На днях у меня снова вышла дискуссия на тему: «Причём тут демократия и какие-то права человека к экономическому развитию?!».
Наш народ продолжает, к сожалению, руководствоваться представлениями, уходящими корнями в идеологию СССР: первичные и самые главные права человека – это право на труд, право на жилище, право на отпуск. Широкого понимания истоков истинного благополучия общества и каждого гражданина в отдельности как не было, так и нет.
Люди искренне убеждены: демократию на хлеб не намажешь. И, к сожалению, любителей намазывать что-то на хлеб, у нас подавляющее большинство. О том, что, как в старом анекдоте, масло можно на хлеб накладывать, никто даже не осмеливается мечтать.
Между тем, такой подход – стратегическая ошибка. Как раз-таки демократия и есть самый главный двигатель развития, в том числе, и экономического.
Самым мощным ресурсом любого движения вперёд является человеческий потенциал. Не газ и нефть, как любит повторять Лукашенко, а люди. Экономика Японии, где каждый человек на своём месте, образован, вносит свой вклад в развитие, в десятки раз сильнее экономики России, сидящей на газе, и равнодушной к судьбам миллионов собственных безработных и спивающихся граждан. Таких примеров – десятки, если не сотни.
Ведущие места в рейтингах экономического развития и экономической свободы занимают одни и те же страны. Это практически аксиома: там, где можно работать свободно, там люди работают лучше.
Демократия, неукоснительное соблюдение прав и свобод личности, свобода слова и высказываний, открытость всех ветвей власти, независимость их же друг от друга (система «сдержек и противовесов») – вот те совершенно не экономические категории, которые, тем не менее, являются двигателем экономического развития, и, значит, нашего благополучия.
Страны с авторитарным строем практически всегда не имеют возможностей для динамичного экономического развития, из-за естественных барьеров, связанных со стилем управления.
Коррупция. Страна, где органы власти не подконтрольны общественности через СМИ, правоохранительные органы подчиняются не закону, а конкретным людям, суды руководствуются «телефонным правом», высшие руководители не выбираются, а назначаются (соответственно, не несут никакой ответственности перед народом) чаще всего чрезвычайно коррумпированы. Ничто не может остановить чиновника-мздоимца, при условии, что он делится полученным с вышестоящим аналогичным чиновником-мздоимцем. Так выстраивается пирамида, в результате которой высший руководитель государства приходит к власти, одетый в костюм с чужого плеча, а через несколько лет щеголяет в часах за 16 тысяч Евро. К слову, по индексу восприимчивости коррупции Беларусь при Александре Лукашенко опустилась на 184 место в мировом рейтинге международной организацити Transparency International. Этот показатель… Это ппц, выражаясь современным молодёжным сленгом.
Стоит ли говорить, что в коррумпированную страну никогда не пойдут серьёзные инвестиции? Стоит ли говорить о том, что местный бизнес никогда не будет развиваться, а наиболее предприимчивые люди скорее предпочтут развивать своё дело в сопредельных странах? Надо ли вспоминать о том, что и государственные производства, при таком раскладе, становятся лишь инструментом наживы для людей системы?
Отсутствие гарантий. Здесь всё очень похоже: зависимость судов, правоохранительных органов и законодательной власти от воли одного или нескольких лиц создаёт условия, когда в стране напрочь отсутствуют какие-либо правовые гарантии. Например, гарантии неприкосновенности частной собственности. Совершенно произвольно группа лиц имеет возможность конфисковывать приглянувшиеся ей экономические проекты, а владельцев просто отправлять в тюрьму. По многочисленным свидетельствам граждан Беларуси, такая практика у нас обрела очень широкий размах. Совершенно очевидно, что под такие риски, опять же, у страны фактически нет шансов заинтересовывать крупный капитал, привлекать инвестиции и технологии, да и просто – квалифицированные кадры. Свои же, местные активные люди, либо предпочитают вообще из страны уезжать, либо отсиживаются до лучших времён. Экономическая активность людей замирает. А без экономической активности и инициативы любая современная экономика неэффективна, лишена главного потенциала своего роста.
Вы знаете народную поговорку: «Одна голова – хорошо, а две - лучше»? Знаете. Этой мудрости, наверное, тысячи лет.
Так вот, описанные выше явления делают самое плохое для любой страны: они исключают из процесса экономической активности, экономического развития, бОльшую часть собственных граждан, а также фактически закрывают страну от мировых экономических процессов. Диктатура – власть меньшинства над большинством, остро нуждается в тотальном контроле над ресурсами, чтобы они, не дай Бог, не попали в руки потенциальным конкурентам за власть. И поэтому и процесс управления экономикой, и процесс распределения ресурсов попадают в «узкий круг ограниченных людей», которые, к слову, не всегда просто в силу собственной ограниченности, способны динамично и современно управлять страной.
В СМИ некоторое время гуляли воспоминания одного близкого к власти человека. Когда Лукашенко только пришёл к власти, он собрал всех управленцев (понятное дело, на тот момент это были сплошь советские люди), и сказал: «Ну, кто тут умеет работать по-новому? Никто? Так… Значит, будем работать, как умеем». Вот это вот хорошая иллюстрация отношения диктатуры к экономике: будем управлять абы как, лишь бы – сами и только сами.
Немного отвлеклись от вопросов практического влияния недемократичности строя на благополучие граждан.
Мы поговорили об ограничителях, которые создаёт диктатура на пути желания граждан реализовать свою активность, идеи, сделать вложения, в общем – отдать свой потенциал во служение одновременно своей семье и своей стране (идеальная формула, реализуемая, к сожалению, лишь в свободных странах).
А теперь важно остановиться ещё на одном явлении, уже вскользь упомянутом: ресурсы. Доступ и распределение.
Суть экономической политики любой диктатуры – в перераспределении доступных природных, национальных, финансовых и любых иных ресурсов.
Любая диктатура априори неконкурентоспособна на политическом поле. Собственно, поэтому-то она и диктатура: могла бы равноценно конкурировать с иными политическими силами, не было бы нужды идти на узурпацию власти.
Вот эта неконкурентоспособность приводит к тому, что опорой диктаторских режимов становятся низшие слои населения: наименее образованные, не имеющие жизненных перспектив, настроенные на постоянное получения от власти помощи. Люди, фактически не имеющие личностных ресурсов.
Другим диктатура не нужна, она мешает им реализовывать свой потенциал, ограничивает и не даёт развиваться. А вот люмпенизированным гражданам, не способным самостоятельно идти к процветанию, диктатура нужна: она снимает с них всякую ответственность за собственную судьбу, и, заинтересованная в поддержке, постоянно старается «подкормить».
Вот отсюда-то и возникает самая главная опасность для любой экономики, сформулированная ещё Шариковым: «Взять всё – и поделить!».
Чтобы кормить свой электорат, который не способен заботиться о себе самостоятельно (а это не только наименее развитые граждане, но ещё и силовые структуры, чиновничьи армады и пр.), диктатуре остро нужны деньги . Где их взять? Понятно: изъять из реального экономического процесса.
Налоги. Беларусь занимает последнее место в мире по развитости налоговой системы. Налоговых платежей здесь столько, и система такая запутанная, что фактически любой хозяйственный субъект находится «на крючке» у налоговиков, и изъять у него можно столько денег, сколько нужно, и в любой момент. Опять же, для бизнеса, привлечения инвестиций и технологий – это смерть.
Пункт второй. Собственно перераспределение. В разных странах оно принимает самые разные, но всегда причудливые и абсурдные формы. В Беларуси есть несколько фондов при президенте, куда изымаются огромные проценты выручки государственных предприятий, которые потом распределяются неизвестно как. Фактически, на эту прибыль хозсектор мог развиваться модернизироваться, покупать новые технологии и с ними завоёвывать новые рынки, НО: диктатуре надо кормить свою опору (чиновников, силовиков, судей, люмпенизированный электорат с открытыми в ожидании халявы ртами).
И в итоге получается очень непривлекательная картина: под бременем налогов, изъятий и судов не развивается частный бизнес, не идут в страну инвестиции и технологии. А государственные предприятия топчутся в своём развитии на одном уровне и не имеют возможности использовать на себя свои же средства – всё забирает с целью дальнейшего перераспределения диктатура.
И итог такого пути всегда один – как в Зимбабве. То есть, высшая коррумпированная власть богатеет и процветает. Остальное население нищает одинаковыми темпами, вне зависимости от личностных качеств человека: был ли он предпринимателем, или он был наихудшим работником наихудшего завода – все досталось одинаково, потому что у предпринимателя забрали, работнику отдали.
Теряются стимулы, тупеет население… Конечно же, экономического потенциала это стране не добавляет.
Это были негативные стороны влияния авторитарной системы управления государством на экономическое развитие, суть – на наше благополучие.
Альтернатива? Прямо наоборот.
Представьте себе страну, где нет коррупции: СМИ контролируют власть и правоохранительные органы, суды подотчётны народу, притом подотчётны не эфемерно, а очень реально – судьи выбираются. Экономическая активность человека приветствуется, ему даются правовые гарантии, что он работает на себя, а налоговая нагрузка нужна для того, чтобы обеспечить реально нуждающихся, а не раздутый в разы больше необходимого чиновничий штат. Предприятия вкладывают выручку в развитие и модернизацию, а не отдают на произвольное использование «в центр». Иностранные инвесторы видят прозрачность и правовой характер здешнего устройства и рвутся сюда вкладывать.
Вот такая экономика – будет развиваться?
Так чего мы хотим: намазывать на хлеб масло, отобранное диктатором у другого и разделённое на двоих, или накладывать на хлеб масло, заработанное нами самими?
Я свой выбор сделал.
