Страна вне экономических законов

Сегодня утром, при прочтении новостей, меня ждал сюрприз. Что бы мы не думали и не говорили, как бы не охали над нестабильностью курса и затоваренными складами, а, оказывается, беларусские чиновники знают экономические законы.

СМИ облетела новость о том, что власти хотят забрать у пивоваренной компании Heineken завод в Бобруйске, который те приобрели несколько лет назад.

Проблемой озадачился вице-премьер Михаил Русый, который вдруг разглядел, что производство работает в убыток.

«Согласно экономическим законам такие предприятия должны закрываться либо продавать свои активы более успешным компаниям», - заявил экономически подкованный чиновник.

Вывод сделан блестящий, но наталкивает на некоторые размышления. Быть может, в Беларуси грядёт грандиозная распродажа? Вот, ниже, топ-20 беларусских предприятий, которые также на протяжении многих лет работают в убыток. Это только верхушка айсберга, и только по итогам 2013 года.

1.       Борисовский мясокомбинат: минус 94 млрд. рублей

2.       «Красносельскстройматериалы» (Гродненская область): минус 90,7 млрд. рублей

3.       «Могилёвхимволокно»: минус 75,1 млрд. рублей

4.       «Слуцкий мясокомбинат» (Минская область): минус 65,6 млрд. рублей

5.       «Барановичхлебпродукт»: минус 58,5 млрд. рублей

6.       «Светлогорский целлюлозно-картонный комбинат»: минус 55,8 млрд. рублей

7.       «Витязь»: минус 54,1 млрд. рублей

8.       «Гомельский мясокомбинат»: минус 47,5 млрд. рублей

9.       «АФПК Жлобинский мясокомбинат»: минус 42,8 млрд. рублей

10.   «Оршанский мясоконсервный комбинат»: минус 40,9 млрд. рублей

11.   «Кричевцементношифер» (Могилёвская область): минус 39,9 млрд. рублей

12.   «Белкоммунмаш»: минус 37,1 млрд. рублей

13.   «Бобруйский мясокомбинат»: минус 33,8 млрд. рублей

14.   «Глубокский мясокомбинат»: минус 32,9 млрд. рублей

15.   «Витебский мясокомбинат»: минус 32,1 млрд. рублей

16.   «Могилёвский мясокомбинат»: минус 29,9 млрд. рублей

17.   «Слонимский мясокомбинат»: минус 29,2 млрд. рублей

18.   «Калинковичский мясокомбинат»: минус 28,2 млрд. рублей

19.   ОАО «Криница»: минус 27,7 млрд. рублей

20.   «Гомельстекло»: минус 27,1 млрд. рублей.

Веселенький список, в который вошли 10 (!) мясокомбинатов – 50%!

Ещё список интересен тем, что там присутствует предприятие, которое все привыкли считать одним из успешных - «Витязь». Ну и ещё обращает на себя внимание 19 позиция «Крыницы» - так же, как и Heineken, пивного производства. Наличие среди топа неудачников «Кричевцементношифера», практически сразу за модернизацией всех цементнопроизводящих предприятий, заставляет нервно хохотать. Модернизировать ради того, чтобы оно приносило лишь убыток  - это, безусловно, от знания экономических законов…

Предприятий, работающих себе в убыток, на самом деле – значительно больше, здесь приведён лишь топ. И это, повторюсь, по итогам 2013 года. Есть ещё один любопытный параметр: по итогам этого же года в среднем выручка белорусских производителей упала на 40%! Почти на половину! Динамика, что и говорить, утешающая..

Согласно большого знатока экономических законов Михаила Русого, все эти предприятия должны быть или закрыты, или проданы другим, более эффективным, нежели наше государство, собственникам.

Однако в этом случае законы, как видим, не действуют. Как тут не вспомнить поговорку: «Дуракам закон не писан!»

Это простое сопоставление (отношение властей к частному инвестору и государственному  своему и родному - аутсайдеру), наводит на два выводы.

Вывод номер раз. Даже наши чиновники вынуждены признавать, что по экономическим законам убыточные предприятия не имеют права на существование. Однако совершенно при этом не делают никаких шагов для того, чтобы избавиться (продать эффективному собственнику, закрыть, или, в конце концов, реформировать и сделать рентабельным) от убыточных предприятий. Это значит, что предприятия-аутсайдеры продолжат существовать за государственный счёт – за счёт средств, изымаемых у более успешных, у налогоплательщиков, за счёт средств, получаемых в виде российских дотаций.

Ну, то есть, в такой стране совершенно нет стимула становиться умнее и честнее, работать эффективнее – всё равно у тебя заберут излишки и отдадут тому, кто умнее и честнее становиться не торопиться.

Вывод номер два. Учитывая, как наша экономическая власть умеет применять (а не только говорить) экономические законы (см. выше), очень мало сомнений в том, что эти песенки поются ради подготовки почвы перед тем, как производство у хайнекена отобрать. В том, что беларусские власти на это способны, сомневаться не приходится: примеры «Форда» , «Балтики», «Спартака» и «Коммунарки» и многие другие, очень даже свежи в памяти.

А ведь «Хайнекен», надо полагать, в это производство вкладывался: ставил своё оборудование, внедрял технологии… И, если с ним поступят также, как и с названными брэндами, это будет точно такой же, банальный, «кидок». «Кидок» этот будет уже далеко не первым, не единичным, и не исключением из правил. И «народная тропа» инвестора в нашу экономику, вследствие такой политики, уже давно и надёжно зарастает даже не травой – бурьяном и буреломом.

Как бы, все понятно. Но есть вопрос: у вас есть ещё ожидания хорошего будущего? В экономическом смысле: благосостояния, стабильности, процветания, довольства? В стране, где законы экономики властями применяются выборочно, где грабят инвесторов, отпугивая других, где поддерживают дураков и лентяев за счёт трудолюбивых и умных? При таком отношении к законам экономики – есть ещё надежда на нормальную жизнь? Пусть даже не для себя, пусть – для детей? Есть? А?..

Вещь в себе

Для того, чтобы понять истинную цену государству, в котором живёшь, необходимо лишь воображение. Для того, чтобы суметь представить себя в роли потерпевшего.

Именно потерпевшего. Не бенифициара (получателя регулярной «пусть маленькой, зато без задержек» пенсии или какого-нибудь пособия), а потерпевшего в какой-нибудь простой, банальной, бытовой, повседневной, в общем – ситуации. Потому что «маленькая, зато без задержек» пенсия теряет всякий смысл, если её получатель прекращает своё физическое существование.

Под Веткой горел рейсовый автобус. Двери были заблокированы, люди и спасатели выбивали окна. Пассажиры подверглись смертельной опасности, слава Богу, все целы. Могло быть иначе. За последнее время это уже далеко не первый случай, когда самые обычные люди подверглись смертельной опасности в самой обычной ситуации. Почему важно посмотреть на это с государственной точки зрения? Потому, что умные люди на ошибках (и других форс-мажорах) учатся и делают всё, чтобы они не повторялись. Но то – умные люди. У нас в государстве все немножко по-другому. Лично у меня нет ни малейших сомнений, что по результатам проверки этого инцидента не будет выявлено ни одного виновного. А техника, скажут, она исправная была. Трагическая случайность, с кем не бывает.

Когда в минском медицинском центре умерла пациентка, молодая девочка Юлия Кубарева, виновные нашлись моментально. Были выявлены и представлены перед судом, а частный центр, на всякий случай, национализирован. Подобную расторопность правоохранительных органов в деле наказания виновных можно только приветствовать (хотя наксолько адекватна мера с национализацией медцентра – вопрос очень спорный). Это мы видим на примере борьбы с угрозами, исходящими от частных предприятий.

Зато вот несколько месяцев назад несколько десятков школьников отравились в Мозыре глазированными сырками. Они в школе обедали и отравились просроченными сырками, поставленными с комбината школьного питания. Была проведена проверка и заведено дело. Проверка – проверкой, но дело вскоре закрыли, объявив общественности, что: «невозможно установить виновных».

То есть на государственном предприятии продукты получаются, отгружаются и т. д. – без всяких ведомостей, без контроля, накладных и т. д.? Так? Никто нигде не расписывается. ШофЕр привез, сгрузил, увёз, раздал – «и ваших нет». Нет виновных, НО: все дети пострадали, и любой из детей мог бы и умереть, не дай Бог. Но виновных нет, потому что это вам не частный «Экомедсервис», а вполне себе государственный комбинат школьного питания.

После этого надо со спокойной душой отправлять детей в школы и детсады и ни о чем не волноваться. Приходится, потому что выбора нет – это наше государство, другого нет. Как и виноватых.

Другой случай, взбудораживший город. У водителя автобуса № 17 случился припадок эпилепсии, не где-нибудь под пивной, а вполне себе на рабочем месте, да ещё и в одном из реально людных мест. За припадком эпилепсии случился выезд полного автобуса с проезжей части, въезд его же в Пионерский скверик, где отдыхали люди. Женщина погибла.

Никаких сюрпризов: виноватых тоже нет. У водителя, оказывается, был «единичный приступ эпилепсии», необъяснимый, притом, как следует из опубликованного диагноза.

«Эпилепсия — хроническая, болезнь, характеризующаяся рецидивирующими расстройствами деятельности мозга, чаще в форме приступов потери сознания с судорогами или без них и сопровождающаяся разнообразными изменениями личности» 

- определение эпилепсии. Хроническая болезнь. Что такое «единичный случай» - мне google не выдал таких материалов, где бы это было. Словосочетание встречается в паре с другим возможным диагнозом: синдром. НО синдром – это тоже своего рода заболевание, которое диагностируется.

Ни один из врачей, с кем приходилось беседовать, не смог ни сказать, ни вспомнить из практики других случаев «единичных и необъяснимых» приступов эпилепсии. Особенно у водителей за рулём государственных автобусов.

И вот имеем ситуацию: за рулём автобуса, принадлежащего автопарку, контрольный пакет акций которого в собственности государства, находится водитель, у которого случается приступ эпилепсии в результате чего гибнет человек. Вариантов всего два: или выдумывать небылицы, или поставить вопрос ребром: как эпилептик получил права, как он вообще оказался на этой работе?

Когда я начал поднимать этот вопрос в публичном пространстве и через обращения в автопарк и прокуратуру, мне позвонил заместитель директора АП № 1 Гомеля, который объяснял, что нет смысла поднимать шум, потому что водитель проходил все медкомиссии, все с ним было всегда замечательно, поэтому, действительно – виноватых нет.

Но кто сказал, что медкомиссию нельзя пройти и имея хронические заболевания? А коррупцию медиков кто-то отменял? В Витебске вон разоблачили одного, который тоже медкомиссиями занимался – целый взвод здоровых парней от армии освободил. Но с этим же разбираться надо! А разбираться, значит, признать, что в системе есть проблемы – не от хорошей жизни врачи взятки берут, ох, не от хорошей. И государство придумывает небылицу, и – виноватых нет.

Вот поэтому я ни секунды не сомневаюсь, что и по результатам возгорания автобуса под Веткой виноватых не будет. И с людьми все будет ОК, и техника, скажут, была в порядке. А объяснение… Ну… «Единичный и необъяснимый случай возгорания».

А это значит, что никто из нас не застрахован, просто идя по улице, по пешеходной её части, просто попасть под автобус. Просто съев что-то государственное, просто попасть в больницу. Просто отправляясь на работу, просто загореться в том же автобусе. И т. д. и т. д. и т. п. До бесконечности.

Роль государства, по идее, в первую очередь состоит в том, чтобы человека защищать. Само понятие именно так и появилось. Регулировать общественные отношения с тем, чтобы человек стал более защищённым: от преступников внутри сообщества и от внешних захватчиков. Это потом оно уже стало присваивать себе всё больше функций и полномочий – грех не пользоваться ситуацией, если на силовую (защитную, изначально) функцию у тебя монополия.

С точки зрения обеспечения гражданам безопасности, наше государство давно превратилось в вещь в себе. Правоохранительные органы работают, когда надо, ударно и по-стахановски. Когда не надо – тоже. Но когда дело касается ситуаций, в которых люди могут страдать, рисковать и даже погибать на «пустом месте», просто потому что где-то в дебрях государственной машины сидят разгильдяи, или сама по себе система – подгнила, тут всё и заканчивается. Государство у нас само себя виновным не признаёт и само себя не проверяет.

Неподконтрольное, закрытое от общества, оно существует само по себе: «Вот, мы тут есть, с такими автобусами и глазированными сырками, мы есть такие и такие и будем, а вас мы, в общем-то, в упор не видим. Мы можем вам не нравиться, но выбора у вас нет. Не верите – спросите. «Правоохранительные органы», которые работают у нас по-стахановски даже тогда, когда не надо и там, где не надо, убедительно всё объяснят.

Неподконтрольное, закрытое от общество, холодное и чужое. Вещь в себе.


Для блога на сайте "Сильные новости"

Как строились Олимпийские объекты в Сочи

Ещё не успев открыться, Олимпиада в Сочи успела стать мировой сенсацией, порадовав людей с чувством юмора различными затейливыми штуками.

Например, парными унитазами...

Или унитазом с местами для жюри...

Или же розеткой под подушкой...

Или - вот: батареей под потолком...

А то (почему бы и нет) - идеальным горнолыжным туалетом, позволяющим почувствовать себя спортсменом в свободном полёте (пусть и со спущенными штанами).

Хотя, если приглядеться, то подобный финал эпопеи по организации Олимпиады должен был стать сенсацией для кого угодно, но только не для жителей России или любой другой русскоговорящей страны.

Ведь мы с вами, на самом-то деле, в течение лет могли наблюдать, как Сочи строился, чуть ли не в режиме он-лайн. Как и, главное, кем.

Например, вот так...



Или вот так...



Вот так..




Или, как утверждает автор видео, реально - вот так.



Есть над чем посмеяться. Но нет, чему удивляться. 

Регионы - ключ к успеху

Многие пишут: то, что украинская власть пошла, наконец, на какие-то серьёзные сдвиги и в воздухе запахло нормальным диалогом, результат, в первую очередь восстания в регионах - и это правда.

И это очень важная вещь в условиях именно силового противостояния.

Потому что, на самом деле, повыгонять протестующих из региональных административных зданий несложно, куда легче, чем разогнать Майдан.

Но при всей несложности, сделать это может только Беркут.

Но для этого нужно, чтобы региональные Беркуты разъехались или по своим, или по чужим регионам. Но это будет означать падение центральной власти в Киеве, потому что только киевский Беркут сдержать протест не сможет.

Если оставить все как есть, предоставив регионы сами себе, страна парализуется, парализуется и госаппарат, и Беркуты все равно рано или поздно разъедутся по домам, хотя бы для того, чтобы защитить свои семьи, которые остаются на местах.

Пат.

В условиях противостояния государства и народа, на стороне государства всегда бОльшая организация, но на стороне народа - численность и (чаще всего) - правда.

Все последние действия в регионах - исключительно удачные. Имея превосходство в численности, но уступая в организации, самое верное средство - растягивать фронт. Малочисленные, какими бы они сильными своей организацией не были, сильны лишь на ограниченном участке.

Регионы - это ключ к успеху, особенно в экстремальных ситуациях.

Героям слава!

Со скоростью звука распространилась новость: один из погибших в Киеве – белорус, гомельчанин Михаил Жизневский.

И с такой же скоростью в соцсетях, на стеночках и в пабликах, Вконтактике и в одноклассничках, разгорелась полемика: «С чего это он герой?», «Что он там делал?», «По дурости погиб!» - восклицают, что неудивительно, в подавляющем своём большинстве именно белорусские обыватели.

Для того, чтобы понимать, почему он герой, надо совсем немного: уметь видеть чуть дальше кончика собственного носа.

Мы считаем героями, и называем героями тех, кто погиб в Афганистане, веря, возможно ошибочно, что несут свободу афганскому народу. Мы не открещиваемся от героев, в том числе и белорусов, погибших в 30-х годах в Испании, воюя в составе антифашистского интернационала. Героем США и Польши (но не Беларуси) является белорус Тадеуш Костюшко, воевавший за независимость Америки, за её свободу от английского колониального ига.

В мире, за редкими исключениями, давно нет изолированных племён, народов и народцев. Все важные процессы – интернациональны. Судьбы отдельных стран решают судьбы регионов, континентов и всей планеты.

Уметь не просто поддерживать, но сражаться за свои идеалы всегда и везде, сражаться за нашу И ВАШУ свободу – это и есть настоящее геройство.

Поэтому: вечная память! Героям слава!

Белорусская реальность: воровство как «глубокое понимание проблем»

Практически каждое общение белорусского вождя с журналистами приносит нам неожиданные откровения. Сначала они, порой, казались шокирующими, сейчас выглядят, по большей части, уже просто забавными.

Вчера была встреча правителя с белорусскими СМИ. Много прозвучало всякой ерунды про экономику, Чемпионат мира по хоккею, политических заключённых и якобы имеющий место быть диалог с Западом. Но одно заявление – это просто нечто, из-за своей простоты и непосредственности.

«Мы еще в ближайшее время получим для подкрепления ЗВР около 1,5 млрд. долларов от Российской Федерации, хорошие кредиты... Ну и у президента в загашнике есть. Если война начнется, я в чулке их держать не буду, это я образно говорю. В крайнем случае, если у нас будут излишние золотовалютные резервы, мы поддержим экономику. Страха в этом никакого нет, люди получат дополнительную зарплату», — сказал Лукашенко.

Шедеврально, неправда ли? Вот это вот: «У президента в загашнике». Президент у нас к власти пришёл, как сам он любит вспоминать, совершенно без денег. Даже на приличный костюм у него не было, как говорят некоторые его приближённые тех лет.

А сегодня у него есть личный загашник, способный, в случае образной «войны», спасти страну. «У президента в загашнике» - это ж не в дефицитном бюджете, и не в ЗВР.

Данные по своей зарплате он сам же озвучил на этой же встрече. Цифра названа угрожающе масштабная, для человека с "загашником": 30 миллионов. 3 с "хвостиком" тысячи долларов. Легальным путём никаких «загашников» сформировать Лукашенко не может.

То есть белорусская реальность, она такая: сидит перед ведущими СМИ нелегитимный правитель, и говорит, иносказательно, такую буквально по смыслу вещь: «Ребят, я украл у государства, в личный загашник, столько, что на вас всех, если что, хватит. Я поделюсь, если война начнётся. А не начнётся – не поделюсь, не обессудьте».

А потом, на выходе, Юрий Зиссер, основатель портала TUT.by, самого главного интернет-ресурса страны, заявляет во всеуслышание о том, что его «поразило глубокое понимание президентом проблем».

Понимание глубочайшее, ничего не скажешь. Притом, судя по анонсированным размерам загашника, сформированного на основе этого «понимания», это понимание  - не сиюминутное, а постоянное.

Юрий Зиссер со своим порталом и УП, это, как ни крути, национальная элита.

Что тут скажешь? Белорусская реальность. Какой президент, такая и элита. Такой будет в конечном итоге и результат.

Обречённые

Есть несколько совершенно замечательных черт у нашего «государства для народа». Одна из них – это, безусловно, здравохранение.

Сегодня в Беларуси от онкологии умирает 13-15%. По прогнозам самих медиков, в скором и очень обозримом будущем эта цифра вырастет до 25%, то есть от рака будет умирать каждый четвёртый. И этот прогноз, он, так сказать, общий, ибо не берёт в учёт Чернобыльское наследие.

А что до этого самого наследия, так уже в ближайшее время ожидается всплеск заболеваемостью раком щитовидной железы и лейкозом у взрослых. Ещё в советские времена, сразу после катастрофы, этот всплеск прогнозировался и до сих пор эти прогнозы никто не отменял. В группе повышенного риска – люди, кому на момент чернобыльского взрыва (1986 г.) не было 18 лет. Я вот тоже в этой группе. Таких как я в Беларуси (sic!!!) 2,5 миллиона человек – более ¼ всего населения! А риски для других тоже никто не отменял!

С учётом двух факторов: 1) общемировой тренд роста онкологических заболеваний и 2) Белорусская «чернобыльская» специфика и повышенные риски, связанные с ней, - наша страна находится на пороге демографической (читай: онкологической) катастрофы. Если это все не предотвратить, в сочетании с повышенной миграцией населения, страна наша, небольшенькая, может вообще опустеть…

Вообще говоря, рак лечится. Почти всегда, если распознаётся на 1 или 2 стадии. И почти никогда, если распознаётся на 3 или 4 стадиях. 4 вообще – неоперабельна. Но шанс для тех, кто хочет жить, есть: надо следить за собой и внимательно относиться к своему здоровью. Потому что, повторюсь, рак, выявленный на 1 или 2 стадиях, лечится почти на 100%.

Где-то когда-то я прочитал, что или в Германии, или в Швейцарии, или в США, честно, не могу вспомнить, где именно, а, может, и во всех этих странах, если раз в год не пройдёшь скриннинг (комплексное обследование на онкологию), не выдадут медицинскую страховку. То есть, выбор очень простой: или вообще без медицинского обслуживания, или уж – по полной, снижая риск умереть от рака до минимума, ибо регулярные обследования как раз сильно повышают шансы на обнаружение заболевания на самой ранней стадии.

Совершенно понятно, что наше родное государство – не Германия, не Швейцария, и не (упаси Бог!) США. Однако, если государство безответственное, кто мешает самим гражданам быть ответственными? Так я подумал и решил внедрить передовую практику по спасению жизней своей семьи и собственной жизни, введя в семье железное правило: раз в год обязательно всем проходить обследование на онкологию. Самостоятельно, по своей инициативе, пусть даже и платно.

Решил, сделал. Позвонил в онкодиспансер, в надежде пройти через запись, регистрацию, и, соответственно, обследование. И как вы думаете, что меня ожидало?

Тут самое время уточнить, что 1 и 2 стадии, которые наверняка лечатся и которые как раз и надо выявлять ранней диагностикой, проходят без симптомов. Потом, когда симптомы появляются, это уже 3 или 4, и это уже совершенно другая история.

Так вот, позвонил я в онкодиспансер. И был, сказать честно, несколько ошеломлён. На меня наорали (!), что, во-первых, если меня сегодня ничего не беспокоит, то никто меня обследовать не будет. Я в это не врубился и заметил, что у них же ж на сайте есть прейскурант платных услуг, где есть такие графы, как диагностика, УЗИ и прочее. На меня наорали во второй раз, теперь уже по поводу того, что я не понимаю, о чём говорю. «Как это, думаю, не понимаю?». Могу я пройти обследование на онкологию, могу я в нашей стране, находясь в группе риска, на территории риска, пройти то, что во всем цивилизованном мире, не находящемся в группе риска и на территории повышенного риска, называется «ранней диагностикой» и считается самым эффективным способом борьбы с онкологией???

Тут на меня наорали в третий (!) раз, но уже с вопросительной интонацией, примерно так: «Мужчина, что у вас болит???». Да ничего у меня не болит, говорю, я как раз потому тут с вами время и теряю, что не хочу, чтобы заболело безвозвратно. Тогда, говорит, и обследовать вам нечего. Такого, комплексного обследования у нас нет. Надо (орёт) каждый орган в отдельности, и всё на платном, и это вы месяц будете тут у нас жить и минимум 2,5 миллиона заплатите. И вообще, орёт, у нас тут таких ещё не было, желающих…

Ну, я так подумал, что и не удивительно, что не было. Месяц в год каждодневно посещать онкодиспансер, платить половину средней зарплаты за то, что отнюдь не точно тебе угрожает, ни один белорус не сможет. Вот только в развитых странах комплексное обследование (скриннинг) есть. И можно всё сразу, не тратя месяц. Пусть – потратить больше 2,5 млн. белорусских рублей, но не месяц. На месяц ведь и с работы никто не отпустит.

Я понимаю, что у нас – не развитая страна. Но у нас страна, в которой 15% населения умирает от рака, 25% будет умирать, и это без учёта группы риска в 2,5 миллиона человек. У нас страна, которая вымирает от онкологии. И ещё я понимаю одну вещь. Два десятка резиденций президента, чиновничьи машины по 50-100 тыс. Евро за штуку, золотые тарелки по 1 тыс. долларов за штуку, ежегодные расходы на «Дажынки», огромный лишний милицейский аппарат (наша страна входит в пятёрку стран мира по количеству милиционеров на душу населения, превышая все допустимые санитарные нормы), ненужная в случае современной войны армия… я не сомневаюсь, что этих денег с лихвой хватило бы на то, чтобы оснастить необходимым для скриннинга оборудованием все областные и районные центры. Притом, что оно, это оборудование, скорее всего, очень быстро бы окупилось, если бы людям разъясняли, в какой опасности они живут…

И вот… Ходит по этой территории, прошу прощения, стране, народ, обречённый на вымирание. Потому что без симптомов «никто и смотреть не будет», а с симптомами уже, чаще всего, поздновато… Смотрит, этот народ, и рукоплещет тому, как деньги, которые могли бы его спасти, тратятся на мишуру и показуху. И молчит.

Обречённые…