражданскому обществу, а также – тотальную непопулярность Лукашенко и рост протестных настроений, ростки самоорганизации?

Неужели нет и не может быть путей выхода из этого тупика?

Думаю, что есть. Но тут важно понимать суть происходящего и уметь на неё реагировать.

Если говорить о формате акции «по нарастающей», то мы видим, что постепенные и стабильные собрания, до того момента, как сформируется «критическая масса» протестующих, в этом сценарии играют одну лишь роль: мобилизационную.

Они призваны показать белорусам, что их, недовольных, большинство, и, тем самым, заставить поверить в собственные силы и в определённый момент выйти на площадь, чтобы разойтись оттуда уже при новой власти.

Последнее, самое важное собрание, может состояться даже если не будет этих предварительных, по средам, но при условии, что «критическая масса» сформируется и сама цель «Показать недовольным, как их много и заставить поверить в свои силы» будет выполнена.

Обязательно ли это может быть сделано только через регулярные собрания?

Сегодняшняя ситуация апатии большинства людей, подрыва веры в результативность еженедельных собраний, и контрмер властей, легко просчитывалась ещё на начальных этапах. Сразу после 3-го июля я, например, писал, что такие кампании надо заканчивать на пике, чтобы не доводить до разочарования и медленного удушения активности, ибо это приведёт лишь к потере сторонников и актива. В связи с этим не только я, но и многие другие думающие люди говорили о том, что формат акции надо менять.

Потому что против регулярных собраний власть нашла противоядие, и теперь они работают не на формирование «критической массы», а, наоборот – против, вызывая всё большее разочарование.

Говорили-говорили про необходимость изменения формата, и договорились… «Организаторы» решились и… «сменили» формат. Вместо одной встречи теперь в Минске проходит много встреч. Вместо встречи на одном месте в, например, Гомеле, она назначена на другое место.

Разве это – качественное изменение формата? Разве непонятно, что, если власти научились противодействовать собранию в одном месте, то точно также сделают это и в отношении собрания в другом?

Качественно менять формат надо полностью! Если встречи больше не прокатывают, учитывайте свои стратегические козыри, такие, как рассеянность и тотальность протестов, современные средства коммуникации и готовность людей протестовать без политических лозунгов (что сковывает действия власти, либо, наоборот: если не сковывает, то подталкивает действовать брутально в том числе и против случайных людей, расширяя круг недовольных) и придумывайте что-то совсем новое, к чему режим не будет готов. Но не встречи, которые легко рассеиваются!

Это может быть любое действие, которое, повторюсь, будет содействовать достижению предварительных целей: визуализировать численность недовольных и, таким образом, заставить их поверить в свои силы.

Прямо сейчас, из головы, пример: в Украине 2004 года именно такие цели были достигнуты через повальное ношение людьми оранжевого цвета. Ленточки, шарфики, предметы одежды.

Люди видели, как их много, получали заряд позитивных эмоций, встречая «оранжевых» на улицах, и с каждым днём всё больше и больше верили в свои силы.

Пусть бы это не были ленточки – приравняют к символике. Пусть бы недовольные надевали, например, зелёные майки, рубашки, свитера, джинсы. Пусть бы ходили в таких цветах, или любых других. Но на каждой улице каждый недовольный видел бы своих единомышленников, верил бы, и «зрел». Так достигалась бы визуализация, которая пришла бы на смену регулярным собраниям.

И тогда по осени, когда многие справедливо ожидают роста протестных настроений, в Беларуси было бы уже другое общество: консолидированное вокруг идеи перемен, знающая свою численность и массовость, верящее в окончательную победу!

Что, власть запретила бы продавать зелёные майки? Абсурд чистейшей воды. Смогла бы арестовать всех в зелёных майках? Ну-ну… Небось, и кого-нибудь из госорганов бы прихватили.

Это могло бы быть любое другое действие, позволяющее любому гражданину, через систему условных знаков демонстрировать всем вокруг свою гражданскую позицию. Эта система знаков могла бы быть и должна была бы быть совершенно на первый взгляд невинной. Но такие действия полностью заменили бы регулярные собрания и поставили бы власть в полнейший тупик. Из которого она бы, если бы и выбралась, то с ещё большими потерями.

Но тут самое время вернуться к тому, с чего я начинал эту статью… Необходимость сменить формат «организаторы», судя по последним действиям, восприняли чересчур линейно и упрощённо: сменили места.

Я искренне надеюсь, что разум всё же возьмёт верх, и, на место механической реализации однажды придуманного сценария по принципу «что в лоб, что по лбу – всё едино», придёт понимание происходящего, в том числе и смысла каждого действия, и соответствующая гибкость.

И тогда будет смысл продолжать эту тему.

Но пока – как есть, так есть. И это вызывает разочарование.

«Молчаливая революция»: Движение – жизнь!

Прошедшие в минувшее воскресенье очередные акции «Революции через социальную сеть» оставили несколько двоякое впечатление. И уж точно – кучу вопросов и сомнений, в которых нужно было бы разобраться.

РЕВОЛЮЦИЯ ЗАХЛЕБНУЛАСЬ?

Одна из распространённых рефлексий на последние события, с которой мне приходилось сталкиваться, состоит в том, что «революция», вроде как, «захлебнулась». Если на первых акциях бросался в глаза хороший позитивный «драйв», количество участников неизменно прибавлялось, а власть явно чувствовала себя в положении статиста, не зная, что делать, то на последних сборах уже и численность не увеличивалась, и как-то акцентировано проявлять себя не удавалось, да и власть вела себя чересчур активно и агрессивно. В общем, добиться отставки Лукашенко, как заявляли организаторы, пока не получилось.

Эффективность любого мероприятия, любого действия стоит оценивать по тем целям, которые были поставлены: достигнуты они, или нет. Но белорусское общество столь долго было в состоянии летаргического застоя, что это объективный критерий явно не всегда применим.

Можно ли добиться отставки диктатора выступлениями лишь одной части общества, преимущественно – образованной, компьютеризированной молодёжи? Можно ли постоянно наращивать присутствие в условиях тотальной репрессивности и агрессии? Можно ли акцентировано проявлять себя, когда людская масса рассекается, не допускается на нормальные площадки и просто – не может собраться?

Это объективные условия, по которым в нынешнем виде «Революция» и не могла стать всенародным протестом, способным заставить Лукашенко уйти.

Однако на ситуацию можно и нужно смотреть с другой стороны.

Давно сказано и написано: молодёжь – барометр революций. Не сама революция, но барометр. Она остро улавливает все тонкости и всю специфику ситуации, и первая идёт «на баррикады». Молодёжь показывает пример, молодёжь будет массы, и молодёжь, своими первыми выступлениями, заставляет власти делать ошибки.

Разве не это мы сейчас наблюдаем в Беларуси? «Революцию» обсуждают все без исключения. Большинство тайно завидует смелости молодых, многие из тех, кто постарше, восхищаются и поддерживают. И уж точно это значит, что скоро дозреют и все остальные. Самое главное – в общество поступил важнейший сигнал, показан пример, и многие, очень многие уже готовы ему следовать. Важен лишь дальнейший импульс, хороший, позитивный и яркий. И он, не сомневаюсь, обязательно последует.

Можно говорить, что власть, сбив динамику количества протестующих, одержали победу. Однако не является ли эта победа «Пирровой»? В предыдущей статье на эту тему я писал, что все стратегические козыри в выбранном формате на руках у людей: у власти нет своего сценария, у власти нет физически людских ресурсов для синхронного подавления протестов во всех регионах страны.

Должен сказать, что все эти наблюдения оказались совершенно правильными. Власть действительно не смогла предложить своего сценария. Больше того, даже её традиционный праздник – День Республики, оказался недостаточно мощным и привлекательным, явно проиграв в сознании людей «Молчаливой революции». Власть сама лучше других понимает, в каком она положении оказалась, и поэтому логично предположила (совершенно верно), что, даже среди собравшихся на парад, большинство будут составлять недовольные. Поэтому Лукашенко произнёс речь под гробовое молчание слушателей – никто не хлопал. Диктатура поняла: если будут аплодисменты, большинство из них будут ироничные и насмешливые, поэтому лучше их вообще пресечь. Не это ли свидетельство того, что властям навязать свой сценарий так и не удалось? А, наоборот, пришлось даже на свой праздник, «наклоняться», в ущерб собственному имиджу?

Сотрудники КГБ как пытались ногами «переходить» Интернет, так и пытаются дальше, но много ли это приносит толку? Информация распространяется всё шире, всё больше людей сочувствующих протестам, и всё больше надобность перекрывать площади, чтобы не допустить национальной эскалации. Кампания, которую начали спецслужбы в Интернете, вызвала лишь насмешки людей, и пришлось прибегнуть к испытанному, но катастрофически старому методу: блокировки. Они, к слову, не помогли, так что тут власть тоже проиграла.

В предыдущей статье я отмечал, что у власти, по всей видимости, нет людских ресурсов (несмотря на то, что Беларусь – самое полицейское государство, где, по статистике, количество сотрудников правоохранительных органов превышает средний показатель по миру в 4 раза!) для подавления протестов одновременно во всех городах Беларуси. Я приводил пример Гомеля, где на одной из первых акций было лишь 8 спецназовцев и не было задержаний: такого количества просто физически мало, чтобы разбить толпу и выдёргивать людей. Предполагал, что остальные были брошены в Минск. В тот день по всей стране были задержания, кроме Гомеля. Исходя из этой логики, я прогнозировал, что в следующий раз в Минск будет отправлен спецназ из какого-то другого города, и в Гомеле задержания будут, но не будет где-то в другом месте.

3-го июля этот прогноз полностью оправдался. В Гомеле ОМОН был явно на месте и во всеоружии. По всей стране прокатились задержания. Кроме Бреста и Бобруйска. Там задержаний не было. В обоих городах есть части милицейского спецназа. Не говорит ли это о том, что брестские и бобруйские были на усилении в Минске? Точных данных нет, но можно полагать, что так и было. В итоге, некоторое послабление получили эти города. И, ещё раз в итоге: мы наблюдаем эффект «тришкиного кафтана». Власть стягивает силы в одно место – обнажается другое. И так может быть до бесконечности, но подавить все протесты у них пока нет возможности. Если волна будет нарастать – возможность и не появится.

Ну и самая катастрофическая ошибка для власти заключалась в применении силового варианта. Они, конечно, прекрасно понимали, что бросать против не идентифицирующихся протестующих строй спецназа со щитами, как это бывает на Площади, невозможно: просто будут отлуплены обычные граждане, которые сразу станут оппозиционерами. И власть придумала новую тактику: снарядила своих псов в штатское и отправила в толпу. Там, мол, смотрите, и хватайте активных.

Однако – не помогло. Наделали столько глупостей, что не только себе имидж испортили окончательно, но и, уверен, наплодили новых оппозиционеров не меньше, чем это делает Интернет. В Гомеле прогоняли с остановки бабку с клюкой, в Минске вязали прохожих с детьми на плечах, повязали брата участницы парада, который хлопал сестре, где-то ещё - дедушку с внуком, где-то ещё – внука без дедушки, и, в конце концов, вязали даже самих себя. Понять механику таких действий нетрудно: андроид в угаре, ему надо хватать, люди сопротивляются, женщины визжат, ситуация не контролируется (это же не «римским» строем людей дубинками молотить, надо ещё как-то ориентироваться), вот и хватали почём зря.

Итог таких действий понятен: в ситуации, когда невозможно отличать «своих» от «чужих», власть попыталась создать механизм эффективного реагирования, но это оказалось нереализуемым. Наступили на «мозоли» массе простых людей. Не сомневаюсь: все эти простые люди, в большинстве – ранее не знавшие толком Интернета, стали оппозиционерами. Они, их родственники, друзья и знакомые, и все, кто узнал о случившемся по слухам.

Власть попробовала выйти из ситуации цугцванга (позиция в шахматах, когда каждый последующий ход может лишь ухудшить ситуацию), но это у неё явно не получилось.

Так захлебнулась ли «Революция»? Если иметь ввиду отставку Лукашенко, то – да.

Если же смотреть на вещи объективно, то ни в коем случае! Она:

1) Разбудила людей;

2) Показала беспомощность и неэффективность репрессивных механизмов в современных условиях;

3) Активизировала провинцию (как верно заметил политолог В. Карбалевич);

4) Родила новых локальных лидеров (яркий пример: гомельчанин Руслан Устименко, которого случайно задержали на одной из первых акций, оштрафовали, после чего он стал известным и уважаемым среди молодёжи в регионе, не сбавил активности. Сейчас, правда, «на сутках», но ведь выйдет же!)

Разве этого мало??? Это – целый плацдарм! Это – барометр. Барометр настоящей революции…

РЕВОЛЮЦИЯ СЛУЧИЛАСЬ!

В результате всех этих акция, я бы даже сказал, что, в каком-то смысле, революция всё же состоялась.

Революция в умах людей. И ещё: революция в отношениях власти и народа.

Подавив аплодисменты силой, власть сама загнала себя в страшную ловушку.

Аплодисменты – символ благодарности, одобрения, радости и счастья! Но теперь Лукашенко выступает и не получает от публики ни первого, ни второго, ни третьего, ни четвёртого! Люди не радуются ему, не благодарят, не одобряют. Те, кто одобряет – их единицы, и голос их власть уже не берёт в расчёт. Для неё стало главным подавить радость и счастье людей, которые предчувствуют перемены!

И власть оказывается действительно вне социума: можно говорить сколь угодно речей, но тебе не будут аплодировать, или будут это делать иронично. Можно распинаться и обещать, но одобрять будет только проверенная публика. Делай что угодно, но – моральная изоляция!

Аплодисменты могли бы стать символом перемен в нашей стране! Да, именно аплодисменты, как выражение радости и счастья, благодарности и одобрения. Счастья от предвкушения Свободы и Перемен. Одобрения друг друга. Благодарности друг другу за поддержку, и за то, что все мы – есть, и что все мы хотим одного и того же!

Хорошо бы было, чтобы аплодисменты звучали теперь именно в таком качестве на каждой акции протеста, на каждом застолье или встрече единомышленников, на оппозиционном собрании или просто в очереди у обменника! Звучали как символ близких перемен, как позитивная альтернатива: счастье в противовес тупой агрессии!

И, став народным символом перемен, аплодисменты уже стали бы недопустимыми для демонстраций официоза: разве можно по БТ показывать аплодисменты, если именно так выражают свою гражданскую позицию недовольные???

И пусть Лукашенко выступает в безмолвных аудиториях, пусть Ярмоленко поёт «Слухай батьку» под гробовое молчание зала – пусть они и дальше борются с аплодисментами, и это станет лучшей иллюстрацией их места в новой реальности, в новой Беларуси! Той Беларуси, которая хочет перемен!

А новая реальность неминуемо вытеснит старую, просто как неактуальную, негодную, ненужную, устаревшую.

Разве всё это – не революция?

Разве это – не революция в наших головах?

Разве это не революция в общественных отношениях? Разве не меняются таким образом власть и недовольные местами? Разве можно после этого надеяться, что прошедшие события канут в Лету?..

ДВИЖЕНИЕ ЖИЗНЬ

Правда, можно :( Можно быть уверенными, что, при определённых условиях все последние события не оставят значимого следа в жизни белорусов.

Давайте зафиксируем стратегические достижения «Революции»:

- формат и механизмы реализации не позволяют власти применять свои сценарии и манипулировать кампанией, поворачивая её в свою пользу;

- у власти нет возможности манипулировать общественным мнением – не владеет инструментами, скатывается до примитивных блокировок, которые неэффективны;

- власть не имеет возможности для силового подавления протестов, а те методы, которые она использует, приводят к росту протестов среди сторонних людей, ранее к движению не относящихся.

Всё это, безусловно, огромные плюсы.

Но необходимо отметить, что с тактической точки зрения, власть нашла сиюминутное спасение.

Применяемая методика закрытия площадей, блокировки подходов к ней привела к «размыванию» протестной массы, невозможности собраться и проявить себя акцентировано.

Я думаю, что это – один из факторов (а их, конечно же, несколько), почему динамика прироста протестующих фактически сошла на нет. Теперь ведь просто непонятно: куда ходить? Что там делать? Куда идти?

Власть, не имея возможности противостоять стратегически (сценарий, инструменты, реагирование), тем не менее, нашла тактический ключик к тому, чтобы постепенно вывести «молчаливые протесты» из «моды». Что называется, сбить людей с панталыку, вызвать растерянность, разочарование.

Я уверен: если в формате ничего не изменится (с сохранением основных стратегических преимуществ, естественно), то «Революцию» ждёт вырождение: люди просто перестанут туда ходить. Такие акции надо заканчивать на «пике», когда люди на подъёме, воодушевлены и хотят дальнейшей /успешной/ деятельности. Если не предложить качественно новых шагов, то старый формат после «пика» начинает приедаться и вырождаться, да и просто – надоедать.

Одновременно к нему полностью приспосабливается власть, потихонечку принимая контрмеры, используя «тактику мелкого фола», и, в конце концов, волна сходит «на нет».

Что-то подобное было в 2006 году, когда после выборов прокатилась волна флэш-мобов, поначалу воспринятая молодёжью с большим энтузиазмом. Однако определённое время она не эволюционировала качественно. Власть же приспосабливалась и потихонечку, как умлеа, реагировала. В итоге волна «сдулась».

Можно ожидать, что такое может случиться и с «Революцией», а можно даже говорить, что тенденция уже налицо (основной формат уже практически не притягивает новых людей), если не будет качественных новых предложений.

В этом случае – да… В конце концов может случиться «пшик».

Но, опять же, позитивная уникальность «Революции» в том, что она практически не подвержена манипуляциям со стороны спецслужб. Поэтому её судьба – в её руках. В руках организаторов, и в руках всех тех местных лидеров, которые проявились.

Самое главное, всегда помнить: ДВИЖЕНИЕ – ЖИЗНЬ!

Будь как все!

Построить общество, в котором все – «как все» - сверхзадача для любой диктатуры.

Как вы думаете, зачем Лукашенко, даже очевидно побеждая на выборах 2001 или 2006 годов, «рисовал» себе «элегантные» и «неевропейские» проценты?

Да, мотивов много, но один из них – морально подавить оппонентов, чтобы каждый чувствовал себя в ужаснейшем меньшинстве и не мог ничего делать. Ощущал себя «белой вороной» - не таким, «как все».

А какой смысл загонять насильно всех в БРСМ или «Белую Русь»? Наверное, понятно. Чтобы подчинить себе индивидуальность каждого, навязать «волю большинства» и, опять же, парализовать любые индивидуальные стремления.

Какой смысл в постоянных, бесконечных, тупых и бессмысленных демонстрациях по телевидению всем довольных граждан? Какой смысл в парадах, массовых шествиях и утомляющих глаза щитах «За сильную и какую-то-там-нибудь Беларусь»?

Примеров множество, но суть – одна. Послушным и одинаковым стадом легче управлять. Подавляется воля, уничтожается индивидуальность, и создаётся послушная серая (часто даже в буквальном, по цвету одежды, например) масса. Которая куда скажут – туда и пойдёт.

Мы, свободные люди, как можем сопротивляемся этому. Кто-то внутренне, а кто-то открыто посылает БРСМ нах… Кто-то – на кухне в разговорах, а кто-то, кто посмелее и порешительнее, так и на митингах, и на сутках.

Мы боремся за свою индивидуальность, за свои лица, за свои судьбы, которые у каждого – свои. И, благодаря этой борьбе, мы остаёмся людьми.

Но… Парадокс! Бывают моменты, когда не «быть как все» нельзя! Это будет предательство, слабость и трусость. Если идет война, то заявить «Я не поддамся стадному инстинкту и в бой не пойду, а обсужу это на кухне – в этом моя индивидуальность», значит, предать и отступить.

Если все твои знакомые, друзья, братья, сёстры, родители стоят на площади Тахрир, Таньмэнь, Майдан или Октябрьская, а ты проявляешь свою индивидуальность в кабаке с кружкой пива, ты – слаб, и вряд ли заслуживаешь хорошего будущего.

В этой ситуации всё наоборот. В этой ситуации единственный путь сохранить себя, сохранить своё лицо – быть как все.

Режим Лукашенко слишком долго хотел сделать нас «как все». На это были брошены такие ресурсы, которых бы трижды хватило, чтобы избежать любого экономического кризиса.

Но сегодня почти все (как минимум, 2/3, как говорит независимая социология) устали от Лукашенко и его своры. «Достал!», «Надоел!», «Невозможно больше терпеть!» - вот, что говорят все. Говорят… Или думают.

Приходит момент, когда, для того, чтобы стать свободным и счастливым, надо будет просто на короткое время стать «как все».

Это значит – не остаться в стороне!

Это значит, проявлять Солидарность!

Это значит – идти в одну сторону.

В ту самую сторону, в которую Лукашенко обещал нас не вести: в сторону цивилизованного мира.

У нас впереди, думаю, несколько моментов, когда оставаться в стороне будет нельзя.

3-го июля – один из таких дней.

Просто: будь как все!

Может, пора перестать?..

Баламутить людей.

Был немало удивлён «деятельностью» некоторой части гомельской оппозиции.

В частности, очень меня смутило и даже возмутило сообщение, которое передало «Радио Рация» о том, что гомельская оппозиционная коалиция «Наша Альтернатива» готовит 3-го июля митинг. Митинг протеста против понижения уровня жизни населения.

Оно всё бы ничего… В принципе, каждый может проводить какие хочет митинги, где хочет и когда хочет. Если бы не пара обстоятельств, которые бросаются в глаза.

Первое: некий Сергей Дворецкий (вот сколько я в оппозиционном движении, а ведь даже и не знаю, что это за человек!), называющий себя координатором этой коалиции, почему-то напрямую связывает акции «Молчаливой революции» со своей, имхо, весьма сомнительной инициативой.

Вот что он говорит радиостанции: «Улёткі былі раскіданыя ў паштовыя скрыні і паклееныя па горадзе. На 3 ліпеня у Гомелі запланаваны мітынг у абарону сацыяльнай стабільнасці і сацыяльных гарантый грамадзян. Улёткі заклікаюць прыходзіць і вырашаць свой лёс самім, каб не нехта за нас нешта вырашаў, а мы вырашалі самі. У пазамінулую сераду былі затрыманні і ў мінулую сераду выйшла болей народу. Там я лічу, што затрыманні калі і паўплываюць дык толькі у лепшы бок.»

Выходит, что все выступления граждан на протяжении нескольких последних сред организовала «Наша Альтернатива» во главе с Сергеем Дворецким? Ладно, люди сами ответят для себя на вопрос: так ли это.

Но самое потрясающее в том, что они, эти деятели, распространяют по городу листовки, в которых призывают людей 3 июля приходить не на центральную площадь города, а на… площадку перед Дворцом Культуры Глухонемых, что в захолустье микрорайона «Старый Аэродром»! Это такой аналог минской площади Бангалор, если кто не в курсе.

У меня сами собой возникают несколько вопросов.

Зачем своими действиями ломать устоявшийся формат? Какой смысл в том, чтобы часть людей увести от центральной площади в захолустье? Растянуть протестующих, чтобы обе группы выглядели как кучки маргиналов? Облегчить задачу спецслужбам? Зачем??? По глупости, или это – задание? Или просто попытка сделать что-то «своё», чтобы «попиариться», даже в ущерб общему делу?

Второй вопрос ещё больше меня волнует.

Акция «Нашей альтернативы» назначена на 16.00, в то время как «Молчаливая революция» традиционно проходит в 19.00. Казалось бы: прекрасно, можно успеть и туда, и туда. Но не всё так просто.

Подвох в том, что организаторы «митинга» возле ДК Глухих подавали в горисполком именно заявку на проведение именно митинга. И получили отказ. Это значит, что, если «Революция» проходит как прогулка, и у милиции нету оснований арестовывать участников (поэтому пакуют не всех и вынуждены придумывать обвинения в хулиганстве), то участников «митинга» будут налегке «принимать» уже имея основания: как участников несанкционированного массового мероприятия (митинга!).

Если учесть, что из слов Сергея Дворецкого вытекает, что ориентируются они в основном на как раз участников «Молчаливой революции», то картина получается не очень приятная. Если их призывы будут услышаны, то собираться в 19 часов может быть уже просто некому.

Всё это похоже на космического масштаба глупость, либо космической же подлости провокацию. Я надеюсь, что это – глупость. Поэтому очень хочу, чтобы их призыв НЕ БЫЛ УСЛЫШАН И ПОДДЕРЖАН! Чтобы все те, у кого есть голова на плечах, если увидят такого рода листовку, просто её проигнорировали!

PS Коллег по оппозиционному цеху прошу не осуждать меня за резкость, а впредь думать, что делают!

Гомельские силовики сходят с ума???

Только что стало известно, что в Гомеле задержан экс-кандидат в депутаты горсовета, независимый молодой политик Пётр Филон.

Сейчас он находится в Советском РОВД областного центра. Ему инкриминируют организацию несанкционированного массового мероприятия.

Судя по всему, речь идёт о записи Петра в социальной сети «ВКонтакте».

В конце прошлой недели Пётр Олегович разместил в своём аккаунте объявление следующего содержания: «Товарищи офицеры КГБ! Я всё равно увольняюсь, так что не портите жизнь ни мне, ни людям». После этой записи, в виде комментария (и без особой связи с основным постом, надо признать), он предложил своим друзьям встретиться в понедельник в 19.00 возле памятника воинам-интернационалистам у себя «на районе».

И вот, как он рассказал по телефону, сегодня утром его буквально из дому вытянули милиционеры. Сначала участковый, под предлогом, что в квартире громко играет музыка, потребовал открыть дверь, а когда ничего не подозревающий экс-кандидат выполнил требования, его задержала опер-группа во главе с неким полковником.

История, вообще, невероятно глупая, где-то смешная, а где-то возмутительная.

Я так понимаю, столь острая реакция властей на действия П. Филона вызвана тем, что он непосредственно и неуважительно обратился напрямую к сотрудникам КГБ, которые его в последнее время преследовали и, судя по всему, вынудили уволиться с работы (а работал он в Белорусском государственном университете транспорта). И это уже хороший показатель, в какой панике (на грани нервного срыва) находятся силовики.

Но, что действительно и возмутительно и смешно (мне это горько-смешно, в свете большого опыта подобных столкновений с правохранителями), так это повод к задержанию – мести.

«Призыв» к «несанкционированному массовому мероприятию» звучал буквально так: «А давайте сегодня соберёмся». Учитывая, что «ВКонтакте», в своём аккаунте, Пётр обращался только к своим друзьям, никаких лозунгов и сценариев и близко не было, а место сбора было – «на районе», всё это похоже на банальное приглашение желающих «попить пивка». И вот, в понимании гомельских силовиков, это уже называется «несанкционированное массовое мероприятие», и зачинщика обезвреживать посылают группу во главе с полковником?!

«Революция через социальную сеть»: власть – статист?

Кампания (назову это именно так, потому что формат «акции» уже явно остался в прошлом: теперь это именно кампания, как серия взаимосвязанных мероприятий) «Революция через социальные сети» в самом разгаре. Ещё много встреч, подобных вчерашней, предстоят.

Однако уже сейчас видны некоторые тенденции, о которых хотелось бы сказать. И говорить о них необходимо, потому что кампания создаёт в Беларуси качественно новую ситуацию, которой не было все 17 лет правления Лукашенко: политическая инициатива, наконец-то, реально перешла к оппонентам режима. Собственно говоря, к главному его оппоненту: к народу.

Поразительно, но факт: хотели того организаторы или нет, но формат их «Революции» включает в себя практически все те важнейшие стратегические компоненты, которых чрезвычайно не хватало традиционной оппозиции при организации своих мероприятий и акций.

Что это за компоненты, как они влияют на процесс и какие имеют перспективы? Попробую пояснить.

У ВЛАСТИ НЕТ И НЕ МОЖЕТ БЫТЬ СВОЕГО СЦЕНАРИЯ

Сегодня нет никаких оснований сомневаться, что все последние политические кампании, проходящие по календарю, власть режиссировала по собственному сценарию. Собственно говоря, самый яркий пример: площадь – 2010. Даже говоря о «развязке» в памяти всплывает слишком много моментов, позволяющих утверждать, что оппозиционные силы на ней были лишь статистами. Если же анализировать весь предвыборный период (а предстоящая избирательная кампания, как известно, начинается на следующий день после завершения предыдущей), то есть, примерно с 2007 года, то налицо все признаки манипуляций: и дискредитация наиболее неугодных фигур, содействие «правильной» расстановке сил, вывод силами спецслужб и денег на ведущие роли своих людей, и, в итоге, реализация вожделенного сценария.

Однако в случае с «Молчаливой революцией» власть поставлена в совершенно иные условия. Здесь нет её сценария, и, в принципе, не может быть. Протест возник, по сути, спонтанно, не «по календарю”, к нему не было возможности подготовиться. Выраженных лидеров нет, есть организаторы. На их команду практически невозможно влиять (как представляется сегодня) по ряду объективных причин. А протестующие – сам народ. Весь народ агентами влияния не нашпигуешь. Да и линии чёткой, которую могли бы проводить сегодня эти агенты, просто нет. Опять же, не было календарной даты, к которой был бы разработан манипулятивный сценарий.

Сам по себе формат «Революции» таков, что не позволяет реагировать на него одним из традиционных, разработанных на все случаи жизни и шаблонных алгоритмов поведения. Например, брутальный разгон с избиениями. Можно ли бросить спецназ избивать всех подряд в центре города? Теоретически можно, конечно, но это будет означать начало войны против собственного народа, а не «оппозиционно настроенных граждан»: кто его знает, сколько «своих» будет задето, и что завтра эти бывшие «свои» выкинут в ответ?

Поэтому власть оказывается сегодня в положении статиста. Из всех политических кампаний и ситуаций она привыкла извлекать свою выгоду. Но в данном случае не только выгоду извлечь невозможно, непонятно даже просто: как это остановить, пресечь, запретить, в конце концов?

«АТАКА ВЕЕРОМ»

Как представитель регионов (живу в Гомеле и работаю, в основном, на Гомельскую область), я неоднократно писал и говорил в различных аудиториях о том, что провести успешную национальную кампанию невозможно, сосредотачивая всю активность в Минске. Минск, конечно, столица и всё такое, однако он – столица целой страны. Страны, что немаловажно, достаточно компактной.

После 19 декабря 2010 года политолог Суздальцев писал, что в таких условиях сверхзадача для диктатуры состоит в том, чтобы собрать всех недовольных в одном месте, зафиксировать, и, впоследствии, чётко представлять себе все очаги недовольства и активности в обществе. Чтобы пресекать, вести превентивную работу, давить на корню.

Не поэтому ли, кстати, появились догадки о том, что власть всеми силами (косвенно, конечно, не могла же она делать это напрямую) способствовала «раскрутке» идеи Площади? Невозможно утверждать, но предостаточно оснований ПРЕДПОЛАГАТЬ, что так и было. Достаточно лишь вспомнить о том, как Лукашенко имитировал свой страх перед площадью, буквально скандируя: «Плошча! Плошча!». Уж очень это было похоже на простенькую хитрость в стиле Братца Кролика: «Делай со мной, что хочешь, только не бросай меня в терновый куст!».

А картинка, взбудоражившая весь байнет днём 19-го декабря? Власть неожиданно привезла на Октябрьскую площадь биотуалеты и даже их начала устанавливать. После того, как в 2006-м коммунальщики заваривали канализационные люки, чтобы протестующие не могли оправиться и бегали во дворы (где их поджидал ОМОН), это выглядело и вовсе приманкой: «Силового сценария не будет».

Хочется сказать ещё об одном моменте. Власть очень долго готовилась к Площади, и, безусловно, она прошла по её сценарию: народ пошёл туда, куда позвали провокаторы. Провокаторы там же били стёкла, и там же, на площади Независимости, которая является, по сути, каменным мешком, были сосредоточены основные силы спецназа для разгона. Сидели по автозакам и автобусам сутки: без еды и туалета (в презерватив): точь-в-точь, как собак злят перед охотой. Значит, охоту эту кто-то так и планировал, значит, именно так и было задумано.

Спецназ, стянутый на «охоту», на разгон со всей страны. И одна Площадь на всю страну. Не похоже ли это на специально продуманную операцию «прививка против протестов»: собрать всех в одном месте (недовольных и силовиков), и «дать по башке» недовольным. «Выбить дурь». Чтоб больше не совались. Чтобы надолго запомнили. А заодно и переписать…

Так это задумывалось или не так, историки, после открытия архивов, разберутся. Однако налицо один важный факт: для того, чтобы максимально эффективно подавить протесты, надо столкнуть лбами всех протестующих со всеми (подготовленными, экипированными) имеющимися в распоряжении силовиками. Специально или нет, но так и случилось на Площади-2010.

К чему я это всё? А вот к чему.

«Революция через социальную сеть» имеет ещё и то неоспоримое преимущество, что она не позволяет власти концентрировать все свои силовые ресурсы на одном направлении. Если происходит традиционная акция оппозиции в Минске, туда свозят спецназ со всей республики. Если протесты будут проходить во всех городах, то Минск вынужден будет довольствоваться своим ОМОНом, Брест – своим, Гродно – своим, а, например, Вилейка – и вовсе своими ППС да участковыми.

И пускай сегодня ещё этих сил на местах хватает. Но если через месяц людей будет выходить уже в несколько раз больше, то для растянутой по всей стране милиции станет просто невозможно проводить массовые задержания: сил на местах, чтобы рассекать толпу, изолировать отдельные очаги и проводить задержания, не будет хватать.

Очень, кстати, интересный момент. Вот вчера по всей стране проходили задержания, а в Гомеле – нет. Будучи на акции, я насчитал всего 8 спецназовцев, расхаживающих взад-вперёд. Те, кто пришёл раньше, говорили: сначала они цеплялись к людям, пока их было мало, но когда собралась толпа, перестали. Это стало невозможным и бессмысленным.

Очень показательный пример в этом контексте – уже почти традиционное задержание на пути к площади меня. Неделю назад меня «тормознули» на проспекте Ленина и доставили в уголовный розыск. Но тогда я шёл пешком: задержание проводила милиция, ту всё было проще. Вчера было намного веселее: ехали на машине. ГАИ машину остановило и тут же по рации кому-то доложили: «Машина №…. задержана», после чего приступили к проверке документов.

«Прикол» ситуации заключался в том, что останавливала нас именно ГАИ, а я был в машине – пассажир. Гаишников, по долгу службы, уж так повелось (тем более, я так понял, о сути операции их не оповестили), интересует именно водитель. Пока они проверяли у него документы, я вышел из машины и спокойно дошёл до площади. Они на меня даже внимания не обращали. А потом, как рассказал мне водитель, прибежали уже менты: «Где пассажир?». Нет пассажира…

Это, по-моему, очень красноречивый пример: чтобы удержать ситуацию уже даже сейчас не хватает тех людей, которые эту ситуацию (с их стороны) знают и понимают. Приходится прибегать к помощи ГАИ, например, которое может допускать такие «ляпы». А к каждому посту ГАИ по «знающему» человеку приставить – уже «знающих» не хватает…

Не означает ли это, что основная масса гомельских «профильных» силовиков (включая ОМОН) вчера была в Минске, на, так сказать, «усилении»? Вполне может быть. Если так, то в следующую среду мы, скорее всего, увидим задержания в Гомеле, но не увидим в каком-нибудь другом областном центре, например, в Бресте или Могилёве: тамошние спецназовцы будут в Минске.

Власть вынуждена будет, что называется, «оголять» тылы. Это похоже на Тришкин кафтан: тут зашили – там прохудилось. И, когда людей на акциях станет критически много, ситуация просто выйдет из-под контроля и силовики окажутся не силах (такой вот парадокс), на неё влиять.

«Когда людей на акциях станет критически много». Хочу сказать, что именно благодаря такой стратегии (максимальное расширение географии, как разворачивание линии фронта с целью растянуть ограниченные силы противника) их и может стать «критически много».

Если объявлять национальную акцию в столице, то количество приезжих на ней вряд ли когда-нибудь превысит 10%, по крайней мере, в первый день. Потому что власти могут закрыть Минск, ограничить железнодорожные перевозки. У людей есть свои дела, может быть недостаточно финансов – да куча причин. И, в конечном итоге, удачное начало (первый день) революции целиком зависит от минчан: сколько их соберётся. Но звать туда регионалов, это значит «отсекать» их протестный потенциал. Максимум, использовать 10%.

Если же каждый сможет протестовать в своём городе, то число протестующих, соответственно, вырастает в разы, начинается цепная реакция, и у власти не хватает силовых ресурсов для удержания ситуации под своим контролем.

Поэтому, если коротко, то вывод таков: максимальная география протестов – хотя и банальный, но впервые применённый в борьбе с Лукашенко стратегический ход, является чрезвычайно важным, эффективным и перспективным.

«С ВИЛАМИ НА ТАНК»

Наряду со стратегической слабостью власти в сегодняшней ситуации (отсутствие своего сценария), мы можем сейчас наблюдать ещё одну важную тенденцию: перед новыми инструментами общественных отношений, такими, как социальные сети, власти оказываются совершенно безоружными.

Традиционная стратегия любой диктатуры состоит в том, чтобы «разделять и властвовать». Каждый человек, если он один, и не общается с единомышленниками, не знает, как их много, слаб. Это азбука. И, когда все социальные связи ограничивались общественными организациями, СМИ и политическими партиями, властям было очень легко регулировать этот процесс.

А вот за глобализацией таких отношений и за последовавшей социализацией граждан через новые технологии власти уже совершенно не успели. И сегодня их попытки противостоять народному сопротивлению напоминают попытки вилами остановить танк: адекватных инструментов в руках у них нет.

Опять же, из личного опыта, приведу простейший пример. Две акции подряд (прошлую и вчерашнюю) местные силовые службы предпринимают попытки не допустить меня, как местного оппозиционного активиста, на площадь. В прошлую среду задержали, в этот раз сорвалось – ГАИ «недоработало». Но важно не это. Важен сам факт: как власти пытаются пресечь общественную активность.

Выглядит, предполагаю, это примерно следующим образом. Собрались в кабинетах чины: что делать? Уставились в список местных оппозиционеров: так, кто у нас тут из «отмоорозков» в социальных сетях активничает? Ах, вот этот: его задержать, и, глядишь, утрясётся!

Ан нет, не утрясётся. Даже если они и понимают, что суть народных протестов не в том, что есть «дурно влияющая оппозиция», а в том, что, во-первых, достало, и, во-вторых, появились инструменты, которые позволяют обходиться без вожаков (по крайней мере, в такой ситуации), они ничего не могут сделать: влиять на умы людей через новые возможности они просто не умеют.

Или другой пример их «активности»: кого засняли на видео на акции, опознали, к тому приходят, начинают пугать, мол, не ходи! Да ладно, ну запугают сегодня того, кто был вчера на площади, но ведь в следующий раз придёт на его место с десяток новых! КГБ хочет ногами своих сотрудников обогнать общение людей через всемирную сеть? Интересно, надолго ли хватит их энтузиазма?..

***

Подытоживая всё вышесказанное, могу сказать следующее. После нескольких подряд проведённых акция в формате кампании «Революция через социальные сети» стали очевидными некоторые, чрезвычайно важные стратегические моменты.

Во-первых, власть к такому повороту событий не готова, не способна предложить (навязать?) свой сценарий, и поэтому находится в прострации, до сих пор не определившись со своей линией поведения. Это даёт обществу время на «раскачку» и приводит в народное движение всё больше людей.

Во-вторых, власть явно не обладает достаточными физическими ресурсами для подавления движения в масштабах всей страны, и это тоже – стратегический козырь недовольного народа.

И, в-третьих, используя современные средства коммуникации и социализации, организаторы акции поставили власть и спецслужбы в положение заранее проигрывающих: невозможно ногами сотрудников КГБ опередить молниеносное информационное воздействие Интернета.

Я далёк от эйфории и чрезвычайного оптимизма. И написанное вовсе не означает, что «Очень скоро всё станет ОК, власть рухнет сама». Потому что, и это надо понимать, у власти есть и свои козыри в рукавах.

И самый главный козырь в том, что, при определённых условиях, время будет работать на них. Если у зародившегося движения Сопротивления в какой-то момент затормозится динамика, не появится новых качественных предложений (а что делать после 3-го июля, если что-то не получится? – как пример), то могут появиться разочаровавшиеся, потом участие начнёт выходить из «моды» (а чего ходить, если толку опять нет?) и всё сойдёт на нет.

Но это – лишь возможные сценарии.

Сегодня инициатива на стороне людей. Власть имеет несколько серьёзных «пробоин» в своей линии обороны. А «Революция» - немало стратегических преимуществ.

И, как в любой борьбе, стоит видеть эти слабости и преимущества, и учитывать их, планируя дальнейшую деятельность.

«Порванная верёвка»

В народе есть поговорка: «порванную верёвку как ни вяжи, а всё равно узел будет».

15 миллиардов долларов, которые режим Лукашенко намеревается выручить от продажи национального достояния, без сомнения, кажутся ему спасительным кругом в борьбе за власть.

Хотя, казалось бы: сегодня никто персонально с узурпатором не борется. О какой борьбе может идти речь?

Но Лукашенко борется не персонально. Как нищий за выживание, он борется за власть с самой жизнью. Историей. Народом.

Потому что надоел. Потому что довёл «до ручки». Потому что невозможно больше терпеть его и его семейство.

Но он этого не понимает. За всю свою президентскую карьеру Лукашенко использовал лишь две, относительно позитивные (о репрессиях и страхе я не говорю, это отдельная тема) стратегии взаимоотношений с людьми: обещать и давать.

Не работать, не зарабатывать, не общаться, не слушать, не понимать, не видеть – лишь обещать и давать.

Когда на заре его президентства давать было особо нечего, работала его политическая харизма: он щедро обещал, и люди ему верили.

Истощение этой спасительной харизмы в начале «нулевых» годов совпало с началом нефтяного оффшора – беспрецедентного в истории дотационного режима со стороны России. Практически ему дали столько ресурсов, чтобы он мог спокойно покупать лояльность граждан, ни о чём особо не заботясь. Он не принял никаких ответственных экономических решений, не провёл ни одной значимой реформы, не привлёк сколько-нибудь заметных инвестиций, не построил эффективных предприятий, но в стране появились деньги. Дала Россия.

И, если бы был он настоящий ПРЕЗИДЕНТ, а не банальный ДИКТАТОР-ПОПУЛИСТ, то думал бы о стране, народе и исторической перспективе. И эти деньги были бы потрачены на структурные реформы национальной экономики, так, чтобы детям и внукам осталась действительно успешная страна и хозяйство.

Но этого сделано не было. А был колоссальный популизм: «дожинки», ледовые дворцы, и необоснованные повышения зарплат на неэффективных производствах и колхозах. Популизм, целью которого было завоевать дешёвую популярность. Популярность тем более дешёвая, что он этих денег не зарабатывал, их никто не зарабатывал, их выкачивали из русской земли в виде нефти.

Вот в этом и была стратегия «давать». Как добрый барин, который печётся о холопах. Лукашенко не создавал условий для малого бизнеса, для нормальных трудовых отношений. Он не делал ничего для того, чтобы люди могли сами зарабатывать побольше. Ведь в этом случае они были бы независимы. Он хотел именно ДАВАТЬ, чтобы выглядеть барином. А другие, в при таком раскладе, обязательно чувствовали бы себя холопами.

Но… кончилось, что «давать». Покупать покорность больше не за что. И по стране покатилась волна протестов.

Закон формирования волны всегда один: от едва заметной ряби на поверхности, до 9-го вала. И он хорошо понимает, что именно начинается в стране и чем конкретно это ему грозит.

Но ничего, кроме как «обещать» и «давать» он не умеет. Ну, не научила жизнь… Может, не хотел учиться.

Он попробовал было обещать. И что девальвации никакой не будет, и что через неделю-другую забудем обо всех проблемах, и что «живите как жили».

Да только не выходит ничего. Во-первых, жить как жили чего-то не получается. И, во-вторых, харизма уже не та: не верит народ. Народ теперь верит только, если ему что-то дают.

Приходится бросаться во все тяжкие. Продаётся самое лучшее, самое большое и прибыльное предприятие страны: «Беларуськалий». Одно из ведущих в мире в своей отрасли. Продаётся за большие деньги: $15 млрд.

Цель – понятна: «дать». Снова купить лояльность людей. Получить деньги на руки, чтобы сделать «как было».

Страшно даже подумать, какую цену платит наш народ за такую «забаву»: пребывание у власти семейки Лукашенко. Ради того, чтобы ещё годик они спокойно доили страну, мы лишаемся национального достояния, которое могло бы, в хороших руках, быть залогом хотя бы минимально стабильной жизни наших детей и внуков. Вот захотелось ему продать – он продаёт. А кому, как, за сколько и куда вырученные деньги пойдут, это уже, вроде как, и не наше дело.


«Стоп-бензин», Брузги, «Революция через социальные сети»: верёвка-то, явно порвалась.

На что он рассчитывает? Собирается продать «Беларуськалий», потому что «На эти деньги можно три таких предприятия построить и ещё людям останется» (как он сам сказал по этому поводу)?

Рассчитывает, что «Беларуськалии» можно, как огурцы или редиску, выращивать и продавать?..

Ну-ну…

Лукашенко хочет снова «дать», ок. Но в народе есть чудесная поговорка: «порванную верёвку как не вяжи – всё узел будет».

Общий уровень

Про моё вчерашнее задержание по пути на Площадь Ленина, где проходила акция «Революция через социальную сеть», можно было бы и не писать: практически все подробности были в СМИ.

Но очень хочется остановиться на одном моменте.

Задерживал меня сотрудник Центрального РОВД Гомеля Шукель Владислав Викторович.

С Владиславом Викторовичем мы знакомы уже больше двух лет. В мае 2009 года он составлял на меня протокол за пикет в память о пропавших политиках.

Ещё тогда он произвёл на меня неизгладимое впечатление своими интеллектуальными способностями. Я даже посвятил ему статью, которая называлась «Гастонии современности», которую опубликовал ресурс odsgomel.org. Статью процитирую чуть ниже, сейчас же лишь скажу: за прошедшие два года бывший капитан, а теперь – майор, Шукель В. В. не поумнел совершенно.

В милиции вчера мною, как известно, занимался уголовный розыск, поэтому всё моё общение с г-ном Шукелем ограничилось лишь задержанием. Но какое это было общение!!!

- Гражданин, ваши документы! – он мне, на улице.

- Оооо, мы же с вами знакомы :))), - я ему.

- Да, конечно, но мне нужны ваши документы, - уже примерно понятно, с кем я имею дело.

- С собой не взял, но можем пройти буквально 100 метров, и я вам их покажу.

- Нет, не пойду. А вдруг вы меня куда-нибудь заведёте и там…. – тут В. в. Шукель многозначительно примолк.

Я немного выпал в осадок:

- Неужели во вверенном вам районе, в самом центре, возле ж/д вокзала, могут находиться такие злачные места, что вы их боитесь? Вы, сотрудник милиции?!, - моему удивлению не было предела.

Майор промолчал, а потом сказал, что вообще, документы – дело десятое, ему просто надо меня доставить в отдел для «пары вопросов». На этом все наши беседы и закончились.

Я так был впечатлён этим диалогом!

Оказывается, даже задерживая ради «пары вопросов», этот милиционер не умеет начинать разговор по другому, нежели с «ваши документы!». Даже когда разговаривает со знакомым, в общем-то, человеком.

И вот этот вот пассаж, что он боится ходить по своему району… Мало ли какие места… Это же вообще шедевр!

А теперь исполню обещание и процитирую свою статью двухлетней давности, посвящённую этому человеку в форме. Сразу скажу: многое, из того, что там написано, уже неактуально.

Но актуальна суть: белорусскому режиму служат теперь люди с только одной извилиной. Что уж тут поделать…

Итак…

=====
Гастонии современности

Пару дней назад увидел по телеканалу «Discovery» фильм о динозавре, который назывался Гастония. Мощный, со всех сторон защищённый панцирем, обладающий природным оружием в виде острых, как бритва, костяных пластин, этот «зверёк» был практически неуязвим для врагов. В фильме его называли «доисторическим танком».

Гастонии вымерли потому, что их мозг не мог совершать больше одной операции одновременно.

А вчера я общался с современным белорусским милиционером, который опрашивал меня по факту случая выражения мною моей гражданской позиции: в числе прочих, я был 7-го мая возле УВД Гомельского облисполкома с портретом пропавшего генерала Юрия Захаренко.

- Ознакомьтесь с Вашими правами.

- Вы знаете, мне на эти права наплевать. Потому что, если Вы незаконно возбуждаете против меня административный процесс, нарушая мои права, записанные в Конституции – право на выражение своего мнения и право на мирные собрания, - какое для меня имеют значение права в административном процессе?

Это только один из примеров нашего содержательного диалога.

В числе прочего, мы, в частности, говорили вот о чём.

- Любое нарушение закона, чем вы сейчас занимаетесь, г-н Шукель, всегда наказывается. Белорусский Нюрнберг неизбежен для вас, как и для всех остальных.

- И скоро?

- А это как доведётся. Вполне может быть, что быстрее, чем вы думаете. Геополитическая обстановка сейчас так складывается. Совсем недавно у власти были такие люди, как Шейман, Павличенко, Наумов. Если какие вопросы, кто виноват во всём? Шейман. Сейчас Шеймана нет. А теперь представьте, страна на грани экономического коллапса (тут Шукель поморщился, видно, тоже ощущает эту грань коллапса). Нужны деньги. Кто даст? Никто их не даст, потому, что Беларусь не в состоянии отвечать по своим прямым обязательствам. Я бы на месте владельца (распорядителя) крупного капитала рассуждал примерно так: если эти люди не могут отвечать по своим обязательствам даже там, где дело касается прав несчастных пяти оппозиционеров (и тут я подробно разъяснил Шукелю, какие международные договора, гарантирующие мои права, подписала Беларусь, ратифицировала, и, соответственно, он сейчас нарушает), то что они будут делать, когда соблазном будут миллиарды долларов?

Доверия нет. Надо будет доказывать, что доверия заслуживаешь. Власти очень хочется – европейских денег в Беларусь, и собственных банковских счетов – в Европе.

- Ну, такими мелкими фигурами, как я, доверие никто отвоёвывать не будет.

- Ошибаетесь, г-н Шукель. Именно такими и будут. Шеймана нет. Павличенко – тоже. Наумов сменил меч на орал, а наган – на клюшку. А репрессии продолжаются. Кто в этом виноват? Надо будет разобраться. Примут, скажем, какой-нибудь «Закон о люстрациях», на основании его проведут масштабную проверку, выудят человек 20 таких, как Вы, и упрячут за решётку. А потом в Европе положат этот закон на стол (а это ж – бумага, это в глазах евробюрократов даже повесомее Шеймана будет), приложат личные дела 20-ти белорусских комиссаров, и скажут: «Господа банкиры, Вы же видите, это были перегибы на местах, а мы всё поправили. Мы – надёжный партнёр. Нам можно доверять. Мы отвечаем по своим обязательствам. Дайте нам денег».

Тут капитана Шукеля наморщило, и он сказал:

- Я что-то о таком не слышал.

- И не услышите. Но это очень может быть.

- Ах, это ещё только «очень может быть»!!!, - и милиционер в одно мгновение снова стал самим собой. Улыбчивым, милым, жизнерадостным молодым человеком, который просто «делает свою работу».

Его так обрадовало вот это «может быть», что я сразу вспомнил про Гастонию, которая вымерла потому, что не могла совершать больше одной мозговой операции одновременно.

Её атаковал хищник, она наносила ему удар хвостом, хищник падал, а Гастония снова начинала рыть землю носом в поисках еды. Хищник собирался с силами, и атаковал снова. Гастония не могла думать о хищнике и о защите, если он в это время лежал и не прыгал прямо на неё.

Капитан Шукель тоже не очень-то задумывается о том, что может произойти в ближайшее время. Или не очень ближайшее. Но всё равно. Он молодой. Намного моложе нашего президента. Президент болен и очень устал. Единственная задача этого человека – умереть прежде, чем его свергнут. Как у любого диктатора. А Шукелю – жить и жить.

Но жить дольше президента ему не дано. В белорусской политике сейчас проходит парадоксальная шахматная партия. Её парадокс в том, что король оказался в убийственном положении. Он теперь будет жить тем дольше, чем больше фигур отдаст на съедение. Дни его сочтены, но он очень старается протянуть до того момента, пока фигуры не закончатся.

Динозавр Гастония вымер потому, что не мог совершать больше одной мозговой операции одновременно.

Гастонии белорусской современности вымрут по той же причине. Их слишком не волнует то, что «может быть».